Чтение онлайн

Я села рядом.

В груди бушевало море похлеще Мариисского: злость, жажда немедленных решений, обида, тоска по ментору и разочарование в самой себе. Планы побега и мести то и дело вытесняли хаотичный поток эмоций.

Но я сделала то, что велела мне Лаптолина Првленская.

Ничего.

— Чувствуете величие момента? — глухо спросила моя нечаянная соседка по размышлениям. — Кажется, это первая победа леди Горст над собой. Вы не убежали.

— Далеко не первая, — хмыкнула я и закрыла лицо руками.

Когда-то чудилось, что Чёрный Консул следит за мной. Вот бы сейчас он и правда следил… Так хотелось ощутить его присутствие. Знать, что он рядом. Что это просто его жестокие уроки и в самый трудный момент ментор вмешается и скажет, как жить дальше. Вот бы вернуться в прошлое…

— Почему вы вышли без бархотки? — снова заговорила ключница. — Вы обязаны носить её всегда вне комнаты, чтобы прикрывать знак соединения. В академии бывают гости. Редко, но всё же, — она звякнула связкой металла. — А ваша бархотка особенная. Красивое украшение.

Я втянула воздух сквозь пальцы, посчитала вдохи. Вроде помогло. Мне хотелось покинуть Мелироанскую академию, но я не знала, как это сделать будучи мейлори чёрного паука. Кряхт! Я стала размазнёй и нытиком. Кажется, сама аура этого местечка влияла на мой характер.

— Ненавижу ошейник, — буркнула я угрюмо.

Почему меня вообще до сих пор волнует благополучие и мнение ментора? Разве это нормально? Ведь всё кончено. Кончено!

— Вам не нравятся украшения, леди? — не отставала собеседница.

— А? — очнулась я от своих мыслей и ответила уже осознанно: — Нет, не в этом дело. Просто долгое время моими украшениями были только синяки да порезы. Бархотка… она для леди, как вы заметили. А я не леди.

— Так станьте ею.

— Всё не так просто, — грустно усмехнулась я.

— Проще некуда, — заспорила ключница. — Из меня плохой наставник, но могу посоветовать хорошего.

Она помолчала, будто отдыхая от сказанных фраз. Её крупные, опухшие от тяжёлой работы руки мелко дрожали на коленях.

— Лаптолину Првленскую? — понимающе ухмыльнулась я.

— Нет, — мотнула клювом женщина в маске. — Смерть.

— Смерть?

— Да. Она — единственный верный советчик, который у вас есть, — ключница кашлянула и вытерла ладони о подол. — Каждый раз, когда вы чувствуете, что всё складывается плохо и вы на грани краха, повернитесь влево и спросите у своей смерти, так ли это. Сейчас можете спросить у меня. И я скажу вам: нет ни одной преграды для того, чтобы вам стать леди.

Я взглянула на страшную женщину по-новому. И устыдилась. По её словам выходило, что у меня всё замечательно. Ещё большую неловкость придавало то, что она была живым свидетельством моего везения. Я действительно была жива и… здорова. В отличие от той, что сидела рядом.

— Как вас зовут? — спросила я, заинтересовавшись.

— Ключнику нельзя называть своего имени, пока он служит замку, — женщина поправила маску. Дышала она тяжело, надсадно и всё больше мокла от пота. — Мы приносим обет Девейны хранить тайны хозяев и слушаться их приказов до тех пор, пока живём в стенах их владений.

— Ну да, точно, — стукнула я себя по лбу.

Даже у ключницы в этом замке есть склонность богини исцеления. Захотелось снова пожалеть себя, но рядом с хрипящим, изуродованным существом получалось откровенно плохо. Я похлопала по спине женщины, когда та закашлялась, и спросила:

— Вы больны?

— И весьма серьёзно, — без всякой иронии отозвалась ключница. — К сожалению, мой верный советчик каждый день напоминает, что времени осталось немного. Даже магия Девейны бывает бессильна против некоторых недугов. Моя кровь гниёт изнутри, и остановить это никто не в силах. Даже богиня жизни.

— Значит, это может сделать бог смерти, — логично рассудила я, услышав о крови. — Магия Толмунда улучшит ваше здоровье и поможет справиться с заболеванием.

— Это незаконно, — напомнила женщина и брякнула связками ключей на поясе. — Болезнь сможет вылечить только человеческая жертва, — уверенность в её голосе не оставляла сомнений в том, что она знает, о чём говорит. — Я не считаю, что моя жизнь стоит любой другой. Вообще-то она мало чего стоит, если по правде. И угаснет со дня на день. Лаптолине придётся искать новую ключницу. Я буду скучать по ней и моим девочкам.

— Мне жаль, — выдавила я.

Что ещё можно было сказать? От короткого разговора стало неуютно. Присутствие умирающего в близком окружении как-то одновременно и угнетает, и придает сил.

— Мне тоже, — кивнула ключница. — Но не себя, а мелироанских дев. Жаль оставлять их одних в этом мире. Сколько себя помню, я защищала тех, кому предстоит стать дочерями Мелиры. Ведь неизвестно, кто придёт мне на смену. У девочек слишком много тайн…

Это был странный смысл жизни. Мне трудно было понять такую заботу о чужих людях и чужих тайнах. Кажется, ключница относилась к своим обязанностям даже ретивее рудвика. Но такой смысл был точно лучше, чем его отсутствие.

— Знаете, — решила я поделиться откровением, — подозреваю, что к прочим тайнам я добавила ещё одну, которой сёстры не рады. Конечно, не рады. Ведь их заставили принести обет Девейны. Поэтому они меня недолюбливают. Там, откуда я приехала, принуждение к обету Девейны являлось унижением.

Перед глазами возникли стены родной академии в Кроунице, кудри Сирены и происки Ракель. Толмунд! Даже по Ракель я сейчас скучала.

— Дело в другом, — поддержала ключница. — Каждая из мелироанских дев сражалась за место в этой академии. За право называться её выпускницей, за возможность стать лучшей из женщин Квертинда. На каждое из семи мест больше сотни претенденток! — она подняла палец вверх. — И только лучшие получают шанс оказаться в этом замке, — отёкшие ладони разгладили подол одежды. — Я хорошо знаю девочек и нежно люблю их всех. Они чудесные. Они — спасение. И это правда, что они вас недолюбливают. Но не из-за обета Девейны, а потому что вы получили их достижение просто по праву мейлори чёрного паука. Ещё и пренебрегаете их мечтой, как комком грязи.

Я скинула туфли. Прохладный пол тут же охладил ступни, а порывы сквозняка из приоткрытой двери трепали выбившиеся из причёски пряди.

— Я и сама не рада здесь оказаться, — тихо проговорила я. — Но нам всем придётся с этим смириться и научиться сотрудничать.

— Таково ваше решение? — глаза в круглых прорезях улыбались. — Стать одной из мелироанских дев?

— Пожалуй, — неохотно согласилась я, улыбаясь в ответ. — Но Тильда Лорендин получит по заслугам. Я придумаю такую месть, что даже госпожа Првленская будет гордиться мной.

Ключница хотела что-то ответить, но вдруг подхватилась, довольно резво для больной вскочила на ноги и прикрикнула:

— А ну, брысь отсюда!

В приоткрытую дверь заглядывала любопытная морда Мотылька. Пятнистая кошка фыркнула, когда свечной дым попал ей в нос, и замотала головой.

— Как ты только выбралась за ограду, паршивка? — женщина потрепала её по холке. — Идём, отведу тебя во двор.

Ключница оживилась, поглаживая Мотылька по голове, а та в ответ игриво прыгала и тёрлась о ноги. Картина вышла до того умилительной, что у меня потеплело на сердце.