Чтение онлайн

Генерал подробно рассказал о том, как был разгадан и расстроен немецкий план наступления на Москву со стороны Можайска и Наро-Фоминска.

–  Начав ноябрьское наступление на Москву, немцы вначале сосредоточили усилия на своих флангах, имея целью окружить Москву. Несколько позднее противник активизировался и на нашем направлении, стремясь выйти здесь на ближние подступы к столице. Наиболее тяжелыми для нас днями были 1-4 декабря. В эти дни фашисты, прощупав нашу оборону на Можайском шоссе и автостраде Москва - Минск и убедившись в ее крепости, предприняли наступление в обход этих магистралей с севера и с юга.

Обход имел целью окружение наших частей с одновременным выходом на ближние подступы к Москве. Он был задуман германским командованием по способу двойных клещей. Это со всей очевидностью явствовало из карты германского офицера, захваченной нашей разведкой. Вдумчивое изучение ряда данных (в том числе и названной карты), а также знание тактики германских войск помогли нам вовремя разгадать замысел фашистов.

До 60 германских танков и полтора-два полка пехоты начали наступление на Кубинку с юга, из района Наро-Фоминска. 267-я немецкая пехотная дивизия вела наступление на Кубинку с севера. Это были малые клещи. Они создавали угрозу окружения для некоторых наших частей.

Почти одновременно группа танков с посаженной на них мотопехотой и автоматчиками, прорвав на одном из участков линию нашей обороны, проникла значительно дальше на восток. Двигаясь из района Наро-Фоминска, группа достигла Юшково, стремясь выйти в Голицыно. Угроза этому пункту нависла также и с севера, где из района Звенигорода продвинулись в восточном направлении части 252-й, 87-й и 78-й немецких пехотных дивизий. Таким образом, создались вторые, большие клещи, значительно вклинившиеся в глубину нашей обороны.

Следует отметить, что фашистские части, совершавшие обход в направлении Голицыно с севера, приблизились к Москве почти на расстояние выстрела дальнобойной артиллерии. Их дальнейшее продвижение поставило бы город под угрозу артиллерийского обстрела.

Южный прорыв немцев разбился о стойкую оборону части, которой командует полковник Полосухин. Фашистские танки вышли непосредственно на командный пункт Полосухина, но полковник и бывшие с ним командиры не растерялись: оставаясь на своем командном пункте, продолжали руководить боем и организовали отпор врагу. Они ушли от опасности быть раздавленными гусеницами танков только тогда, когда получили на это разрешение и оборудовали новый командный пункт.

Один из полков дрался одновременно фронтом на запад и на восток и не позволил противнику расширить фронт прорыва. На пути германских танков был создан барьер из сена, соломы, хвороста и других горючих материалов протяженностью в полкилометра. Его подожгли: образовался сплошной огневой вал, пламя высотою до 2,5 метра бушевало два часа. Встретив на своем пути сплошную стену огня, танки повернули и подставили таким образом свои бока под выстрелы наших противотанковых орудий. Из 40 вражеских машин 25 осталось на месте.

Подразделение танков, находившееся в резерве, было выдвинуто в район южнее Голицыно, как только там появился противник. Танкисты первыми встретили врага и приостановили его продвижение. Затем на подмогу подошли другие части, противник был разгромлен ими наголову и отброшен за реку Нара, на исходные позиции, а кое-где и еще дальше.

В то же самое время контрударами наших частей противник был выбит из района Кривуши - Пронское и отброшен за Москва-реку. При этом было захвачено 11 орудий, 10 минометов, несколько сот винтовок и уничтожено до 1 500 фашистов. Были взяты пленные.

Позднее нам удалось ликвидировать и группировку, пытавшуюся прорваться к Голицыно восточнее Звенигорода. На этом участке 5, 6 и 7 декабря мы заняли 16 селений и оттеснили противника на 20 с лишним километров.

Все это произошло после того, как 30 ноября немцы известили по радио о полном разгроме наших частей и о взятии Звенигорода. Кстати, Звенигород все время был и остался советским городом.

11 декабря наши части начали новое наступление на своем участке. Мы отошли от шаблона и начали это наступление не в обычное для этого время суток и без предварительной артиллерийской подготовки. Этим была обеспечена внезапность нападения. Я лично видел, как в беспорядке, торопливо покидали свои позиции немцы. В с. Апарина-Гора я видел брошенные немцами второпях ведра, в которых варились к обеду наворованные у крестьян куры. 30 автомобилей, до 30 орудий, 10 минометов оставлено противником лишь на одном небольшом участке.

В первый же день наступления противник был отброшен со своих позиций на северном берегу Москва-реки и вынужден отойти в леса.

("Правда" 14 декабря 1941 г.)

Разгром дивизий Гудериана

Генерал-лейтенант И. Болдин

В середине ноября немецкое командование начало новую наступательную операцию против Тулы и всего Тульского промышленного района. По количеству войск и особенно танков, привлеченных для ее выполнения, можно было догадываться, что фашисты намерены любой ценой захватить город. Его упорная оборона мешала немцам выбраться на удобную дорогу для наступления на Москву с юга.

Гласный удар немцы намечали нанести восточнее Тулы - на Узловую, Сталиногорск, Венев и Каширу. Затем, в зависимости от обстоятельств, главные силы должны были, вероятно, итти или прямо на Москву, или (если в Кашире будет встречено мощное сопротивление) резко повернуть на запад и перерезать шоссе Тула - Москва. К этому времени западная группировка немцев должна была начать наступление от Алексина и тоже выйти к шоссе Тула - Москва. В случае удачи немцы решали сразу три важные задачи: окружение тульской группировки войск Красной Армии, ликвидация тульского узла сопротивления и захват дороги на Москву.

Немцы, как и всегда, начали с массированного удара бронированным кулаком по нашей обороне. На довольно узком фронте они сосредоточили 3-ю, 4-ю и 17-ю бронетанковые дивизии, 29-ю и 296-ю пехотные дивизии и полк "Великая Германия".

С воздуха наземные войска поддерживались крупной авиационной группой.

Три дня наши части сдерживали напор превосходящих сил врага. Бои носили ожесточенный и кровопролитный характер. Чтобы не рассказывать подробно о каждом из них, я остановлюсь на двух, наиболее упорных.

Часть генерала Терешкова обороняла район рабочего поселка Болоховка. Утром 17 ноября ее атаковало 70 танков и два полка мотопехоты противника. Бойцы тов. Терешкова отбили атаку, уничтожив артиллерийским огнем и противотанковыми средствами 19 танков, а также истребив до 500 фашистских солдат и офицеров. Немцев не остановил дружный и крепкий отпор. Они в течение этого дня еще несколько раз атаковали часть тов. Терешкова, но успеха не добились. В последующие два дня немцы подвергали эту часть беспрерывным атакам, вводя в бой все новые и новые силы. На третий день ночью противник ворвался в поселок. Произошел ночной уличный бой. Наши бойцы истребляли немцев гранатами, штыками, автоматами, пулеметами; одно из подразделений погибло в поселке почти полностью, но ни один боец и командир его не отступил, не дрогнул. Перед утром генерал Терешков контратакой выбил немцев из поселка, и только вечером, следуя указаниям старшего командования, отступил на новый рубеж. В районе поселка остались 2 000 немецких трупов, 46 сгоревших немецких танков и груды изломанного оружия.