Чтение онлайн

— Надыть скорича къ тетк Акулин... надыть сказать... безпремнно ... — наконцъ пробормоталъ онъ вслухъ и тотчасъ же бгомъ пустился по до-рог.

Темнота, болыная дорога, пустынность и тишина, нарушамая страшными всхрапами избитаго, нагнали на Демина жуть, близкую къ паник.

Только поровнявшись съ первыми строенГйми села Хлябина — съ людскими избами заколоченной бар-ской усадьбы, Деминъ почувствовалъ себя легче. Тутъ до слуха его донеслись людскіе голоса. Деминъ со-всмъ пріободрился. Жуть сползла съ него, какъ сползаетъ съ плечъ физическая тяжесть. Опъ вздох-нулъ срободне, цолной ^р^^д^ві^ п^лпвклв^^и

направился къ говорящимъ, но вдругъ остановился и попятился къ забору. Въ десяти шагахъ отъ себя онъ узналъ голосъ Сашки и глуховатый, пьяный хохотъ Ларіонова.

— Убивцы! — съ отвращеніемъ и ужасомъ про-шепталъ Деминъ и, стараясь не выдать себя, сталъ осторожно отходить назадъ по забору.

Найдя первый своротокъ и чтобы избжать новой встрчи съ убійцами, онъ тотчасъ же ршилъ идти домой окольнымъ путемъ черезъ село Шипино, хотя это и удлиняло дорогу на добрыхъ дв версты.

Поднявъ съ земли тонкую хворостину и ощупавъ за голенищей короткій, острый ножъ, съ которымъ онъ никогда не разставался, Деминъ побжалъ, но чмъ далыпе отходилъ отъ жилья, тмъ сильне овла-двали имъ волненіе и страхъ.

Ему безпрерывно слышались буйные окрики, пья-ное гиканіе, лошадиный топотъ и позвякиваніе бубен-цовъ. и Деминъ испуганно оглядывался, бросался съ дороги въ поле, пригибался къ земл, ежеминутно прислушиваясь и приглядываясь.

Но сжатое поле и ближній лсокъ на высокихъ холмахъ были безмолвны, ни откуда не доносилось ни одного звука, а страшный видъ избитаго Ивана неотступно стоялъ передъ глазами Демина.

Про убійцъ онъ скоро забылъ, .но ему чудилось, что окровавленный, умирающій Иванъ поднялся съ земли и гонится за нимъ; ему иногда слышались даже тяжелые шаги за спиной. Разъ... разъ... точно сол-датъ, отбивалъ умирающій каждый шагъ по земл. И, вн себя огь ужаса, Деминъ уже не смлъ огля-нуться, съ замираніемъ сердца ожидая, что вотъ-вотъ къ нему протянутся сзади окровавленныя руки и опу-стятся на его плечи...

И Деминъ не убавлялъ хода, хриплъ, какъ за-паленная лошадь; потъ градомъ катилъ съ него, ру-башка дрилипла къ т^-,еІап-ка2лк.ги

Что-то хрустнуло и зашуршало у него за па-зухой.

Онъ съ визгомъ кинулся въ поле и прислъ, за-крывъ голову руками, чувствуя, что сдвинуться съ мста у него уже не хватитъ силъ, такъ обуялъ его страхъ.

— Ба-баранки... — черезъ полминуты облегчено промолвилъ Деминъ. За пазухой продолжало шур-шать.

— А вино? вспомнилъ онъ и принялся ощупывать себя.

Водка оказалась въ карман штановъ. Деминъ вынулъ посудину, проворно соскребъ съ ея горлышка сургучъ и толкнулъ ладонью въ дно бутылки. Влага булькнула и зашипла; пробка выскочила вверхъ.

Деминъ приложилъ горлышко посудинки къ гу-бамъ и съ чисто животною жадностью сталъ тянуть влагу.

«Такъ-то малость пріободрюсь, — мелькало въ его голов, — а то бда, какая тряска взяла... такая тряска...»

Онъ разомъ опорожнилъ добрую половину бу-тылки. Нутро у него согрлось; отъ сердца отлегло, и ужасъ уже не съ прежней силой давилъ его. Къ нему вернулась способность разсуждать.

Чувствуя себя всего мокрымъ, въ поту, Деминъ снялъ шапку, обтеръ ладонью лобъ и, по своему обы-кновенію — промолвивъ вслухъ: «Фу, какъ запа-ривши... вотъ такъ запаривши»... не спша про-должалъ свой путь, однако часто оглядываясь на-задъ.

— Надыть маленько еще... а то штой-то страшно-вато... сказалъ онъ себ и тотъ часъ жа пропустилъ еще нсколько глотковъ водки.

— Ну, теперича хорошо... вотъ какъ... будетъ... до самаго дома ни-ни... НадаетьвътлтАльлл-- -бзпремнно... а то не хорошо такъ-то одного безъ призору... ще помретъ ... вдь сынъ ейный...

. И Деминъ крпко-накрпко закупорилъ бутылку клочкомъ ваты, вырваннымъ изъ собственной паль-тушки, и опустилъ е въ карманъ въ твердой рши-мости, уже до самаго дома не дотрогиваться до нея.

Отъ прежняго ужаса не осталось и слда, наобо-ротъ, чмъ далыпе онъ подвигался, тмъ настроніе его становилось бодре, а шаги замедлялись.

— Черти, лшаи! — забормоталъ онъ. — Такъ обработать пария ... совсмъ въ отдлку... хреста на ше нтути ... Вдь не собака... Другой и собаку пожалетъ ... Почему не пожалть? и пожалшь... потому она собака... а тутъ легко ли? хрестьянскую душу загубивши... И чмъ помшалъ? Хорошій былъ мужикъ... смирный... Никому отъ него ни-какой обиды... никакой... не слыхать, штобы кого обидвши...

На этихъ разсужденіяхъ мысли его сдлали кру-той скачокъ.

— А зачмъ беречь? — спросилъ онъ себя объ оставшейся водк. — Незачмъ беречь.

И, остановившись, Деминъ опять хлебнулъ изъ посудинки, а потомъ еще и еще...

Теперь онъ чувствовалъ себя уже совсмъ уда-лымъ добрымъ молодцемъ, а въ голову заползали даже горделивыя мысли.

— А што, — думалъ онъ вслухъ, съ задоромъ. — Небось, теперь для Ваньки-то Демина и угощенія не жаль? Баранки — не баранки, вино — не вино... все бери, Иванъ Семенычъ! отдадутъ, не постоятъ... Да што? Вотъ какъ ... ходи теперича передъ Иваномъ... Семеновымъ по одной доск... То-то. И пойдешь, собачій сынъ... обвязательно пойдешь... это какъ пить дать ... пойдешь... и шапку передъ Иваномъ... Семеновымъ ломай... потому какъ убивцы, арестанцы,

одпо слово. Да... вотъ додо^до.еіан-кахак.г

потому ежели чуточку не потрафивши... пожалте къ становому, потому убивцы... потому человка за-бивши... на-сморть забивши ... не то што ... мозги вытекши... вотъ какъ...

Въ неболыпой рощ между Шипинымъ и Шп-таловымъ Деминъ прислъ на пн у дороги, допилъ водку и сълъ послднюю баранку. Опорожненную посудинку онъ, слегка поклевывая носомъ, долго, ста-рательно засовывалъ въ необъятный карманъ своихъ дырявыхъ штановъ, а потомъ, сбивъ на самый заты-локъ свою шапчонку, продолжалъ путь въ самомъ нревосходномъ и боевомъ настроеніи.

Теперь Деминъ ршительно никого не боялся и, попадись ему сейчасъ ыавстрчу парни, онъ не усту-пилъ бы имъ дороги и «не уважилъ бы» ни единаго слова.

— А-а, землю сть... на голову сыпать... убив-цы! Поддорожники! арестанцы! вопилъ онъ въ лсу.

IX.

Мать Ивана съ его женой вернулись съ жнитва домой только въ сумерки. Он подоили коровъ, рас-топили печь, скипятили къ ужину молока, наварили картошки и поставили самоваръ.

Съ Иваномъ кром матери жили два его мень-шихъ брата и 9-ти-лтняя сестренка. Другую сестру 22-хъ-лтшою Авдотыо прошлой зимой выдали за-мужъ.

Семья нкоторое время поджидала Ивана и не садилась за ужинъ.

Жена его, несмотря на усталость, цлый вечеръ находилась въ какомъ-то безотчетномъ безпокойств.

— Чтой-то долго пту Вапюшки? нсколько разъ говорила она, поглядыішіаокошклп-кахак.Ги

— Да сядемъ ужинать, доченка, чего жъ его ждать? Можетъ, онъ къ свту только явится, а мы все жди. Ишь какое дло.-то! Небось, ^свой домъ не пройдетъ. Гд бы ни ходилъ, все домой придетъ, — отвтила свекровь, все еще злая на сына за утреншою ругань.