Чтение онлайн

Зимлу и самому нелегко, но он бодрится - мужчина все-таки.

– Беда с этими женщинами... Чуть что - в слезы...

– Совестно перед соседями... В канун пасхи соберутся у резника и начнут судачить - что-то Малки не видно. Не хватает только попасть на язычок к соседкам... Дожили...

– Ну, ну, хватит! Не будь дурочкой... Хватит, говорю!

К нам чужой человек идет...

Дверь медленно отворяется, и сначала появляется голова индюка, потом голова человека, и в дверь бочком протискивается Гецл.

2

Гецл всю свою жизнь жил лотереями.

То он разыгрывает пятикнижие, то носится с серебряной сахарницей или с двумя медными подсвечниками, которые вот-вот будут разыгрываться, один билет только еще не продан. Перед осенними праздниками он ходит по домам с молитвенниками, а то с полдюжиной латунных чайных ложек. В общем, он всеми средствами старается урвать алтын или пятак, в зависимости от разыгрываемого предмета, но чтобы кто-нибудь выиграл в его лотерее, этого никто не может припомнить.

Поговаривали, что его лотереи никогда и не разыгрываются, но избавиться от Гецла, не купить у него лотерейный билет не так-то просто: Гецлу некуда спешить. Если вы сразу не раскошелитесь, он простоит и час, и два и прочесть нравоучение не постесняется, а если и это не поможет, обругает, будь вы хоть самый почтенный человек в городе.

Только раз в год хозяйки охотно покупают у Гецла лотерейные билеты - в канун пасхи.

Недели за две до пасхи Гецл обычно приобретает огромного индюка теленок, а не индюк, - связывает ему ноги и отправляется по домам собирать под него деньги.

"Не больше ста билетов продам", - говорит он, но хозяйки прекрасно знают, что билетов будет не менее трехсот.

Как бы то ни было, ему охотно дают пятаки, потому что индюк непременно будет разыгрываться.

В прошлом году индюка выиграла Хайтя, в позапрошлом - Этл, а три года тому назад - новоиспеченная богачка Гутка.

Богачу во всем удача.

3

Когда появился Гецл с индюком, Малка вытерла глаза и с надеждой взглянула на мужа: а вдруг счастье само пришло в дом...

– Что скажете хорошего, реб Гецл?
– спрашивает Зимл.

– Что скажу? Дайте пятак под этого молодца, и дальше пойдем, - хмуро отвечает Гецл, кивнув на индюка.

– Но вы же не будете его разыгрывать...
– говорит Зимл.

– Как это не буду?
– ворчит Гецл.
– Что же мне еще с ним делать? Борщ варить?

– А вашему желудку разве повредит кусок индейки?

– Не нужна мне индейка, я... хватит с меня мацы и свекольника... Без индейки обойдусь!..

– Дай же ему пятак, - просит Малка, - как знать...

– Ну что ж, попробуем, - говорит Зимл решительно, точно рискует по крайней мере сотней.
– Сколько же вам дать?

– Сто тысяч!
– язвит Гецл.
– Сколько... Пятак.

– Ну хорошо. Какой номер ты возьмешь, Малка? Четный или нечетный?

Малка никак не может отважиться - риск-то какой!

Взять четный - а вдруг нечетный счастливей, выбрать нечетный- вдруг четному суждено выиграть индюка...

– Не знаю, - колеблется Малка, - не знаю, выбирай сам.

Однако Зимл боится брать на себя ответственность.

– Я в такие дела не вмешиваюсь. Поступай как знаешь...

У Малки опускаются руки. Что делать? Четный - нечетный?

– Послушай-ка, Зимл, - вдруг находит она выход из положения, - давай возьмем два номера - четный и нечетный!..

– Придумала!.. Что же, целый гривенник ему отдать?
– морщится Зимл. Не такие уж мы богачи...

– Бери, Зимл, дай тебе бог здоровья, бери два номера. Сердце мне подсказывает, что на этот раз мы выиграем.

Зимл вынимает большой кожаный кошелек, долго роется в нем, наконец достает маленький серебряный пятак и пять медяков по копейке, протягивает деньги Гецлу и говорит:

– Гм, выбросили на ветер десять копеек! Ну да ладно, праздник и так обходится дорого, пусть будет еще несколько грошей. До чего может довести женщина... На, спрячь билеты.

– В добрый час, - тихо произносит Малка.

С этого дня Малка ни на минуту не забывала об индюке.

Сердце подсказывало ей, что именно она на этот раз выиграет... А если нет?..

И все-таки она считала индюка почти своей собственностью.

Каждый раз, когда она встречала на улице Гецла, зажавшего под мышкой индюка со связанными ножками, она с упреком останавливала лотерейщика:

– Зачем вы таскаете с собой индюка? Вы же его вконец замучаете!..

– Какое вам дело, - отрезает Гецл, - он пока еще не ваш!

– Жалко ведь птицу, - сокрушается Малка.
– Не ест, не пьет, связан, стиснут... Вы только поглядите, какой у него вид!..

– Что же, я обязан чужих индюков кормить?

– Пожалели бы себя, - пытается уговорить его Малка, другим путем уберечь "своего" индюка, - таскаетесь целый день с такой тяжестью... И как у вас руки не устанут?

Вы получили бы пятак, если бы индюка и дома оставили...

– Как же! Можно подумать, что мне легко достался ваш пятак, когда индюк был со мной!..

Малка вздыхает и уходит восвояси. Что поделаешь с таким душегубом!

Каждый раз при встрече с Гецлом она не может удержаться от вопроса:

– Ну, что слышно?

– Вам сообщат, - ворчит Гецл, не останавливаясь.

4

Накануне пасхи внезапно отворилась дверь, и в нее, по своему обыкновению, бочком пролез Гецл, на этот раз без индюка.

– Выиграли!
– отрывисто и как бы с досадой проворчал он.

Малка всплеснула руками:

– Слава тебе, господи!

Ее лицо засияло от счастья.

– Не ждали, - улыбается Зимл.

– Но где же индюк?
– не терпится Малке.

– А деньги за сообщение?
– отвечает Гецл вопросом на вопрос.

– Какие деньги?

– Видно, никогда индюков не выигрывали... Пять пятиалтынных я беру за сообщение...

– Горе мне, это ведь целое состояние...

– А вы что хотели? За десять грошей получить индюка на пасху?

Торгуются долго... Малка предлагает два пятиалтынных, три пятиалтынных, полтинник. Гецл настаивает на своем - пять пятиалтынных, ни копейки меньше... С трудом столковались на четырех пятиалтынных и десяти грошах, Получив деньги за сообщение, Гецл ушел и через четверть часа вернулся с индюком.