Чтение онлайн

Конечно, девочку жаль... Если Юго что-то понимал, то в ближайший час ее сломают и ломать будут грубо. Ограниченность времени влияет на выбор методов. А форсированного допроса она не выдержит. Недоучка расстроится... плохо, очень плохо. Кормак не представляет себе, на что способен расстроенный маг со склонностью к стихийным выбросам силы.

И Юго, вздохнув, принял решение.

Ее подняли. Куда-то повели. Тисса не понимала, куда именно. Она хотела остаться с Гавином, но лорд-канцлер сказал, что Гавину нужен врач, а не Тисса.

Ее ждут.

Где? И зачем?

Чтобы судить.

И стража нужна, чтобы Тисса не сбежала. Она не собирается, она понимает, что совершила убийство, а убийство не должно оставаться безнаказанным.

Лестница вниз. Длинная. Старая. Узкие крутые ступеньки, а голова так кружится... дышать почти нечем - все съедают факелы. И камень, камень, только камень вокруг. Тисса опирается на него рукой, и на мгновенье приходит в себя.

– Где мы?

Не отвечают.

– Я должна увидеть мужа...

– Ему сообщат.

Но это обещание не успокаивает. А Тисса начинает думать о том, что именно сообщат.

Она убила человека... взяла и убила. Ножом.

Столько крови... красное на красном не видно почти, особенно здесь, где нет света. Но ткань промокла и прилипла к коже. Мерзко. Наверное, Тиссу снова стошнило бы, если бы было чем. А так только лестница под ногами закачалась. Упасть не позволили. Подхватили, сдавили грубо, тряхнули.

– Леди, возьмите себя в руки...
– голос издалека.

И позволяют, наконец, присесть.

Пощечина отрезвляет. Тиссу никто и никогда не бил по лицу.

– Назовите ваше имя, - спрашивает лорд-канцлер. Он ведь знает, но, наверное, по протоколу положено. Тисса в суде. Так быстро?

Страшное место. Снова камень, и чувствуется, что его много вокруг. Скала проглотила Тиссу и всех этих людей, которые спрятались в зале, думая, что это они используют скалу.

Люди знакомы. Тисса видела их прежде, но издали.

Древний старик, который дремлет, обняв трость - лорд Оукли.

Человек в бархатном сюртуке, наброшенном поверх грязной рубахи - лорд Грир.

А тот, что с бутылью вина - прижимает к груди нежно, поглаживает длинное горлышко и небрежный жест этот вызывает рвотный спазм - лорд Фингол. И Саммерленд здесь же... Кэден и Нокс... Все они собрались здесь, чтобы судить Тиссу? И приговорить, ведь совсем рядом с Тиссой, внимательно разглядывая, словно заранее пытаясь определить, сколь много возни с ней будет, устроился лорд Хендриксон.

Палач.

– Ваше имя, - окрик заставляет Тиссу вздрогнуть.

– Тисса...
– она хотела назвать имя отца, но вспомнила, что вчера - это было так давно!
– получила новый род и новое имя.
– Тисса Дохерти.

Она сидит на табурете, который слишком мал и почему-то неустойчив, и Тиссе приходится делать усилие, чтобы сидеть ровно. Но как ни странно, это усилие не позволяет ей вновь сорваться в слезы.

Семь мормэров... восемь, если считать с лордом-канцлером, собрались, чтобы рассмотреть ее дело. И единственное, что Тисса может, это вести себя достойно.

– Сколько вам лет?

– Шестнадцать.

Лорд Кормак не стоит на месте. Он обходит лордов, касаясь каждого, и лорды кивают в ответ на прикосновение, словно соглашаясь с чем-то. Лишь Хендриксон остается недвижим. Он словно спит с открытыми глазами.

– Леди, чему вы улыбаетесь?

– Я?

Разве Тисса улыбается? Она совсем не чувствует своего лица. И трогает щеки, пытаясь понять, правду ли сказал лорд-канцлер. Пальцы бурые какие... все еще липкие.

– Вы, леди. Вас так развеселила смерть де Монфора? За что вы убили его? Его ведь убили вы?

– Да.

Глупо отрицать очевидное.

– За что?

– Он пытался... он хотел...
– Тисса поняла, что не сможет им рассказать.
– Меня...

– Обесчестить, - мягко подсказал лорд Хендриксон.

– Да.

– Неужели?
– ей не верят.
– Леди, по вам не скажешь, что кто-то пытался вас обесчестить. Ваша одежда в полном порядке, разве что несколько испачкана. Но я не наблюдаю ни малейших признаков насилия.

Лорды закивали, соглашаясь, что девушка, которую пытались обесчестить, должна выглядеть иначе.

– Он меня поцеловал...

Ушедший, до чего глупо это звучит!

– То есть, Гийом де Монфор вас поцеловал, а вы ударили его ножом? Вам не кажется, что это несколько... чересчур.

Он ведь тоже улыбается. Одними глазами. И неужели никто не видит этой улыбки? Или Тиссе мерещится? Здесь все так зыбко - света очень мало.

– Леди, не стоит врать уважаемым людям...
– лорд-канцлер останавливается перед Тиссой, заслоняя всех прочих. И в какой-то миг кажется, что в этом огромном зале нет никого, кроме Тиссы и Дункана Кормака.
– Все ведь было иначе. Вы состояли с де Монфором в любовной связи...

– Нет!

– ...и не желали, чтобы ваш супруг узнал о любовнике...

– Неправда! Он не... не мой любовник.

– А чей тогда?

И Тисса поняла, что знает ответ, который всецело устроил бы лорда-канцлера. Все очевидно. Просто. Но неужели они все здесь думают, что Тисса пойдет на такое?

Папа говорил, что сложнее всего решиться на что-то. А когда решение принято, то всего-навсего надо не отступать.

Тисса решение приняла мгновенно.

– Я... я убила Гийома де Монфора, защищая свою честь.

Она произнесла это настолько твердо, насколько сумела.

– Леди, вы, кажется, не понимаете всей серьезности ситуации, - лорд-канцлер подошел ближе и, взяв Тиссину руку, нажал на запястье, заставляя раскрыть ладонь.
– Ваши руки в крови. Вы сами признались в убийстве. Добровольно. При свидетелях. Вы знаете закон. Вас казнят. И ваш единственный шанс на снисхождение - правда.