Чтение онлайн

И дело даже не в том, что мы общаемся между собой телепатически. Просто, когда тебя учит и воспитывает та, кого ты считаешь одним из высочайших сущностей во вселенной, которая спустилась сюда именно для того, чтобы помочь тебе осознать себя и свои возможности, ты поневоле будешь стремиться быть похожей на нее. Да она и относилась к нам, как мать, требовательная и любящая, иногда балующая, но пресекающая ненужные шалости. Это было именно то, чего мы были лишены в детстве, даже королева, моя любимая Агнита, в своих прошлых воплощениях, потому что необходимость в выживании, а в ее случае, быстром взрослении, чтобы стать яйцекладущей маткой для спасения нашей и так малочисленной популяции, приводило к некоторому отстранению от других и одиночеству.

Я вспомнил, с каким восторгом и обожанием в детстве смотрел на редкие посещения нашего паутинника Агнитой, наверное, это же испытывали и остальные из моей и других кладок, которые королева время от времени отставляла оплодотворенными в инкубаторах. Забота о выживании была у нее наипервейшей, а личная жизнь…

Я не знаю, была ли у Агниты таковая, я не хотел залазить в ее воспоминания, а она никогда и не пыталась мне об этом рассказать. Может быть, именно потому, что таких отношений, как у меня с ней, она никогда не имела. К тому же, между нами была связь, и эта связь проходила через многие реальности и временные линии, и она была настолько сильной, что, если бы с королевой еще раз что-то случилось, я бы этого просто не пережил. Во всяком случае, я так тогда думал.

Не знаю, испытывала ли она то же самое. Возможно. Я ее никогда не спрашивал об этом, мне достаточно было ее взгляда, объятий и редких соитий, которые мы вырывали между занятиями и тренировками у Артезии.

Иногда я украдкой выхватывал взгляд, который Агнита бросала на меня, когда она думала, что я занят чем-то другим. В нем было не только любовь, нежность, участие и радость от того, что мы вместе. Там было что-то, что приводило меня в недоумение. Как будто она видела во мне то, чего я сам в себе не видел или боялся разглядеть. Как-то она обмолвилась, что она предвидела мой приход и ждала его десяток жизней.

Не знаю, я не считал себя в детстве каким-то особенным, да меня и сильно-то не выделяли посреди остальных паучат. Единственной разницей с остальными было то, что я на самом деле не помнил ни одной своей прежней жизни, как будто я просто впервые вышел из Истока, чтобы познакомиться с существованием в низших измерениях. И это действительно было очень странно, потому что в отличие от людей на Земле, у нас, как и у рептов, воспоминания после смерти не стирались, и мы просто воскрешались тут же в ближайшем паутиннике.

Но я об этом совершенно не вспоминал. Не до того было. От занятий мы уставали настолько, что просто иногда валились в нашем обустроенном Артезией мини-паутиннике прямо на постельных нитях. Сил не было, чтобы даже обняться. А утром все начиналось сначала.

В конце концов Агнита не выдержала, да и я ее поддержал.

– Зачем такая спешка? – спросила она с возмущением у Артезии. – Мы же находимся в эфире, который есть все и где времени не существует.

Я кивнул. Эфир был первым элементом в периодической таблице, что на некоторых планетах, порабощенных драко и искусственным интеллектом, полностью отрицалось, потому что из эфира имелась возможность получать свободную энергию, которой можно было пользоваться безгранично и в любой сфере. Также через эфир можно было перемещаться в любую точку времени и пространства.

– Я же о вас беспокоюсь, - ответил мягкий женский голос в наших головах. – Вы должны как можно лучше и быстрее раскрыть в себе псионические способности, которые помогут вам в вашей миссии по освобождению Марса.

– Но ведь ты можешь выйти из эфира в любой момент времени и любом месте, поэтому не все ли равно, сколько времени мы здесь проведем? – задала резонный вопрос Агнита, и Артезия с ней согласилась.

С этого времени тренировки и обучение стали менее интенсивными, но более насыщенными в плане теории и философии. Иногда я задавался вопросом для себя, зачем мне лично нужно было знать базовые построения магических связок, основанных на 12-ричной математике, умения временных перемещений в сражениях, проводимых в максимально приближенном к реальности симуляторе, или глубокое копании в постулатах Закона Одного и выявление в нем неточностей, способные привести к гибели целых цивилизаций.

Но видя, с каким упорством моя любимая вгрызалась во всё это, щелкала темпоральные уравнения, как орехи, овладевала искусством сражения на световых мечах и управлением Артезией и боевыми истребителями в условиях диких перегрузок, я молча проглатывал слова недовольства и продолжал тренировки, стараясь не сильно отставать от подруги. Ее-то с детства и многие жизни готовили к лидерству, сражениям и развитию пси-способностей, а мне всем этим приходилось овладевать с наскоку и с полным напряжением ментальных и физических сил. Но благо теперь у нас была возможность спокойно отдыхать и восстанавливаться. Или просто лежать в объятиях друг друга.

Иногда мне снятся сны, и те, кто мне снятся, - это люди, в разных временах и реальностях. Именно сны стали причиной того, что мне пришлось бежать с королевой из нашего паутинника, который был уничтожен белыми королевскими драко. То есть, я так тогда думал. Но все оказалось куда сложнее.

Однажды, когда мы так лежали в объятиях друг друга уставшими после тренировок, Агнита сказала, что она хочет оказаться вместе со мной в моих сновидениях. В глазах ее светилось нечто, что отозвалось во мне трепетом и восхищением. Я знал, что у нее бывают пророческие прозрения, и это был один из этих случаев.

– Конечно, дорогая Агнита, - произнес я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Нам давно стоило этим заняться. Может быть, это произойдет даже сегодня. Попробуй войти в мое осознанное сновидение и оказаться в теле моей девушки. Ее зовут…

Я резко запнулся, увидев, насколько серьезным был ее взгляд.

– Я знаю, как ее зовут, - сказала она. – Я хочу в ней оказаться. Между нами есть какая-то связь, и я хочу ее понять.

Мы так и заснули в объятиях друг друга, и на самом деле перенеслись в другую реальность. Человеческую. Там мы в самом деле занимались любовью, и это было настолько огненно, восхитительно и чудесно, что я понял, что в наших паучьих телах мы никогда не сумеем достичь столь полного слияния и блаженства.

А потом сон настолько захватил меня, что я просто ушел полностью в него и забыл даже, что был арахнидом. Я стал капитаном Стэном, в задумчивости расхаживающим по капитанской каюте. В том месте, куда направлялся корабль «Гордость Люции», возникли проблемы, и их нужно было срочно решать.

Часть 2. Глава 17

17

Стэн

Я вглядывался в лица старших офицеров корабельной команды, ждущих моего решения. Они верили в меня, во всяком случае, те из них, кто были людьми. Корки, как обычно, скалился, на лице эльфийки невозможно было что-либо прочесть, а в глаза вампира лучше было не смотреть вовсе.