Чтение онлайн

О, эти короткие мгновения перед броском! Японцы не сбавляют хода. Пограничный корабль настигает шхуну и, медленно приближаясь к пей, идет параллельным курсом. Все ближе и ближе…

–  Остановить шхуну!
– поступает команда.

Шхуна стопорит двигатель, увидев, что ей не уйти от преследования.

Теперь оба борта рядом. Они мелькают перед глазами. Палуба - на два метра вверх, на два метра вниз. Именно сейчас нужно уловить такой момент, когда сдвигающиеся, словно лезвия ножниц, борта на какое-то мгновение сровняются. Надо прыгать!

Свиридов видит перекошенное от злости лицо японского капитана, который что-то кричит на подчиненных ему рыбаков.

Резкий бросок, и вот уже ноги пограничников ощущают мокрую просоленную палубу шхуны. Один, другой, третий…

Японский капитан кривит губы якобы в доброжелательной улыбке. Он пристально всматривается в лицо командира осмотровой группы Медведева.

«Ну, этот парень не подведет!
– думает о нем Свиридов.- Опытный, не раз ему приходилось осматривать шхуны, нарушающие границу».

Осмотр корабля - дело нелегкое. Пограничники обязаны установить, зачем чужое судно нарушало государственную границу. Возможна любая операция, вплоть до переброски на нашу территорию разведчиков и шпионов с различными заданиями и целями.

В некоторых случаях пограничникам приходится доказывать капитану шхуны, который отказывается признать нарушение границы, что нарушение произведено. Так в результате осмотра бесспорно устанавливается, что поставленные в советских водах сети принадлежат именно этой шхуне.

Именно она пришла за уловом, нарушив водные рубежи нашей страны.

В этот раз доказательство было налицо. Зажатые шестеренками лебедки, торчали обрубленные куски так и не вытащенных на борт сетей, тех самых, что были установлены в наших водах.

Медведев всегда удивлялся, как хорошо оснащены японские шхуны электронным оборудованием и какие чудовищные условия существуют здесь для людей. Даже капитан - казалось бы, полновластный хозяин судна - в целях экономии пространства загнан в крохотную собачью конуру, высота которой не превышает полутора метров, а площадь - двух метров. Здесь человек должен провести недели, а порой и месяцы, не в силах поднять голову, чтобы не упереться ею в потолок. А команда… У этих просоленных ребят с помещением еще хуже. Они валяются в трюме в свободное время на сырых циновках. А днем все, как правило, на палубе. Все за работой.

Но им даны в руки современные аппараты для поиска рыбы - ультразвуковые искатели. У них отличная навигационная и радиолокационная аппаратура.

Люди должны работать, должны хорошо работать. Вот поэтому компания, владеющая шхунами, первоклассно оборудует судно техникой, совершенно не заботясь о том, как будут жить на нем люди.

Пока Медведев проверяет документы и составляет акт на нарушение государственной границы, японский капитан пытается подобострастно ублажить советского офицера. Ему суют в руки коробки сигарет. Шкипер как бы невзначай раскрывает перед глазами молодого парня веселый журнальчик с обнаженными женщинами. В ход идут элегантные зажигалки.

Пограничники отвергают любую попытку отвлечь их от обязанностей.

–  Немножко ошибка вышла,- говорит японец.

–  Хороша ошибка! Вы почти вплотную подошли к нашему берегу.

Японские моряки начинают играть на жалости. Они рассказывают, загибая заскорузлые, мозолистые пальцы, сколько у кого детей. Руки, изъеденные солью, кожа, изодранная снастями, и впрямь вызывают сочувствие у лейтенанта Медведева. Но вдруг его взгляд останавливается на руках одного из рыбаков. Мягкие, холеные ладони человека, который никогда не держал снасть в руках.

–  И вы тоже рыбак?
– спрашивает его Медведев.

–  Я тоже рыбак,- бойко отвечает японец, пряча свои холеные руки за спину.

–  Ну, в атом мы еще разберемся,- сквозь зубы говорит лейтенант.

Он уже встречался с такими рыбаками, которых вписывают в судовые документы лишь для того, чтобы поближе подвести такого субъекта к границам Советского Союза.

Медведев не первый год на границе. В его беспокойной жизни все бывало.

Однажды с японской шхуны, приближавшейся к нашему берегу, поступила радиограмма: нужно немедленно высадить двух больных рыбаков на берег и оказать им помощь. Шхуна просит разрешения пристать к берегу.

Сторожевой корабль вышел навстречу. «Высадка со шхуны здесь запрещена,- заявили пограничники.- Если положение с больными действительно серьезное, мы захватим их с собой и доставим в госпиталь. А чтобы установить серьезность заболевания, мы взяли на борт врача».

Японцы долго сопротивлялись тому, чтобы врач осмотрел больных. А когда это все-таки произошло, выяснилось, что японец, жаловавшийся на боли в животе, абсолютно здоров. У другого больного тщательно забинтованная рука также оказалась здоровой. «Вот тебе и больные», - думал Медведев.

Вспомнил он и другой случай.

Возле советского берега, на совершенно безопасном месте, потерпела аварию японская рыболовная шхуна. Как умудрились рыбаки посадить ее на камни, просто диву даешься, нарочно не придумаешь. А вот посадили. И набегающие волны начали разбивать шхуну. Японцы спустили шлюпки и поплыли к берегу, как раз в ту сторону, где на берегу находились важные объекты. Только тогда поняли советские пограничники, что вся эта авария с рыболовной шхуной не что иное, как искусная провокация - разведке нужно во что бы то ни стало сделать свое дело. Только бдительность пограничников не позволила провести эту операцию с преднамеренной аварией корабля.

Все эти мысли стремительно пробегали в голове лейтенанта

Медведева. Впереди поднимались мачты портовых сооружений, стихали штормовые волны, берег был совсем близко.

–  А что же будет с нами?
– спрашивали его японские рыбаки.

–  Я думаю, с вами разберутся и отправят на родину. Ведь вы выполняли команду капитана, который песет ответственность за передвижение шхуны, нарушившей государственную границу.

–  А со мной?
– неожиданно спросил рыбак-белоручка.

–  С вами мы разберемся отдельно…

Следуя за пограничным кораблем, шхуна медленно подходила к берегу.

Вода прибывала… Силантьев заметил это не сразу. Но когда автомобильная дорога, идущая вдоль скал по самой кромке воды, начала сужаться, Силантьев понял: дела плохи.

Он скользнул взглядом по крутым скалам с редкими клочками зелени, прилипшими к их каменной груди, и почувствовал - надо немедленно принимать какое-то решение.