Чтение онлайн

— Безумие… — прошептал председатель Президиума. — А каковы последствия?

— Новых друзей мы так точно не заведём, — усмехнулся Аркадий.

— Друзей среди буржуазии мы и не ищем, — улыбнулся Калинин. — Какие будут последствия для войны и мира? Чего теперь ожидать?

— Англичане, французы и американцы теперь крепко задумаются, — начал Немиров, размешивая в борще сметану. — Сейчас у них должна возникнуть отчаянная мысль, что все их плавучие железяки бесполезны и построены совершенно напрасно.

— А разве эта мысль не верна? — нахмурил брови Калинин.

Анастас Микоян и Сергей Киров увидели их и подсели.

— Приветствую, товарищи, — с добродушной улыбкой произнёс Киров.

— Здравствуйте, Сергей Миронович, — улыбнулся ему Аркадий. — Здравствуйте, Анастас Иванович.

— Здравствуйте, товарищ генерал-полковник, — кивнул ему Микоян.

С Калининым они точно виделись с раннего утра.

— А что за ажиотаж? — спросил Киров.

— Скоро по радио узнаете, — улыбнулся Михаил Иванович. — Причины есть и они очень веские.

— Ну, не томите! — попросил Сергей Миронович.

— Потоплены два линкора, — ответил председатель Президиума. — Немецкий и итальянский. Сделали это наши ВВС — настоящие герои.

«Второй раз такой же „тащухи“ точно не будет», — подумал Аркадий. — «Немцы уже сели за столы и думают, что это было и как этого больше не допускать. И не только они…»

Хуже всего эти события на двух морях скажутся на отношениях с… США. У них пятнадцать действующих линкоров, два уже заложены, два готовятся к закладке, 18 тяжёлых крейсеров, а также 19 лёгких крейсеров.

Первая страна, от которой пришло требование разъяснений по дипломатической линии — это США. Они обеспокоены, они не понимают, поэтому прямо требуют, чтобы СССР объяснил, что именно произошло.

Константин Александрович Уманский, чрезвычайный и полномочный посол в США, почти на час занял телеграф — консультировался с Громыко. А Громыко, параллельно, консультировался со Сталиным по телефону. А Сталин консультировался с Аркадием, сидящим на диване в его кабинете.

Никаких подробностей американскому госсекретарю сообщено не было — это были новые ракеты и всё.

Великобритания загадочно молчит. Но это лишь официально. Неофициально — разоблачённые КГБ британские агенты, ставшие двойными, получили требование узнать как можно больше об управляемых ракетах. Англичане очень хотят узнать, как именно они работают, какие у них характеристики, а самое главное — сколько их у СССР.

Эйтингтон получил инструкцию аккуратно слить немного ценной информации, чтобы повысить градус доверия к двойной агентуре.

— Вот даёте… — произнёс поражённый Киров. — Это же…

— Это очень серьёзный удар по морскому превосходству Германского рейха, — улыбнулся Микоян.

— А остальные пусть задумаются, — сказал Киров. — Пусть подумают — стоит ли оно того? Стоит ли связываться с первым в мире социалистическим государством?!

— Спокойнее, — попросил его Аркадий. — Общественность ещё не знает. Через пару часов по радио объявят, а затем напишут в вечерних выпусках газет. Утром, как понимаешь, не успели…

А вот в США, как уже известно, утро наступает позже, поэтому у них точно сработали «срочно в номер».

Калинин посмотрел на Немирова каким-то другим взглядом.

— Комиссии ещё какие-то собирали, эх… — вздохнул он. — «Прожектёр» — говорили они… «Фантазёр»… М-да…

«Проект „Спираль“ успешно завершён», — констатировал Аркадий.

Если бы СССР был морской державой и война шла за колонии, возможно, сегодняшний утренний дебют поставил бы в этой войне жирную и неукоснительную точку.

Но война идёт на суше, поэтому эта победа ракет над кораблями, увы, почти ничего не меняет. Скорее, это даже нанесло вред.

Теперь Гитлер и остальные переключатся на подводные лодки и прекратят строительство, внезапно, морально устаревших линкоров и тяжёлых крейсеров.

В столовую вошёл адмирал Кузнецов. Отношения с ним у Аркадия не сложились. Сам он к Николаю Герасимовичу никакого негатива не имел, но вот адмирал был убеждён, абсолютно обоснованно, что главный виновник нынешней слабости ВМФ СССР — это именно генерал-полковник Немиров, сухопутная крыса в уставной форме одежды.

Адмирал прошёл через всю столовую, встал перед столом и выполнил образцовое воинское приветствие.

— Здравия желаю, товарищ генеральный секретарь, — приветствовал он Аркадия.

— Здравия желаю, товарищ адмирал, — кивнул ему тот.

— Мне необходимо поговорить с вами, конфиденциально, — сказал Николай Герасимович.

— Садитесь, — попросил его Аркадий. — Я со вчерашнего дня почти ничего не ел. Генерал Шапошников парой печенек угостил — и всё. Поэтому прошу подождать, пока я позавтракаю.

Над столом повисло напряжённое молчание. Немиров с удовольствием ел борщ, закусывал его ржаным хлебом и запивал киселём.

Адмирал Кузнецов нетерпеливо поглядывал на часы, намекая этим, что время никого не ждёт.

А генеральный секретарь при Верховном Совете СССР с аппетитом ел борщ и размышлял.

Сильный военно-морской флот, в новых реалиях, которые с адским рёвом сирен, заявили о себе сегодня утром, практически не нужен.

Есть проект «Эллипс» — противокорабельная ракета нового поколения, «выросшая» из ракеты «Спираль-1А».

Разрабатывается новый двигатель на твёрдом ракетном топливе, уменьшается боевая часть, идёт перерасчёт аэродинамической конструкции, а также прорабатывается система управления ракетой.

Изначально это должно было стать «Спиралью-1А3», но потом стало ясно, что получается уже какая-то другая противокорабельная ракета…

Целевые показатели: масса боевой части — не менее 150 килограмм, скорость — не менее 850 километров в час, дальность — не менее 20 километров, срок разработки — не более 1,5 лет.

Под новую ракету задуман проект ЭДБ-8 — экспериментальный дальний бомбардировщик. Для него в КБ Швецова разрабатывается новый двигатель, достаточно мощный, чтобы самолёт мог тащить до четырёх новых ракет, но достаточно экономичный, чтобы обеспечить стратегическую дальность. У Швецова тоже есть только 1,5 года, но он занимается этим двигателем уже четвёртый год.