Чтение онлайн

Мне было немного грустно думать о том, чтобы покинуть гонку, но, пройдя первый круг я поняла, что это было самым правильным решением.

— Ты не должна оставлять учебу, Ноа, — сказал мне Ник, когда я изложила ему свое решение. —Это смешно, у многих женщин, которые учатся, есть дети, есть детские сады, и я буду рядом, чтобы помочь тебе...

—Я не хочу, чтобы моего ребенка воспитывала няня, я не хочу делать что-то не так, я боюсь, что если я продолжу учиться и заботиться о ребенке, то в конце концов я не сделаю ни того, ни другого правильно; кроме того, у тебя почти не будет времени позвонить мне по телефону, ты не сможешь оставаться дома и заботиться о ребенке. Моем ребенке.

— Нашем ребенок, — поправил он, и на моих губах появилась улыбка. —Ты забываешь одну маленькую деталь: я начальник, я могу делать все, что захочу.

—Да? — спросила я иронично, —Тогда скажи мне, сможешь ли ты приехать ко мне на следующий визит к гинекологу? —На другом конце линии наступила тишина. — Я не осуждаю тебя, я понимаю, тебе придется работать, а мне придется присматривать за ребенком… Посмотрим, что я смогу сделать, чтобы продолжить карьеру, я могла бы учиться дистанционно . .

Это не то, от чего я была в восторге, мне нравились преподаватели, мне нравилось гулять с друзьями и ходить на занятия, но у меня не могло быть всего этого, и я не видела варианта, чтобы оставлять своего ребенка с кем-то, кроме себя.

— Ноа, мои дела временны, — заявил он, прерывая мои размышления. —Сейчас все перевернуто с ног на голову, но как только я все здесь улажу, я буду полностью твоим.

Мы не говорили о себе, хотя в разговорах, которые у нас были, мы всегда включались в планы друг друга. Мне это нравилось, но в то же время я боялась испортить то, что мы строили. Именно поэтому я не стала настаивать на этом, когда он сказал мне, что пока не сможет вернуться.

Чего я действительно не ожидала, так это увидеть его раньше времени и в новостях в четыре часа. Когда я услышала ее имя по телевизору, я увеличила громкость и стала слушать, волнуясь.

«Бывшие сотрудники Leister Enterprises высаживаются перед новым зданием LRB, требуя восстановления на работе».

Репортером этой новости была женщина-репортер, которую я несколько раз видела на Би-би-си. На кадрах видно, что вход в здание, где он раньше работал, заполнен людьми с плакатами. Полиция оцепила этот район, и даже в этом случае бывшие работники не собирались уходить.

«Чуть более года назад первенец известного юриста Уильяма Лейстера унаследовал империю, которую Эндрю Джеймс Лейстер построил за годы и годы усилий, превратив Leister Enterprises в одну из самых процветающих и признанных компаний в стране. Немало было тех, кто считал безумием перекладывать такую ответственность на молодого человека, который едва достиг достаточного возраста, чтобы знать, что такое бизнес».

Я увеличила громкость и возмущенно уставилась на экран телевизора.

«Первым действием Лейстера было закрытие двух крупных компаний, компаний, которые его дед создал практически из ничего, и увольнение более пятисот сотрудников, в результате чего они остались без работы из-за амбициозного плана открытия новой компании, которая еще предстоит выяснить, будет ли она прибыльной… или станет первым провалом в истории из семьи Лейстеров. Сегодня те люди, которые были несправедливо уволены, встали у дверей LRB, требуя вернуть им работу . .»

Это было смешно. Я знала, что Николас будет работать в это время, но мне нужно было с ним поговорить. Он ответил на третий гудок.

—Ты в порядке? — сказал он в знак приветствия, волнуясь.

— Да, я в порядке, но, похоже ты нет. Тебя показали в новостях… Что случилось? Что произошло? Когда ты собирался рассказать мне об этом, Николас?

Я не могла поверить, что у него были проблемы, и он ничего мне не сказал.

— Это не то, о чем тебе нужно беспокоиться.

Я издала горький смешок.

—Что? Мне не о чем беспокоиться? Они тебя потрошат!

— Вот что делает пресса - подхватывает кучу лжи и превращает ее в новости.

— Но, а как насчет сотрудников и того, что они говорят о LRB.. ?

Я почувствовала горькое чувство в груди. Я не хотела слышать эти ужасные вещи о Нике, они причиняли мне боль больше, чем если бы они были сказаны мне лично.

Ник вздохнул на другом конце линии.

— Мне пришлось уволить этих людей, потому что в течение четырех лет эти две компании обанкротились бы. Ими плохо управляли, они почти не приносили прибыли. Если бы я закрыл их сейчас, на деньги, вырученные от их ликвидации, я мог бы начать новый бизнес и снова нанять людей, которых я уволил, но на это нужно время.

—Тебе не нужно мне ничего объяснять. Я знаю, что ты сделал это не ради удовольствия.

—Этот бизнес предполагает принятие трудных решений, решений, которые отстойны.

— Ты отлично справляешься, Николас, эти люди не понимают.

Несколько мгновений он молчал.

— У Leister Enterprises никогда не было такой прибыли, как сейчас, я намерен открыть еще один филиал LRB в течение года. Это потребовало бы повторного найма почти семидесяти процентов бывших сотрудников.

Я знала, что Николас никогда не уволит столько людей, не имея туза в рукаве. Ему было неприятно думать, что эти люди критикуют его, когда у него есть план по улучшению ситуации.

—И что ты собираешься делать теперь? — спросила я, опасаясь, что это продлит его пребывание там намного дольше, чем я предполагала.

—Пусть мои адвокаты продолжают делать свою работу. Я же сказал тебе, не волнуйся об этом.

—Все в порядке. .

Переговоры затянулись еще на три недели, и все начало усложняться.

Во-первых, количество звонков стало расти, когда мы поняли, что находиться в разлуке и разговаривать каждый день было тяжелее, чем не разговаривать друг с другом практически год. Я поняла, что он нужен мне рядом со мной, и что по мере того, как ребенок становился больше, мне хотелось умолять его вернуться.

— Мне нужно прикоснуться к тебе, Ноа, — признался он мне однажды ночью. —Прошло так много времени, что я больше не помню, каково это быть внутри тебя.

—Николас...

— Я не должен был уходить, я должен был быть эгоистом, эгоистом, который занимался бы с тобой любовью каждое чертово утро в этой миниатюрной квартирке, которой ты так гордишься.

Я улыбнулась его вспышке и заметила, что тепло, вызванное его словами, охватило меня с ног до головы.

—Надеюсь, никто не подслушивает, как ты это говоришь, — нервно прокомментировала я.