Чтение онлайн

Мамины губы задрожали.

— Я люблю твоего отца. Всегда любила. Не смей говорить мне о любви, Ханна. Ты понятия не имеешь, на какие жертвы я шла ради твоего отца, чтобы он мог иметь все, чего хотел от жизни. Ты хоть представляешь, как утомительно быть женой Дэниэля Коэна, следить за тем, чтобы все было идеально, и он выглядел безупречно среди своих коллег? Знаешь, почему я притворяюсь? Все ради него.

Она сжала губы в тонкую полоску. Я знала, что она подразумевала именно то, что говорила, но мне было все равно. Я стиснула кулаки. Мне не было жаль свою мать. Она была частью всего этого хаоса.

— Я устала притворяться. Я буду жить по своим собственным правилам. И не стану поступать в Йель. Даже заявление в него не подам. Я отказываюсь быть той, кем ты хочешь меня видеть.

Мама раздула ноздри и покраснела.

— Обсудим это осенью.

Я кивнула.

— Обсудим. Мы обсудим многие вещи, которые изменятся. — Я отступила назад, увеличивая дистанцию между нами. — Приятного тебе отпуска, мам.

Мои зубы стучали, хотя я не замерзла. В Париже стоял июль, и вокруг меня сверкал город. Мимо прошла счастливая влюбленная парочка, голова девушки нежно льнула к плечу парня. В конце улицы шумели немцы, вчетвером изучавшие карту. В последний раз, когда я была в Париже, я позволила себе окунуться в магию города и забыть обо всем на свете.

Но здесь не было магии. Это был обычный город где-то на просторах мира. Ничего особенного.

Наконец усталость взяла верх. Пустота, которая разрасталась во мне с тех пор, как я смотрела вслед уходящему Джуду, накрыла меня с головой. Сев на скамейку в парке, я достала из кармана телефон, который не включала с самой посадки в самолет.

Мобильный ожил, и в ту же секунду на меня посыпались тонны непрочитанных сообщений и не прослушанных голосовых. Но сил проверить их не было.

Подбородок подрагивал, пока я листала список контактов. Ком, который я все это время сдерживала, подступил к горлу, практически лишая возможности дышать. Из-за вновь покатившихся из глаз слез, картинка на экране стала нечеткой.

Нажав на кнопку, я приложила мобильный к уху.

Один гудок, второй, третий…

— Ханна? — затаив дыхание спросили на том конце провода.

Я открыла рот, но с губ сорвался лишь приглушенный всхлип. Плечи задрожали, и я прижала ладонь ко рту.

— Где ты? — спросил Джуд. Его голос звучал одновременно встревоженно и облегченно. — С тобой все в порядке?

— Прости, что не рассказала тебе правду о своей семье, — выдавила я.

— Это уже не важно, — сказал он мне.

— Нет, важно, — запротестовала я. — Правда в том, что я живу в большом одиноком доме, моя мать алкоголичка, а отец сидит на таблетках, и я понятия не имею, как по-другому назвать такую жизнь, если не дерьмовой. Я не хотела, чтобы ты знал об этом.

— У всех нас в чем-то дерьмовая жизнь, Ханна, — ответил Джуд. — Я ничем не лучше тебя. Прости, что накричал. Я злился не на тебя, а на себя за то, что довел ситуацию до такого состояния.

Я закрыла глаза, наслаждаясь звуком его голоса.

— Я никогда не считала себя лучше тебя, — сказала ему я. — Именно поэтому я не хотела ничего с тобой начинать.

— Никогда? — спросил он, усмехнувшись.

— Никогда, — подтвердила я. — Ты чудесный, честный, мужественный, и я боялась, что ты поймешь, что я совсем не такая. — Я сглотнула вновь подступивший к горлу ком.

— Твоя тетя звонила мне, — сказал Джуд. — Она все рассказала, и я… понял. Понял, что ты врала не для того, чтобы обидеть меня, а для того, чтобы защититься.

Я протяжно и с облегчением выдохнула. Я и представить не могла, как сильно мне хотелось, чтобы он сказал это.

— И ты права насчет того, что говорила обо мне, — продолжал Джуд. — Я слишком боюсь жить дальше. Ты отчетливо показала мне это.

— Джуд, я… — начала я, но замолчала. Я понятия не имела, что сказать.

— Сегодня я принял решение, — сообщил он. Его голос звучал решительно и твердо, от сломленности не осталось и следа. — Я собираюсь записаться в армию. Это всегда была моя идея, и я до сих пор хочу этого. Мне просто требовалось мужество, чтобы решиться.

Я проводила взглядом очередную обнимающуюся парочку, прошедшую мимо меня.

— Думаю, это отличное решение, — сказала я. — Не позволяй обстоятельствам сдерживать себя, Джуд.

— Постараюсь, — его голос стал серьезным. — Твоя тетя сказала, что ты уехала, и она решила, что ты можешь быть со мной. Мы пытались дозвониться до тебя весь день. Где ты? Я приеду и заберу тебя, если нужно.

— В Париже.

Последовала пауза.

— В том, что во Франции? — уточнил он.

Я засмеялась.

— Ага.

— Как ты… да неважно, — произнес он. — Ты с матерью?

— Нет, — ответила я, сильнее сжав телефон. — Мы поссорились, и я ушла. Теперь сижу в парке на скамейке.

— Сколько там сейчас времени?

— Поздно, — сказала я.

— А деньги у тебя есть?

Упоминание о деньгах заставило меня поморщиться. С ними у меня никогда не было проблем: чековая книжка и пластиковые карточки всегда находились под рукой.

— Да.

— Хорошо. Тогда иди и найди отель. Только хороший. С гидромассажной ванной и всем таким прочим… посмотрим, удастся ли тебе снять номер.

Я засмеялась.

— Ну, если только с гидромассажной ванной…

— Сообщи, где остановишься. Отоспись в безопасном месте. А завтра все наладится.

Хотела бы я верить, что это так.

— Правило №1, — напоминала я ему. — Будь честным.

— А ты все еще веришь мне? — уточнил он.

Я даже думать не стала.

— Верю.

— Значит, все наладится.

Глава 22

Первым, что я увидела, открыв глаза, был белый потолок из декоративной плитки с закрученным узором в виде птиц и цветов.

Разбудивший меня стук повторился снова. Я протерла глаза и заморгала, стараясь вспомнить, где нахожусь. Огромные размеры кровати и обилие кружевных подушек явно говорили о том, что я не у тети Лидии. Я почти решила, что нахожусь дома, в Уиллоубруке, но моя мать никогда не одобрила бы подобный дизайн потолка.

А затем я все вспомнила. И сиюминутное решение лететь в Париж. И ссору с мамой. И разговор с Джудом.

Джуд.

Откинув одеяло, я бросилась к двери, стук в которую стал еще громче и настойчивее. С замиранием сердца, я распахнула ее.

— Ханна, слава богу! — тетя Лидия заключила меня в объятия и плотно прижала к себе.

От нее пахло мылом и краской. Вдыхая ее запах, я закрыла глаза и даже не пыталась сдержать слез.

Тетя Лидия погладила меня по голове.

— Ш-ш-ш, — приговаривала она. — Все хорошо. Я приехала забрать тебя домой.

— Прости, — выдавила я между всхлипами.

— Все в порядке. А где твоя мать?

— В своем отеле, наверное, — ответила я, пожав плечами.

Тетя Лидия поджала губы и кивнула.