Чтение онлайн

– …не хотела?

– Она боялась, что ты воспримешь это как угрозу. Что будешь переживать, – Тони пожала плечами. – Поэтому и остальным не говорила.

– Тогда откуда ты…

– Случайность, – перебила его чародейка. – Я застукала их случайно и с тех пор больше с ней не общалась.

– Что еще она тебе сказала? Что ты знаешь?

– Я ничего не буду тебе говорить, – уверенно промолвила Леруа. – Это могла сказать либо она, либо Мэттью…

Юноша раздраженно закатил глаза.

– …но ты сейчас не готов к этому, так что придется смириться. Знаешь, что бы ты там ни думал, Мэтт…

– Ты обещала, что не будешь оправдывать его.

Антуанетта утомленно вздохнула:

– Я лишь хочу сказать, что иногда вещи не являются тем, чем кажутся.

– Ха, – Гринфайер младший рассмеялся, – хочешь сказать, что если он и выглядит конченным ублюдком, то это не обязательно правда?

– Чем тебе кажемся мы с Ником? – неожиданно серьезно спросила его рыжая.

– Ну, – он задумался, – вы будто бы идеальная парочка. Любите и дополняете друг друга, почти никогда не ссоритесь.

Чародейка улыбнулась с ноткой печали:

– Я постоянно закатываю ему скандалы, – шепотом промолвила она.

Натаниэль настороженно взглянул на подругу – было видно, что она планирует поделиться чем-то сокровенным.

– Без какой-либо причины. Это может случиться на ровном месте, дойти до криков и даже до разгрома вещей. Я делаю это, потому что со мной что-то не так… – она осеклась. – Чарокровные не болеют, но я чувствую, будто бы что-то в моей голове мешает мне быть как все. И каждый раз после того, как я срываюсь, я ненавижу себя. Ненавижу себя за то, что позволила Нику полюбить меня. И что теперь ему приходится мириться с этим. Ему было бы лучше без меня.

– Тони, я…

– Мне не нужна твоя жалость, – безэмоционально откликнулась она. – Я лишь хотела сказать, что иногда вещи не являются тем, чем кажутся.

Взяв его за руку, она не пыталась придать этому жесту какое-то особое значение, наподобие «я разделяю твою боль» или «я знаю, каково это». Это значило лишь то, что он не один, и никогда не будет один. Так просто. И так важно.

– Развлекаетесь? – Антуанетта как-то натянуто ухмыльнулась.

– Обсуждаем бурную личную жизнь Бена.

Простокровный тут же ударил брата по плечу.

– Мило, – Леруа устало скрестила руки. – Ты в курсе, что перерыв скоро закончится?

– Я дождусь Фи, – юноша приподнял пакет, стоящий на земле, – у меня кое-что есть для нее.

– О, а вот и они! – радостно воскликнул Бенджамин.

Рыжая обернулась – из парка как раз выходила Фелиция… вместе с Феликсом.

– Как я выгляжу? – нервно затараторил паренек.

– Нормально, – Нейт пожал плечами.

– Будто в обморок упадешь.

Гринфайер младший возмущенно посмотрел на собеседницу.

– Что? – недоумевала чародейка. – Я думала, он хотел правды.

Поднявшись со своего места, Уорд направился прямиком к колдуну с челкой. Стоило парням встретиться, как они тут же нежно поцеловались, улыбаясь во все зубы. Юная волшебница выглядела оскорбленной:

– Эй, а со мной больше не здороваемся?

– Извини, Фи, – паренек поправил очки дрожащими руками, – конечно же, я безумно рад тебя видеть.

– Сделаю вид, что поверила тебе, – Фи усмехнулась, легонько стукнув того в грудь.

– Мой бедный прекрасный мальчик, – леди Минтвуд сидела в кресле, промакивая слезы платком. – Как же это могло с ним приключиться.

– Линн, успокойтесь, – жалобно молвил Бен, – все будет хорошо, вот увидите. Это же Феликс! Он со всем справится. Он самый сильный колдун из всех, кого я знаю! Он такой отважный и смелый… При этом такой добрый и чуткий… И благородный! С ним точно все будет в порядке!

Фелиция, которая пристроилась с каттой на полу, задумчиво взглянула на парня.

– Дорогой, это так мило с твоей стороны, – Линн потрепала его за щеку. – Большое спасибо, что остался с нами в это непростое время. Пора взять себя в руки… Нужно заняться готовкой! Да, точно…

С этими словами женщина засеменила в сторону кухни, оставляя «детей» наедине. Минтвуд младшая повернулась к простокровному, который теперь смотрел в пустоту.

– Я не поняла этого сразу, – монотонно начала волшебница.

– М? – паренек встрепенулся, обратив взор на собеседницу, которая опиралась на диван в паре сантиметров от него.

– Думала, просто повздорили. И гордость слишком велика, чтобы помириться. Такое уже частенько случалось с моими друзьями, – девчонка пожала плечами. – Теперь я наконец-то поняла…

Фелиция печально ухмыльнулась.

– Что ты имеешь в виду? – Бен словно был напуган.

– Ты любишь его. Ты любишь моего брата.

– Я… – Уорд уже был готов начать оправдываться и отнекиваться, но до него вдруг дошло осознание, что он, быть может, больше никогда не увидит Феликса Минтвуда живым.

Его сердце как-то болезненно заныло, но вместе с тем освободилось от всех цепей и предрассудков.

– Да, – спокойно и тихо откликнулся Уорд. – Я люблю его.

Фелиция снисходительно поджала губы, а затем, выпустив катту из своих рук, поднялась на ноги, чтобы крепко обнять друга. Впервые за долгое время Бенджамин почувствовал себя настолько умиротворенным, что мог больше не задумываться ни о чем, кроме своих собственных чувств. Он прижал затылок волшебницы к своему плечу, заботливо поглаживая ее по спине. Бен прекрасно понимал, что сейчас она разбита точно так же, как и он сам.