Чтение онлайн

Казалось, дело шло к концу, но вдруг как гром среди ясного неба раздаётся Ивонин крик:

– Стоять.

Затихли и испугались все, и агент в том числе.

– Я не поняла, а почему «ру»? – продолжала надрываться она. – Тебя что, в России искать будут?

После такого заявления Виталик прекратил свой танец победителя.

– Люди добрые, – закричал он. – С кем я живу? Деревня ты, это же электронная почта, я могу там хоть «дебил» вместо «ру» написать.

– Так уже лучше «дебил», чем «ру», – раскрасневшись, отвечала она.

Ирена, видя, что дело снова идёт к ругани, спрашивает Ивону:

– Так что им говорить, они ждут?

Та, долго не думая, насоветовала:

– Говорите uk.

– Ну ты и бестолковая, – завопил на всю столовую Виталик. – Мне ведь придётся везде почту менять.

– И ничего, поменяешь, всё равно ходишь весь день без работы.

Нервничать начали все, включая агента, который молча сопел в трубку, видимо, пытаясь понять нравы наших людей. Но в конце концов сообразив, что за такой сомнительный контракт его могут вообще уволить из компании, решил отменить сделку.

– Слушайте, мэм, я бы посоветовал вам обратиться на ближайшую почту, найти хорошего переводчика и попробовать составить контракт ещё раз, потому что по телефону мы можем допустить много ошибок, – выпалил он и положил трубку.

Ивона удивлённо и растерянно смотрит на Ирену и спрашивает:

– Ну что?

Ирена, явно подуставшая и получившая слишком много информации на английском, подумала, что нужно ждать документы по почте. По крайней мере она так поняла, потому что из всей сказанной агентом тирады идентифицировала лишь два слова, а именно: «почта» и «документы».

И вот связав их между собой, сама решила, что всё отлично и что страховка у Виталика практически в кармане.

– Так, значит, я уже могу ездить? Юху, урра! – во весь голос закричал тот, поднимая руки вверх.

– Ну да, – очень уверенно заявила Ирена.

Виталик на радостях подбежал и поцеловал её в щёку.

– Ну я же говорила, что легко решу эту проблему, – язвительно так произнесла Ивона, искоса поглядывая на меня, чтобы я понял, что это камень в мой огород.

Я всё понял, но никак не отреагировал, а молча сидел и наблюдал за Виталиком, радости которого не было предела.

– Дорогая, – вдруг ласково обратился он к Ивоне, – собирайся, поедем в магазин и Артура по дороге завезём.

– Хорошо, Виталюша, любимый, – так же ласково ответила она ему.

– Ну Ирена. Ну молодец. С меня бутылка, – радостно щебетал Виталик.

При слове «бутылка» Ивона заметно напряглась, но ругаться не стала: праздник ведь.

Позже они высадили меня возле дома, а сами счастливые и неразлучные поехали в магазин.

Как вы, наверное, догадались, никакой страховки им так и не сделали. В тот же день Виталика возле магазина сфотографировала первая попавшаяся камера местного ДПС, и через пару дней им пришёл огромный штраф за езду без страховки. Вот тогда-то и выяснилось, что история продолжается.

До Ивоны всё-таки дошло, что нужно обратиться за помощью к специалистам, и она, заплатив эти несчастные двадцать фунтов, наконец уладила вопрос. Все неудачи и расходы по этому поводу она списала на Виталика, а тот, в свою очередь, со всем согласился. Впрочем, через пару месяцев эта история уже была забыта, и Виталик, счастливый, катался на своей, как он говорил, ласточке.

Я же над всем этим долго смеялся и сделал несколько выводов. Если планируешь остаться жить на острове, надо идти в колледж и срочно учить английский. Ну и подтвердилась старая истина, которая гласит, что скупой платит дважды.

Глава 5

СЕРЁЖА

Ещё одна забавная история на тему языкового и культурного барьера случилась с моим знакомым латышом по имени Серёжа. Познакомился я с ним всё на той же фабрике, где работал к тому времени уже четвёртый год.

Серёжа был личность загадочная, неординарная и одновременно туповатая. После развала СССР он быстренько сбегал в паспортный стол и переделал свои имя и фамилию на латышский манер. Был Сергей Малышев, а стал Сергейсс Малышевсс, влепив по двойной «с» на окончания.

Его мать, следуя примеру остальных радикально настроенных латышей, забрала Серёжу из русской школы и перевела его в латышскую группу, стараясь общаться с ним исключительно по-латышски и прививая сыну весь этот бред под названием «латышский национализм». Ничего путного из этого патриотичного проекта не вышло. Серёжа рос совершенно непатриотичным и хамоватым латышом, которого только испортил отрыв от русской школы, так как в конечном итоге Серёжа ни на русском, ни на латышском толком и не заговорил.

После школы Серёжа пытался освоить профессию электрика-монтажника, и, хотя это ему не удалось, корочку за взятку в виде бутылки «Ригс Бальзамс» и коробки конфет «Ассорти» всё же получил. С горем пополам дожил он до 20 лет, а после открытия границ в 2008 году, разочарованные вконец местными властями, все эти псевдопатриоты стартовали кто куда и как можно быстрей. Таким вот стандартным путём Серёжа и попал к нам на фабрику, весь такой странный и большинству непонятный.

Чтобы долго не описывать его внешность, скажу просто: Серёжа – это был типичный Шариков, причём на ранней стадии развития оного, когда тот весь волосатый ещё на балалайке играл. Склад ума, впрочем, тоже был один в один. Иногда мне казалось, что М. Булгаков писал своего героя с аналогичного объекта. В телефоне Сергей был у меня под ником «Ручник» и с картинкой пещерного человека.

По-английски Серёжа не разговаривал абсолютно, умел лишь сказать одно:

– Я Серёжа.

Но зато у него был дар свыше: мимикой своего туповатого лица, глаз с косинкой, движениями рук и даже ног довольно легко и быстро договориться с любым англичанином практически по любому поводу. У него имелся и свой стандартный набор жестов и звуков (этакий словарь Эллочки-людоедки).

Ну вот, например, некоторые из них.

«Кабум!» – кричит он, при этом охватывает руками голову и мотает ей в разные стороны.

Перевожу на человеческий язык: поломка чего-либо, но без особо серьёзных последствий.

«Бум!» – и разводит руки в разные стороны, имитируя взрывную волну, глаза выходят из орбит и бешено горят.

Означает довольно скверное происшествие, но с незначительными последствиями.

«Капец!» – он орал очень редко, потому что это означало особо серьёзные проблемы, в результате которых могут быть жертвы.

«Ай-яй-яй!» – проблемы небольшие, но, если ничего не предпринять, могут быть неприятные последствия.