Чтение онлайн

Вот так и я оказалась в одной из такой общин посреди тайги, где люди жили простой жизнью и не задумывались о том, что происходит за пределами мира общины.
– Елена горько вздохнула. – Ну, наши гуру утверждали, что нужно немного подождать. А потом еще подождать. И еще. Ждите. Конец света близок. А те, кто придет и спасет нас, или поможет в переходе, уже рядом. Это было в том варианте, если мы все умрем и покинем свои тела. Одна из моих подруг говорила, что мы не перейдем, пока не умрем обычной смертью, от болезни или старости. А пока нам нужно было готовиться. Духовно и физически.

– Что значит – физически? – подал я голос, видя, что она закрыла глаза и вспоминала свою жизнь словно воочию.

– Ну, - она открыла глаза, и в них что-то сверкнуло. – У нас были нелегкие условия. Жизнь на природе, вдали от благ человечества, вовсе не похожа на курорт, да? Вот и приходилось заниматься... нет, не самобичеванием или еще каким-нибудь непотребством, как ты мог подумать и что происходило в некоторых общинах на Западе, начиная еще с хиппи, а углублением своих возможностей. Иногда я входила в состояние, когда мне достаточно было в день полстакана воды и пару-тройки яблок или помидор. Этому не так сложно научиться, было бы достаточно веры и терпения. К тому же это открывает в тебе некоторые способности, которые кое-кто назвал бы экстрасенсорными. Ты знаешь, кто такие экстрасенсы?

Я на секунду задумался.

– Это кто-то вроде ведьмаков? Смотрел в детстве такой фильм. Да и игра была.

Она горько усмехнулась.

– Сейчас не ставят фильмов вроде «Люди Икс».

– Сейчас вообще ничего не ставят, - заметил я.

– Да, они добились своей цели. Люди перестали быть творческими и чего-то хотеть, помимо самых плотских желаний.

Она секунду помолчала, а потом продолжила предыдущую мысль:

– Я могла не только неделю голодать без какого-либо вреда для себя, но и иногда предвидеть будущее, пусть даже неосознанно. Иногда читать мысли других людей, а не только их язык тела. Очень неприятные моменты - когда те, кого я считала самыми достойными людьми, оказались на самом деле крайне порочными в душе и полностью эгоцентричными. Вот почему я в конце концов приостановила эту свою зарождающуюся способность и перестала пробовать читать мысли людей.

Она говорила невероятные вещи, но я почему-то ей верил.

– Я стала ощущать единство, но это было не то единство, о котором твердили наши гуру, которые просто были жертвами безжалостных программ зомбирования, когда тебе внушали, что ты растворишься в чем-то огромном, потеряв свою индивидуальность и воспоминания. Нет, в действительности ты не теряешь свою личность, ты просто становишься единым с тем, на что смотришь и чему сострадаешь. Потому что ты и есть это. Вот смотри.

Она быстро поднялась, подошла к столу с посудой, взяла из ящика внизу большой кухонный нож и подошла ко мне. Положила ладонь сверху компьютерного столика и неожиданно с силой вонзила нож в ладонь.

Я вскрикнул и хотел было рванулся к ней, но ничего не произошло из того, что я ожидал увидеть. Она вытащила нож из ладони (или стола), но никаких следов крови совсем не было видно. Меня словно обдал кушат холодной воды.

– Испугался, да? – она посмотрела веселыми искорками на меня. – За меня или за себя?

– За тебя, конечно.

– Да ладно, не привирай. Наверное, подумал, что это гипноз или что я ведьма или фокусник и способна на всякие такие штучки с воздействием на психику?

Да, именно об этом я и подумал, но не стал признаваться в этом.

– Когда ты становишься единым со всем сущим, по-настоящему, а не на словах, то ты можешь становиться тем, что тебя окружает. И то, что тебя окружает и чем ты себя начинаешь ощущать, не способно тебе причинить вред, а будет наоборот помогать. Вот, например, когда это всё случилось, с нашей общиной, я пошла одна через тайгу, надеясь, что найду легкую смерть, ощущая, где находится берлога хозяина тайги – медведя. Но первыми нашли меня медвежата, они радостно скакали вокруг меня и просто обнюхивали, после чего появилась медведица и провела меня к месту, где росла малина и другие ягоды, которые я смогла собрать, чтобы выжить в первое время…

Она закрыла глаза, видимо, еще раз переживая случившееся.

– А что произошло с общиной? – поинтересовался я, чтобы вывести ее из этого состояния. После демонстрации феномена с ножом я уже мог поверить всему, что она говорила.

– Я ведь говорила, что умею предвидеть будущее. И в тот раз меня потянуло в лес, собирать травы – во мне проснулось и это умение. Когда я вернулась, их не было. Никого не осталось. Только следы от вертолета. Думаю, они их усыпили, а затем забрали тела и выбросили их где-то в тайге, наверное, уже мертвыми, даже детей. Зачем они это сделали, ведь наш мир и их совсем не пересекался? Я подозреваю, что они уничтожали постепенно все независимые общины, потому что в новом дивном мире никакого инакомыслия быть не может. И если раньше я ощущала присутствие таких, как я, то сейчас этого нет. От слова совсем.

От ее слов повеяло такой болью и одиночеством, что я чуть вздрогнул. Она продолжила:

– Иногда я думаю, что главной их целью была именно я. Потому что они забрали все съестные запасы и воду. Не знаю, почему они не вернулись или не сбросили на место общины какую-нибудь мегабомбу, которая у них наверняка оставалась? Думаю, они просто рассчитывали, что я или сойду с ума от безысходности, или умру от голода, или что звери меня загрызут. Хотя, может быть, меня хранила Богиня. Как видишь, я выжила и дошла до цивилизации. – Она невесело усмехнулась.

– И что теперь ты будешь делать? – задал я самый интересующий меня в данный момент вопрос.

– Не знаю, - просто ответила она. – В том, что я до сих пор жива, я вижу какой-то смысл. Иначе Богиня давно бы забрала меня к себе. – Она увидела мою повторную реакцию на слово «Богиня» и улыбнулась. – Сегодня я встретила тебя. Единственного человека в этом мире живых мертвецов, который мог помочь мне узнать, что случилось с моей мамой… Не красней так, как девушка на первом свидание, - добавила она. – Наша встреча - это та случайность, которая совсем не случайна.

Она на миг погрустнела.

– На самом деле я ехала сюда, чтобы попросить у нее прощения. Она отреклась от меня, так и не приняв моих воззрений, особенно после моего осуждения ее принятия очередной бустерной прививки. Сейчас я понимаю, что нужно было вести себя по-другому, но я тогдашняя и я сегодняшняя – это совершенно разные люди.

Она усмехнулась. Я вдруг понял, что она не восхваляет себя сегодняшнюю, это было просто констатацией факта. Повисло неловкое молчание. Я вдруг подумал, что если она действительно может читать мысли. Но все равно спросил: