Чтение онлайн

Более 50 % личного состава полка состояло из коммунистов и комсомольцев. Командиром был назначен пограничник, работник Народного комиссариата внутренних дел капитан Л. П. Горшков. Комиссаром полка первоначально был назначен П. А. Баранов — третий секретарь горкома и член бюро обкома ВКП(б), но он добился освобождения за день до боев. На его место был назначен начальник управления шахтным строительством в г. Черепеть Г. А. Агеев.

По воспоминаниям бывшего командира полка А. П. Горшкова, полк был вооружен: станковыми пулеметами «Максим» и «ДС» (Дегтярев станковый), устаревшими ручными пулеметами «Льюис», более современными «ДП» (Дегтярев пехотный), а также противотанковыми ружьями, бутылками зажигательной смеси, гранатами РГД-33, винтовками. Большинство винтовок трофейные — типа «Маузер», наших СВТ было 200 штук.

2-я танковая армия, имевшая задачу с ходу захватить Тулу, начала свои действия 24-м и 47-м моторизованными корпусами вдоль шоссе Орел — Тула, полагая 24-м корпусом овладеть Тулой, а 47-м корпусом — переправами через р. Ока между Коломной и Каширой. Пауза в боях за Мценск и наступлением на Тулу командованием Красной армии была использована для проведения войск армии в порядок и организации обороны на дальних подступах к Туле и в самом городе. 21–23 октября прорвалась из окружения основная часть сил Брянского фронта, в том числе и 50-я армия. Ударом на Белев она смяла вражеские части, прорвалась сквозь их боевые порядки, переправившись в районе Белева через Оку, перешла к обороне. Войска армии нанесли противнику большие потери, но и сами были в плачевном состоянии. У некоторых дивизий вместо артиллерийских полков орудий осталось не больше, чем на дивизион.

Еще 3 октября, когда 4-я немецкая танковая дивизия захватила Орел, Гитлер вечером выступил по радио и хвастливо заявил, что русские окончательно разбиты, что войска Брянского фронта окружены и полностью уничтожены. 18 октября Геббельс в своем выступлении также объявил, что окруженные войска 50-й армии сдались. Гудериан в своих мемуарах также утверждал, что 17 октября 50-я армия капитулировала.

Несмотря на трагизм положения, дело обстояло совсем не так. 20 октября части 50-й армии прорвали фронт 53-го армейского корпуса немцев, вышли из окружения и заняли оборону по реке Оке. В 50-й армии оставалось около 10 % штатного личного состава и 2,4 % орудий и минометов.

На 23 октября 1941 года 50-я армия имела следующий состав:

Директивой Ставки ВГК от 23.10.41 года соединения и части формирующейся 26-й армии были переданы для усиления 50-й армии [129] . 24.10 в ней стало: танковая дивизия (108 тд), 2 кавалерийских дивизии (31, 41 кд), 10 стрелковых дивизий (217, 173, 279, 258, 154, 299, 194, 290, 278, 6 гв. сд), а также 156 сп НКВД, 58 зсп, 36-й отдельный пулеметный батальон (опб).

При выходе из окружения погибли командующий армией Герой Советского Союза генерал-майор М. П. Петров и член Военного совета бригадный комиссар Н. А. Шляпин. В командование 50-й армией в соответствие с Директивой ВГК от 23.10.41 года вступил полковник А. Н. Ермаков, начальником штаба стал полковник Л. А. Пэрн, членом Военного совета — К. Л. Сорокин.

Войска Брянского фронта, пробиваясь из окружения, понесли огромные потери, особенно в технике. Но зато соединения фронта с 28 сентября по 22 октября оттянули на себя почти всю танковую армию Гудериана и 2-ю полевую армию, нанесли им огромный урон в людях и технике. После сражения с силами Брянского фронта и 1-м гвардейским стрелковым корпусом генерала Лелюшенко 2-я немецкая танковая армия возобновила наступление настолько ослабленной, что в ее способность к выполнению важных задач уже не верил и сам Гудериан.

Вступившему в командование 50-й армией Брянского фронта полковнику Ермакову была поставлена задача отвести армию на рубеж Богучарово (в 25 км юго-восточнее Алексина) — Плавск и прочно прикрыть подступы к Туле.

23 октября нацисты возобновили наступление на тульском направлении. К исходу 24 октября противник, имея численное превосходство, прорвал оборону 6-й гвардейской стрелковой дивизии и вошел в город Чернь. 25 октября в наступление перешли все соединения танковой армии Гудериана. 24 октября штаб 50-й армии прибыл в Тулу. В качестве временно исполняющего обязанности командарма находился генерал-майор А. В. Куркин (командарм 26-й армии, включенной в 50-ю армию). Полковник Ермаков до 25 октября был занят управлением оперативной группой войск 50 А, поэтому первые документы по обороне Тулы были подписаны А. В. Куркиным.

В здании Механического института состоялось заседание армейского Военного совета, в работе которого приняли участие Жаворонков и Чмутов.

С докладом о плане обороны Тулы выступил генерал Куркин, обративший особое внимание на строительство инженерных оборонительных сооружений. Приказом № 1 по 50-й армии определялись границы действий армии: от Лаптево (Ясногорск) до Ефремова. С 24 октября штаб 50-й армии начал организовывать защиту южных подступов к Москве.

Часть штаба 50-й армии еще находилась в Арсеньево, занимаясь выводом частей из окружения и размещением их по рубежам обороны. В Тулу были направлены три саперных батальона. В район Косой Горы выдвигалась 31-я кавалерийская дивизия (командир подполковник М. Д. Борисов), усиленный артиллерийский дивизион, 510-й стрелковый полк.

Рубеж Павшино — Поречье — Бредихино занимала 194-я стрелковая дивизия, усиленная артиллерийским дивизионом (П. А. Фирсанов). К Туле по железной дороге подтягивалась 290 сд полковника Н. В. Рякина, 299 сд полковника И. Ф. Серегина, 108-я танковая дивизия полковника С. А. Иванова.

25.10.41 года в Тулу прибыл генерал [130] Ермаков, взяв на себя основные функции по организации обороны города. Во второй половине дня состоялся военный совет с участием нового командующего. Куркин же убыл в Москву для нового назначения. Для более качественного управления войсками и в соответствии с нормативными документами генерал Ермаков перевел штаб в н/п Медвенка, чем вызвал недовольство Жаворонкова. Это послужило началом разногласий между руководителями. Жаворонков, бывший членом Военного совета, не являлся на заседания (Военного совета) армии, ссылаясь на свои обязанности в городе. Так продолжалось до прибытия впоследствии нового командующего — генерала Болдина.

Дальнейшие события в целом подтвердили правильность действий Ермакова. Учитывая манеру немцев осуществлять обходы и наносить фланговые удары, он оптимально осуществлял перемещение частей на направления ожидаемых ударов войск противника, проводя активные упреждающие действия на различных участках линии фронта. А городской комитет обороны находился за Упой, то в Пролетарском, то в Зареченском районах и даже на территории Патронного завода, что было в нескольких километрах от Медвенки. Таким образом, в организации обороны города из-за личностного противостояния руководства возникло два центра власти, что не могло положительно сказаться на организации взаимодействия сражающейся армии и городских организаций и предприятий.

С 23 октября, с началом немецкого наступления, под нажимом противника наши войска (согласно приказу командования) стали отходить на рубеж рек Упа и Плава. Для прикрытия подступов к Туле с юга в район Щекино выводилась наша 290 сд. Действия дивизии поддерживались артиллерией 447-го полка корпусной артиллерии. Все полки дивизии, в том числе и артиллерия, были расположены в первом эшелоне. Второй эшелон дивизии составлял саперный батальон, который после установки инженерных сооружений сосредотачивался в Ясной Поляне. Из-за недостатка времени и средств на позициях были только неэффективные стрелковые ячейки, других инженерных сооружений не было. В качестве стрелков использовался даже личный состав батальона связи и артиллерийского полка. Учитывая слабость 290 сд, командующий армией усилил ее 58-м запасным полком, занявшим оборону юго-восточнее Щекино.