Нашествие хазар (в 2х книгах)
Шрифт:
Ладно бы - поведение Дира только раздражало, но оно уже начинает впрямую вредить княжеству: так было с пьяными стражниками, чуть не «проморгавшими» древлян, со взятием Саркела и с поселением Фарры, как точно выяснилось, за не малую мзду, который на поверку оказался хазарским соглядатаем… Хорошо, что это раскрылось и даже пошло на пользу: Аскольд приказал не трогать пока иудея, всё оставить как есть, дабы ничего не заподозрили в Итиле… Пусть живёт, торгует, занимается обменом товаров, как прежде.
На обманный план укреплений Киева, как явствует из грозного хазарского послания, кажется клюнули… Его получил князь сегодня утром, развернул и увидел, что подписано оно сразу двумя правителями из Итиля: до сих пор такого ещё не бывало…
Позвал Светозара, Вышату, Ратибора, находившегося в Киеве по древлянским делам, верховного жреца (Дир в Киеве отсутствовал), - на собрании самых приближенных, но ещё не всего Высокого Совета велел Кевкамену прочесть хартии вслух. Обычно послания, исходящие из Итиля, писались по-древнееврейски, но в Киев отправлялись на греческом…
«Данники наши, киевские архонты и боилы, мы не желаем вам долгих лет жизни и здравия, ибо мы - царь Ефраим и каган Завулон, первые советники правителей Массорет бей-Неофалим и учёный Зембрий на вас сердиты…»
Далее излагались причины, по которым они сердиты: давно дань не платили кровью, то есть не давали рабов, рассматривая последних, как сосуд, в котором содержится драгоценная жидкость, используемая и для ветхозаветного жертвенника и на капищах богов Тенгре и Санерга, которым поклонялись тюрко-хазары… В вину киевлянам вменялось и разграбление Саркела, что явилось первопричиной того, что царь и каган не могут дальше тянуть с походом…
«Можно было бы потребовать с вас выкуп, как вы того потребовали с Византии. Но не только с нами им делиться не захотели, но и наше взять пожелали…» Затем перечислялось содержимое казны саркелской, из которой было уворовано: «…золота семь центариев, серебра десять…»
– Врут иудеи поганые!
– воскликнул Светозар и в запале крепко саданул кулаком по столешнице.
– Золота почти не было. Крохи одни…
– Брось, воевода!
– строго сказал Аскольд.
– Дело не в том, сколько вы взяли золота аль серебра… И ты знаешь сие!
Кевкамен поднял черные очи от хартии, спокойно обвёл ими присутствующих и потрогал пальцем уголки губ. Аскольд кивнул ему.
«Наше взяли и дань не платите, поэтому мы скоро будем у вас походом и, как бы вы не затворялись, мы проникнем в Киев, ибо план его укреплений у нас имеется…
Недостойные вы, а посему мы решили вас наказать, для чего и покажем старикам и женщинам, в том числе и детям вашим, наше ярко сияющее медное знамя [276] …»
Грек кончил читать, положил хартию на стол и собирался уходить, но его движением руки остановил архонт и промолвил:
[276] Главное воинское знамя у хазар было обложено медными пластинами.
– Будь здесь…
Вышата и Светозар переглянулись, верховный жрец вопросительно посмотрел на них, но ответа в глазах не нашёл…
– Жалею, что нет с нами моего брата… Ему, правда, всегда удаётся избежать неприятных моментов, как, например, сейчас, за него будто кто молится… - Князь посмотрел на жреца. Все, кто присутствовал здесь, знали, что на освободившееся на капище после Мамуна место сей человек сел не без содействия Дира и, разумеется, не просто так…
– Предварительно мы должны обсудить создавшееся положение, - решил Аскольд.
– Садись, Кевкамен… А ты, Светозар, говори…
– Одно можно сказать: хорошо мы сделали, что не тронули иудея. Они там тоже не дураки, небось когда нашли план у убитого, не сразу поверили, что план - подлинный… Выжидать начали… Мёртвый-то гонец ведь ничего не расскажет, а второй где - неведомо. А если б мы Фарру разоблачили, тогда бы всё поняли…
– Недавно на Купалу он нам с Диром двух отменных жеребцов в подарок прислал, - доложил Аскольд.
– А мы ему в ответ красивую девку…
– После этого, княже, у него, сказывают, на дворе такая свалка случилась - уноси ноги!
– захохотал Вышата.
– Вашу красавицу он к себе в спальню определил, живот и ноги чесать, а прежнюю, которую Любавой зовут, отослал от себя. Вот она-то, улучив миг, вцепилась в волосы соперницы. Фарра, конечно, заступился за новенькую, а Лия, его жена, за Любаву, дворня тоже разделилась: одна часть - за хозяина, другая - за хозяйку, и пошла кутерьма!
– Ну раз мы ещё веселиться можем после прочтения сей хартии, значит, не так плохи наши дела… - пошутил Аскольд.
– Я сегодня отбываю домой, а как велишь, князь, то буду со своим войском сей момент… Встанем вместе на защиту Киева, как вместе на Константинополь ходили, - заверил Ратибор.
– Дай обниму тебя, старейшина!
– воскликнул в порыве благодарности киевский архонт.
– Вестимо, княже. Веселимся, значит, тужимся… Только иудея с женой да их выводком пора уничтожению подвергнуть, дабы другим неповадно было, - сказал Светозар.
– Кому неповадно, воевода, об этом лучше моего брата спросить…
– За всяким не усмотришь, - наконец молвил слово верховный жрец.
– Да теперь, думаю, не след Дира винить - назад оглядываться, вперёд нужно идтить… Ведь он же с нами пойдёт!
«Ишь, языческий божий угодник, кровавый служитель молоха, как всё повернул по-бесовски и ловко выгородил своего благодетеля», - зло подумал Кевкамен. Он разведал, кто истребил киевских христиан и его ученика Ярему да сжёг храмовую утварь. И ещё узнал, что Дир состоял в сговоре со старшей женой Аскольда Сфандрой…
Сейчас грек на собрании мог только молчать, здесь его место - десятое; ответит, когда спросят…
К нему как раз и обратился Аскольд:
– Кевкамен, ты был с нами на границе. Но только тебе как христианину пришла в голову мысль освободить из темницы узников, один из которых оказался хазарским гонцом. Он-то и помог раскрыть тайный замысел кагана и царя… Светозар знает об этом. Но пусть теперь знают все… Кевкамен нам очень помог! И во избежании всякого недоразумения отныне он будет на равных присутствовать на всех наших собраниях и на Высоком Совете тоже. Меня все поняли?
– Архонт обвёл взглядом присутствующих, чуть дольше задержал его на лице верховного жреца.
«Ничего не скроешь! Зрит сквозь землю…» - отметил про себя служитель идолов. Но поторопился первым объявить:
– Поняли, княже… И твоё решение я лично приветствую.
– Поручаю тебе, жрец, сказать Диру об этом решении… А ты, Кевкамен, проясни, когда и как станем казнить семью иудея?
– Конечно же, Фарра не должен уйти от наказания. Но жену и детей?.. Виноваты ли они?.. Если да, то их надо, как сказал Светозар, тоже подвергнуть уничтожению… Но мне кажется, они ни при чём…
– Я согласен с греком, - поддержал Кевкамена Вышата.