Чтение онлайн

Окружению Клина предшествовал ряд упорных боев. Они начались еще в районе Яхромы и Рогачева. Немцы к первым числам декабря достигли рубежа канала Москва - Волга. Отсюда они пытались развить дальнейшее продвижение и овладеть городом Дмитровым. Северному направлению придавалось особо важное значение. Стремясь овладеть северными подступами к Москве, немцы хотели продолжить окружение столицы. Достаточно сказать, что северная группировка немцев состояла из 13 дивизий.

Войска генерала Лелюшенко получили приказ сломить вражескую оборону в Рогачеве и овладеть городом. Разгорелись бои за населенные пункты, составлявшие внешний пояс рогачевского укрепленного узла. Немцы проявили исключительное упорство. Многие населенные пункты переходили из рук в руки.

Нашим войскам здесь пришлось действовать в особо тяжелых условиях. Впереди лежала ровная болотистая местность, покрытая танкой коркой льда. Вся она и крутые берега Яхромы находились под постоянным вражеским огнем. Потребовались обходные маневры. К ним и прибегали наши части.

Уничтожив внешний пояс укрепленного узла, наши части перенесли свои действия непосредственно в город. Здесь также решающую роль сыграл наш маневр. Принимались все меры к тому, чтобы не дать немцам предпринять контрманевра. Ведя ожесточенные бои за внешний пояс, окаймлявший Рогачев, войска генерала Лелюшенко одновременно обходили со всех сторон этот город. После упорных боев он был взят. Вот что предшествовало боям за Клин. Не останавливаясь, наши части продолжали теснить врага, направляя все свои действия на окружение северной группировки противника. Сковывая немцев с фронта, обходя их фланга, овладевая новыми рубежами, наши части ни на минуту не забывали о противотанковой обороне.

Дело в том, что, оказавшись в Клину в окружении, немцы старались во что бы то ни стало прорвать его. Они часто переходили в контратаки. В первую очередь враг использовывал танки, бросая большие группы их то на одно, то на другое направление. Но всюду их встречали огнем артиллерии, противотанковых ружей, минами и бутылками с горючим. Положение немцев с каждым днем становилось все более тяжелым. Кольцо все сужалось, а горючего у врага становилось меньше и меньше.

В момент, когда войска Лелюшенко и Кузнецова сужали кольцо вокруг города, часть Чавадзе, проникнув в глубокий тыл врага, приготовилась встретить его на путях отхода. Всякая попытка немцев выйти на дорогу срывалась.

Танковые части командира Ротмистрова рассекали узлы сопротивления противника, прорываясь между ними, также закрывая немцам пути отхода из Клина. Например, танкисты, действуя в тылу врага, подошли к немцам на расстояние 200 метров и отсюда угрожали его коммуникации. Танкисты пересекли дорогу противнику в районе Белавино. Все это с каждым днем усложняло положение окруженных немецких частей. Тылы их были окончательно отрезаны.

Однако враг ни на минуту не отказывался от стремления прорвать кольцо. С каждым днем значение Клина становилось для него все более важным. Дальнейшее окружение вело к полной гибели немецкого гарнизона. Захватив командную высоту 220, немцы открыли отсюда ураганный огонь, рассчитывая этим остановить продвижение наших войск и здесь пробить себе дорогу. Ряд предпринятых нашими бойцами атак не увенчался успехом. Тогда решено было окружить высоту и уничтожить засевшую на ней группу. Часть Молева атаковала высоту 220 со всех сторон. Сам Молев в этом бою погиб смертью храбрых, но высота была взята.

Особенно ожесточенными явились бои последних двух дней. Сопротивление немцев достигло наивысшей силы. Достаточно привести пример боев одной из наших частей на одном из небольших участков клинских боев. В 14.30 бойцы N части уже в 200 метрах от одного из ближайших к Клину населенных пунктов, попали под сильный пулеметный и минометный огонь. Затем они были атакованы 8 немецкими танками. Атака была отбита. Буквально через 50 минут бойцы N части, уже на следующем рубеже, снова были встречены сильным огнем противника. К вечеру часть с боями вышла на юго-восточную окраину Клина.

Немцы большие надежды возлагали на свою артиллерию. Но и здесь их постигло разочарование. В районе Бирова два немецких тяжелых орудия не прекращали вести огонь, задерживая продвижение наших подразделений. Тогда наш танк подошел с тыла к вражеским огневым позициям, обстрелял расчет и завладел орудиями. Эти орудия тут же были повернуты в сторону врага.

Серьезную роль в этих боях сыграли наши авиация и артиллерия. Фронтовая авиация отлично поддерживала пехоту на протяжении всей операции. Были приняты все меры к тому, чтобы лишить немцев возможности подбрасывать резервы. Только за два дня летчики совершили 603 самолетовылета. Работа авиации не прекращалась и ночью.

В течение пяти дней наши части вели ожесточенные бои с противником на ближайших подступах к городу Клину. К исходу дня 14 декабря немецкая группировка была окружена с севера, северо-востока, востока, юго-запада и с северо-запада.

В этой операции участвовали все рода войск - пехота, конница, танки, артиллерия, авиация. В течение всего дня шли ожесточенные бои. Противник стремился во что бы то ни стало выручить окруженную группировку, атаковывая наши части с юго-запада и с запада, бросая в бой все свои силы. Но полностью выполнить эту задачу ему не удалось.

В течение второй половины дня 14 декабря и ночи 15-го продолжались бои по уничтожению клинской группировки противника. Германо-фашистские войска неоднократно переходили в контратаки, бросая в бой танки и авиацию. Все эти контратаки были отбиты с большими потерями для врага.

В 2 часа ночи первыми в город ворвались части под командованием полковника Решетова. Бои продолжались до 7 часов утра. Наши автоматчики преследовали по пятам фашистов.

К утру на улицах и на подступах к нему можно было увидеть тысячи трупов немецких солдат и офицеров. Нами захвачены большие трофеи.

("Красная звезда" 16 декабря 1941 г.)

О провале немецкого плана окружения и взятия Москвы

Г. Александров

13 декабря Советское Информбюро сообщило о том, что немецкий план окружения и взятия Москвы провалился с треском и что немцы явным образом потерпели под Москвой поражение.

С самого начала разбойничьих военных действий гитлеровской банды на Восточном фронте Москва, Ленинград, Донбасс и другие крупные промышленные и культурные центры страны были главной целью нескольких крупных наступлений. Но во всех планах гитлеровцев Москва оставалась главной целью, поставленной немецким командованием для германских войск. Недаром фашистские газеты Германии еще в конце июня месяца 1941 г. хвастливо писали, что скоро над Москвой будет развеваться флаг со свастикой. В июле они заявляли о том, что путь на Москву и Ленинград открыт; в августе они хвастались, что до Москвы осталось итти две-три недели, а в дни октябрьского и ноябрьского наступлений на весь мир было провозглашено о взятии Москвы в ближайшем будущем.

Так, например, говоря о планах разбойничьего захвата наших городов и промышленных районов, лелея надежду в течение нескольких дней окружить и взять Москву, Ленинград и Донбасс, Гитлер заявлял в приказе солдатам Восточного фронта, подписанном им 2 октября 1941 года: "За несколько недель три самых основных промышленных района большевиков будут полностью в наших руках. Создана, наконец, предпосылка к последнему огромному удару, который еще до наступления зимы должен привести к уничтожению врага. Все приготовления, насколько это возможно для людских усилий, уже окончены. На этот раз планомерно, шаг за шагом, шли приготовления, чтобы привести противника в такое положение, в котором мы можем теперь нанести ему смертельный удар. Сегодня начинается последнее, большое, решающее сражение этого года".

Через несколько часов, 3 октября 1941 года, Гитлер повторил этот сумасшедший бред в речи по случаю открытия кампании "зимней помощи" в Германии. Гитлер тогда публично заявил: "48 часов тому назад начались новые операции гигантских размеров. Они будут способствовать уничтожению врага на Востоке. Враг уже разбит и никогда больше не восстановит своих сил".

Еще более определенно выступал на эту тему известный своими лживыми и провокационными выходками начальник отдела печати гитлеровского правительственного балагана, наглый демагог Дитрих. В своем выступлении от 9 октября 1941 года он говорил: "Господа! То, что должно пасть по предопределению германского военного руководства, то падет. Новые успехи германского оружия означают окончательное военное решение восточного похода. Советская Россия в военном отношении побеждена... Вы не можете меня упрекнуть, что я когда-либо, выступая перед вами, ложно вас информировал. Так и сегодня я своим добрым именем гарантирую правильность, можно сказать, сенсационного на этот раз сообщения".