Чтение онлайн

Я мельком взглянула на своё отражение в зеркале над раковиной. Кейт и Эштон правы. Я выглядела чопорно и без огонька, как Ханна Коэн, которой я так отчаянно старалась не быть. Всё, что я слышала — это слова Марка: «Будь кем хочешь и наслаждайся жизнью».

Я ещё не знала, кем хочу быть, но знала, что мне не потребуется мамино одобрение. Впервые в жизни моя мать не контролировала мою жизнь.

Не дав себе возможности передумать, я быстро облачилась в одежду Эштон. Когда я вышла из ванной, оттягивая края шорт, Эштон округлила глаза и хлопнула в ладоши.

— Выглядишь потрясно! Только одно дополнение.

Она завязала рубашку узлом на моём животе, обнажив полоску кожи над краем шорт, а затем Кейт заставила меня сесть на край кровати и занялась моими волосами.

Прежде чем я успела остановить её, Эштон нанесла на мои щёки румяна и открыла помаду. Несколько минут спустя они закончили и отступили, позволяя мне взглянуть на себя в зеркало. Я сглотнула и сделала глубокий вдох, страшась того, что могла там увидеть.

Девушка, смотрящая на меня из зеркала, выглядела почти как незнакомка. Её каштановые волосы были собраны в небрежный пучок с выбивающимися завитками. И на ней было куда больше косметики, нежели обычно бывало на мне с этими ярко-коралловыми губами и блестящими розовыми щеками.

— Вот теперь мы готовы, — заключила Эштон. — Идём веселиться!

Я кивнула, стараясь радоваться так же, как она. По дороге Кейт с Эштон рассказывали о разных людях, которые там будут, но я почти их не слушала. Вместо этого, я оттягивала края рубашки, стараясь прикрыть живот, и отбрасывала волосы с лица. Кейт и Эштон были так добры ко мне, и я не хотела говорить им, как неловко себя чувствую.

«Я сделаю это», — сказала я самой себе. Подумаешь, один вечер в обществе людей, которых я едва знаю.

В машину просочилась музыка, когда мы повернули на грязную дорогу. Впереди показался костёр, и я увидела ходящие перед ним фигуры и десятки людей, рассредоточившихся по всей поляне. Они шарахались от нас в разные стороны, пока старая Хонда Эштон катила по неровной дороге.

Я вцепилась в края сиденья, чувствуя, как желудок выделывает в животе кульбиты. Может, поход на вечеринку был не самой лучшей идеей. В голове всплыли воспоминания о последней вечеринке, на которой мне довелось побывать.

Это было всего три недели назад. Мой отец отмечал открытие трёх дочерних компаний во Флориде, устроив коктейльную вечеринку для всех своих друзей и деловых партнёров. Мои родители жили ради таких вечеринок. Я же провела большую часть вечера, скрываясь от сыночка папиного вице-президента Гарретта и его больших шаловливых ручонок. Прошла всего неделя с тех пор, как мой экс-бойфренд Зак Грили бросил меня и, хотя расставание было моей идеей, я бы хотела, чтобы он был там и выступал барьером между мной и Гарреттом. Моя лучшая подруга Натали променяла меня на парня из колледжа, так что я была одна, слонялась по комнатам и пряталась за людьми, всякий раз, когда мне казалось, будто я его вижу.

Моя мать допивала седьмой или восьмой мартини за вечер. Я сбилась со счёта, пока бегала от Гарретта. Я заметила её, когда просочилась на кухню, в очередной раз прячась от него.

— Тебе не кажется, что уже хватит? — шепнула я на ухо маме, старательно поддерживая безупречный образ, на котором она настаивала.

— Это же вечеринка, Ханна, — раздражённо ответила мама. — На вечеринках полагается пить и расслабляться.

— У тебя язык заплетается, — прошипела я. — Ты ведёшь себя неприлично.

Мама похлопала меня по щеке, чуть сильнее, чем следовало, вызывая жжение.

— Ты слишком напряжена, милая. Расслабься.

Затем мама окликнула какую-то свою подругу и направилась к ней, при ходьбе расплёскивая мартини. Мне показалось, что я заметила затылок Гарретта в столовой, так что я развернулась и взлетела по ступенькам на тёмный второй этаж. Я собиралась запереться в своей комнате, когда заметила свет в родительской спальне. Я не видела отца некоторое время и решила, что ему тоже наскучила вечеринка.

— Пап? — позвала я, постучавшись в дверь. Я постояла минуту, но ответа так и не услышала.

— Папа? — я приоткрыла дверь, заглядывая внутрь. В комнате горела всего одна лампа, стоящая на тумбочке с папиной стороны кровати.

Я вошла в комнату, и звук моих шагов потонул в толстом мягком ковре. Подойдя поближе, я сразу заметила начищенные до блеска ботинки отца. Затем его ноги и, наконец, скорчившееся на полу тело. Его кожа была белой, даже слегка голубоватой, глаза широко распахнуты и у рта виднелись следы рвоты.

***

— Намечается славная ночка, — сказала Эштон, отвлекая меня от моих мыслей.

Жаркая летняя ночь ударила в нос запахом тлеющей древесины, едва я вышла из машины Эштон. Я осторожно спустилась по склону на поляну вслед за Кейт и Эштон, к толпе находящихся там людей. Музыка смешивалась со смехом и болтовнёй, и я почувствовала приступ паники, когда рыжая голова Эштон исчезла в тени.

— Эй! — невнятно окликнул меня какой-то парень, криво улыбнувшись. Его взгляд уже затуманился от большого количества алкоголя.

Я снова заметила Эштон, её волосы переливались в отблесках пламени. Не обращая внимания на пьяного парня, я протиснулась сквозь группу девчонок и пристроилась обратно. Кейт отошла, чтобы поговорить с высоким темнокожим парнем, бросив нас с Эштон одних посреди толпы.

— Идём, — сказала Эштон, взяв меня под локоть. — Выпьем пива.

У холодильника стоял коротко стриженый парень и доставал пиво. Когда мы с Эштон подошли, он улыбнулся.

— Сколько вам, дамы?

— Три, пожалуйста, — ответила Эштон, широко улыбаясь. Она взяла банки, не отрывая взгляд от лица парня. — Спасибо. Кстати, ты знаком с Ханной?

Парень обратил ко мне улыбающееся лицо.

— Нет. Не знаком. Я Картер.

— Ханна, — на автомате сказала я, прежде чем вспомнила, что Эштон уже представила меня.

— Я буду показывать ей город, пока она проводит здесь лето, — пояснила Эштон.

Взгляд Картера метнулся обратно к ней.

— Уверен, ты — лучший гид в городе, Эш.

Эштон покраснела так густо, что казалось, будто она вот-вот вспыхнет. Затем она сказала:

— Что ж, спасибо. За пиво. — Она подняла банки.