Чтение онлайн

. . . . .

Что касается общества приготовленія и раздачи дтскаго блья, то оно мене другихъ зависло отъ шаткости публичнаго мннія, и, кром того, въ нашемъ приход ему никогда не встрчалось препятствій къ распространенію круга своихъ благотворительныхъ дйствій. Нашъ приходъ принадлежитъ къ числу многолюднйшихъ и, сколько намъ извстно, немало споспшествуетъ къ увеличенію общей цыфры новорожденныхъ, какъ въ столиц, такъ и въ ея окрестностяхъ. Вслдствіе этого, ежемсячная раздача дтскаго блья бываетъ весьма значительна, а потому общество процвтаетъ и открываетъ своимъ членамъ безпрестанные случаи оказывать благодянія. Общество длаетъ разъ въ мсяцъ собраніе, въ которомъ пьютъ чай, слушаютъ мсячный отчетъ, выбираютъ на слдующій мсяцъ секретаря и тщательно разсматриваютъ т изъ своихъ доходовъ, для траты которыхъ не предвидится случая.

Намъ не случалось присутствовать при этихъ митингахъ; да и то надобно сказать, что вс джентльмены исключаются изъ всхъ этихъ собраній. Впрочемъ, почтенному нашему мистеру Бонгу до выбора его въ старосты случилось бывать на дамскихъ митингахъ, и съ его позволенія мы можемъ передать нашимъ читателямъ, что во время этихъ митинговъ строжайшимъ образомъ соблюдаются величайшій порядокъ и регулярность; тамъ ни подъ какимъ видомъ не позволятъ говорить въ одно и то же время боле, чмъ четыремъ членамъ. Комитетъ исключитедьно составляется изъ замужнихъ дамъ; молодыя же барышни, въ огромномъ числ, допускаются участвовать въ комитет въ качеств почетныхъ членовъ. Это распоряженіе принято частію потому, что он бываютъ очень полезны въ пополненіи общественныхъ кружекъ и къ посщенію страждущихъ; частію же потому, что крайне было бы желательно посвящать ихъ съ раннихъ лтъ въ боле серьёзныя, материнскія обязанности, а частію и потому, что благоразумныя маменьки, какъ оказывалось, довольно часто пользовались этимъ обстоятельствомъ, какъ превосходнымъ случаемъ къ супружескимъ связямъ.

Въ дополненіе къ расходамъ, дланнымъ изъ кружекъ (которыя, мимоходомъ сказать, всегда бываютъ выкрашены синей краской, съ написаннымъ на крышк, крупными блыми буквами, именемъ общества), общество принимаетъ на себя случайные расходы на бульонъ, на теплое пиво, на спеціи, на яицы, на сахаръ и другіе непредвиднные предметы, необходимые для матерей новорожденныхъ. Вотъ здсь-то чаще всего и требуются услуги почетныхъ членовъ общества, и члены оказываютъ ихъ съ величайшей охотой и удовольствіемъ. Къ паціентамъ обыкновенно отправляются по два, а иногда и во три члена, и при этихъ случалхъ начинается такое пробованье крпительнаго бульона, такое размшиванье молочныхъ кашекъ въ крошечныхъ жестяныхъ кастрюлечкахъ, такое одванье и раздванье крошечныхъ младенцевъ, такое завязыванье, складыванье и пришпиливанье, такое няньчанье и согрванье крошечныхъ ножекъ передъ каминомъ, такое плнительное замшательство, шумъ, суета, услужливость, съ желаніемъ сохранитъ свое достоинство, какого никогда и нигд больше не увидите.

Въ соперничество съ этимъ учрежденіемъ и какъ послднее потухающее усиліе пріобрсть расположеніе прихода, общество испытанія малолтнихъ дтей ршилось сдлать своимъ ученикамъ блестящій публичный экзаменъ, и для этой цли, съ согласія и разршенія главныхъ приходскихъ властей, отведена было классная комната національнаго учебнаго заведенія. Приглашенія на экзаменъ были посланы не только къ почетнымъ прихожанамъ, но и къ главнымъ членамъ нкоторыхъ другихъ обществъ, въ назиданіе которымъ предпринималась эта крайняя мра; подъ непосредственнымъ наблюденіемъ сестрицъ Броунъ, полъ класной комнаты былъ вычищенъ; для удобнйшаго помщенія постителей разставлены были поперекъ комнаты ряды скамеекъ; съ величавшимъ тщаніемъ отобрали образчики чистописанія и такъ искусно подправили ихъ, что они гораздо боле изумляли тхъ, кто писалъ, нежели тхъ, кому приходилось читать; ариметическое сложеніе и приличныя къ нему задачи повторялись до тхъ поръ, пока каждый ученикъ зналъ наизусть каждую задачу…. Короче сказать, вс приготовленія къ блистательному дню совершались въ самыхъ многотрудныхъ и обширныхъ размрахъ…. Но вотъ наступило и утро торжественнаго дня. Учениковъ вымыли, натерли имъ щоки, чтобы вызвать румянецъ, причесали волосы; двицъ украсили снжно-блыми перелинками и маленькими чепчиками съ розовыми лентами; шеи мальчиковъ помстили въ воротнички изумительныхъ размровъ…. Вотъ распахнулась дверь, и въ отдаленномъ конц комнаты открылись три сестрицы Броунъ и Ко, въ блыхъ кисейныхъ платьяхъ — обыкновенная форма воспитательнаго общества. Комната быстро наполнялась: привтствія постителей были громки и чистосердечны. Старшій ученикъ выступилъ впередъ и прочиталъ изъ за воротничка торжественную и вмст съ тмъ трогательную рчь, произведенія мистера Генри Броуна, единственнаго братца сестрицъ Броунъ; всобщія рукоплесканія огласили комнату. Экзаменъ продолжался съ успхомъ и кончился блистательнымъ тріумфомъ.

….Въ тотъ же вечеръ въ обществ раздачи дтскаго блья держали тайный совтъ, о томъ, какія должно принять мры для отраженія удара, который такъ неожиданно разразился надъ обществомъ. Что оставалось имъ длать теперь? Вторичный митингъ? увы! едва ли кто ршится ознаменовать его! Обратиться еще разъ къ комиссіонеру? — безполезно. Нужно сдлать самый ршительный шагъ. Приходъ непремнно долженъ быть изумленъ темъ или другимъ образомъ; но никто не могъ подать совта, какой именно шагъ должно предпринять. Наконецъ какая-то старая лэди проворчала едва внятнымъ голосомъ: "обратиться къ Экзетеръ-Голль за ораторомъ. При этомъ намек, внезапный свтъ озарилъ все собраніе. Единодушно было ршено послать депутацію изъ почтеннйшихъ и пожилыхъ членовъ общества къ знаменитому оратору и умолять его о помощи; но чтобы успхъ былъ врне, то депутаціи предстояло взять съ собой еще двухъ престарлыхъ женщинъ изъ чужого прихода. Планъ былъ исполненъ: ораторъ (ирландецъ) явился, — митингъ состоялся. Ораторъ витійствовалъ о цвтущихъ островахъ, о заморскихъ берегахъ, о безпредльной Атлантик, о бездн океана, о христіянской любви, о милосердіи къ ближнему, объ оружіи въ рукахъ, объ алтаряхъ и домашнемъ благочестіи, о зависти и честолюбіи. Посл этого ораторъ отеръ глаза, громко чихнулъ и заключилъ свою рчь латинской цитатой. Эффектъ былъ ужасный: латинская цитата нанесла ршительный ударъ. Разумется, никто не понялъ ея, но каждый былъ убжденъ, что она должна быть чрезвычайно трогательна, потому что самъ ораторъ прослезился. Популярность общества раздачи дтскаго блья утвердилась на всегда; общество же испытанія малолтнихъ дтей быстро клонится къ упадку.

Гуляя по улиц, мы съ особеннымъ удовольствіемъ и не разъ углублялись въ размышленія о характер, образ жизни и занятіяхъ ея обитателей; и, надобно замтить, ничто такъ не помогало вамъ въ пріобртеніи матеріяловъ для нашихъ размышленій, какъ скобки уличныхъ дверей. [1] Наблюденія надъ различными выраженіями человческаго лица доставляютъ прекрасное и интересное занятіе; но случалось ли вамъ замчать, что въ физіономіи скобокъ уличныхъ дверей бываетъ что-то особенно характеристическое, по которому наблюдатель можетъ длать самыя врныя заключенія? Если намъ приходится постить человка въ первый разъ, то мы съ особеннымъ вниманіемъ и любопытствомъ стараемся разсмотрть черты или, такъ сказать, выраженіе уличной скобы, потому что, сколько намъ извстно, между человкомъ и его уличной скобкой непремнно существуютъ, въ большей иди меньшей степени, сходство и сочувствіе.

Напримръ, и теперь еще существуетъ родъ скобы, которая въ прежнее время была въ большомъ употребленіи. Это — огромная, круглая скоба съ изображеніемъ веселой львиной морды, кротко улыбающейся вамъ, въ то время, какъ вы, въ ожиданіи. когда откроется дверь, поправляете ваши виски или обдергиваете воротнички вашей рубашки. Мы никогда не видли подобной скобки на дверяхъ скупого человка; напротивъ, судя по опыту, она заране говорила вамъ о гостепріимств хозяина и о лишней бутылк вина посл обда.

Ни одинъ еще смертный не видалъ такой скобы на дверяхъ стряпчаго или биржевого маклера. Эти люди покровительствуютъ львиной морд совсмъ другого рода, — массивной, жадной, съ безсмысленнымъ, свирпымъ выраженіемъ. Эту скобу можно назвать начальницей всхъ скобокъ и большою фавориткой людей самолюбивыхъ и жестокосердыхъ.

А то бываютъ еще маленькія египетскія скобки, съ длиннымъ, тонкимъ лицомъ, со вздернутымъ кверху носомъ и чрезвычайно острымъ подбородкомъ. Эта скоба въ большомъ почет у людей оффиціяльныхъ, которыхъ можно узнать по платью свтло-каштановаго цвта и накрахмаленному галстуху, и маленькихъ, тщедушныхъ людей, которые бываютъ совершенно довольны своимъ собственнымъ мнніемъ, и которые приписываютъ себ черезчуръ много достоинства.

Въ теченіе трехъ послднихъ лтъ мы приведены были въ крайнее затрудненіе введеніемъ скобокъ новаго рода. На нихъ вовсе не изображалось лица: он состояли изъ внка, повшаннаго на маленькую ручку или на обрзокъ колонны. Впрочемъ, небольшой трудъ съ нашей стороны и вниманіе помогли намъ преодолть это затрудненіе и примирить новую систему съ нашей любимой теоріей. Вы непремнно найдете эту скобу на дверяхъ холодныхъ и формальныуъ людей, которые всегда спросятъ васъ: "почему вы не приходите къ намъ?", но никогда не скажутъ: пожалуста приходите къ намъ,

Каждому извстно, что мдная скоба весьма обыкновенна на загородныхъ виллахъ и обширныхъ пансіонахъ. Упомянувъ объ этомъ род скобы, мы исчислили изъ нихъ вс главныя, достойныя замчанія и обращающія на себя вниманіе.

Нкоторые френологи утверждаютъ, что дрожаніе или колебаніе человческаго мозга при различныхъ страстяхъ производитъ соотвтствующее развитіе въ образованіи черепа. Почему же и вамъ не допустить въ нашей теоріи, что всякое измненіе въ характер человка непремнно произведетъ очевидное дйствіе на наружность его уличной скобы? Мы предполагаемъ это на томъ основаніи, что въ подобныхъ случаяхъ магнетизмъ, который неизбжно существуетъ между человкомъ и его уличной скобой, непремнно заставитъ того человка оставить прежнее мсто своего жительства и искать скобу, которая согласовалась бы съ его измнившимися чувствами, если вы когда нибудь узнаете, что человкъ перемнилъ мсто своего жительства безъ всякой основательной на то причины, то поврьте, что хотя онъ и самъ не знаетъ, но это происходитъ собственно отъ его несогласія съ уличной скобой. Правда, теорія эта совершенно новая, но мы ршаемся пустить ее въ свтъ: согласитесь, что она не лишена своей основательности, какъ и тысячи другихъ испытанныхъ истинъ.

Питая эти чувства по предмету уличныхъ скобокъ, легко можно вообразить, съ какимъ изумленіемъ увидли мы совершенное устраненіе скобы съ дверей дома сосдняго съ нашимъ и замтили, что эту скобу замнили колокольчикомъ. Мы никакъ не ожидали подобнаго несчастія. Мысль, что кто нибудь можетъ существовать безъ уличной скобы, казалась намъ до такой степени странною и неосновательною, что она ни на минуту не должна бы поселяться въ нашемъ воображеніи.

Съ грустью въ душ, мы удалились отъ этого мста и направили наши шаги къ Итонскому сквэру, на которомъ только что кончились постройки новыхъ зданій. Но каково было наше изумленіе и негодованіе, когда мы увидли, что колокольчики быстро длались главнымъ правиломъ, а уличныя скобы — исключеніемъ! Наша теорія была поражена неожиданнымъ ударомъ. Мы поспшили домой и, воображая, что въ сдланныхъ нами во время прогулки открытіяхъ предвидлось совершенное уничтоженіе нашей теоріи, ршились съ того же дня обратить вниманіе уже не на уличныя скобы, но на нашихъ ближайшихъ сосдей. Домъ, прилегавшій къ нашему съ лвой стороны, былъ пустъ, а потому мы могли совершенно свободно длать свои наблюденія надъ сосдями съ правой стороны.