Чтение онлайн

На полу несколько тел островитян — видимо, тот паренек, что привалился спиной к стене и так громко и тяжело дышал, повоевал сегодня на славу. Крепкий оказался, если еще способен на что-то после удара ранкена. Вот и аркебузу, что сжимал в руках, на него наставил.

Усмешка скрытая красным сильванийским шарфом.

Феникс убрал меч в ножны, предварительно нарочито тщательно вытерев клинок об одежду одного из убийц, что попался под ноги. Задержался и сорвал с груди убитого перевязь, где еще оставалось с полдесятка метательных пластин. Рядом валялся ружейный фитиль. Карнаж подобрал его и подкинул парню, ведь, чтобы всадить в кого-то свинцовое ядрышко, требовался не только порох, но и этот незначительный предмет.

Закопошился… Прилаживает, даже поджигает.

«Ловец удачи» выпрямился и, закинув перевязь на плечо, не оборачиваясь, вышел на улицу, перешагнув через трупы и стукнув обитыми мысками по высаженной с петель двери.

У Эрнотона предательски задрожали руки и он выдернул фитиль, опустив ружье.

Матиас окинул гостиную взглядом, быстро оценив нанесенное разорение. Вряд ли им будут по-прежнему рады в этом доме. Пора и честь знать. В конце концов здесь не Фелар и уж тем более не империя Заран с их дикими нравами, и хозяину, что приютил шпиона и его ученика, никто не будет мстить за произошедшее.

— Эрнотон.

— Мастер? Я…

— Ты молодец, — Матиас прижал содрогающегося всем телом ученика к груди.

— Мастер.

— Да?

— Я… впервые.

— Я предупреждал, что у всех бывает когда-то в первый раз и что это… неприятное и странное ощущение, — с отеческой теплотой произнес шпион, покосившись на трупы.

— Какое-то кисло-горькое… на языке. И пустота.

— Да, мой мальчик, это оно и есть.

До рассвета оставалось не так много времени. Карнаж направился к докам, собираясь явиться в бордель гораздо раньше пробуждения убийц драконов, чтобы не вызывать у Тарда лишних подозрений. Хотя, об этой части должен был побеспокоиться Гортт, коль скоро полукровка и гном решили в равной степени озаботиться безопасностью наемников, используя для этого любые, даже самые изощренные методы. А такое решение требовало соблюдения должной конспирации.

«Ловец удачи» беспрепятственно достиг схваченного в камень берега у доков, где на воде колыхались узкие лодки островитян. Однако дальше идти не стал. Кончики длинных острых ушей легко вздрагивали на ветру, но не от холода, приносимого с моря.

Он ждал, взявшись правой рукой за узел шнурка ножен на груди. Потому что слышал, впервые так остро и так ясно… Многочисленные ноги легко ступали по улице за вытянувшимися перед полукровкой домами. Мягкие, кошачьи шаги. Вот остановка, поворот одной ступни, за ней опускается вторая — и два резких в сторону проулка.

Заметили.

Левая рука Карнажа скользнула за спину. Глаза сосредоточенно смотрели прямо перед собой. Правая потянулась к лицу и медленно опустила сильванийский шарф.

Бросок. Свиста металла в воздухе Фениксу дожидаться не стал. Правая рука рванула шнур, левая подхватила ножны и, вывернувшись из-за спины, меч встал рукояткой перед лицом. Через мгновение метательная пластина врезалась в нее и застряла.

Удивленный выдох.

— Вам мало? Могу еще! — прошипел Карнаж, ощерившись и выдергивая пластину из рукоятки.

Но, едва ранкен сжал оружие, готовясь выхватить клинок из ножен, как хриплый голос старого островитянина извинился из темноты проулка и заверил, что они пришли только забрать тела убитых собратьев, пока не нагрянула стража.

Тем не менее, Феникс не стал убирать меч за спину, а взял за рукоять и положил на плечо, не вынимая из ножен. Подкинув на ладони левой руки метательную пластину «ловец удачи» ловко поймал ее в воздухе пальцами и поднял на одну линию глаз и белого диска луны в ночном небе.

— Манджи? [10] — изумленно пробормотал Карнаж, рассматривая добычу, — Крест с согнутыми окончаниями… А я-то думал, что никто больше ими не пользуется. Забавно! И среди островитянских шпионов, оказывается, есть любители старинных вещиц.

Покосившись на свое плечо, Феникс заметил, что, на перекинутой через него перевязи, которую он позаимствовал с тела одного из убитых, имелись точно такие же.

И это он заметил только сейчас! Что-то не так…

По виску скатилась бисеринка холодного пота. Боль подступала к спине откуда-то изнутри. Незнакомая, тупая и пульсирующая. Перед глазами все поплыло. Но слух еще не изменил, и «ловец удачи» ждал, пока шаги многочисленных ног удаляться к имперской башне. Надо было бежать, но на таких ватных ногах он бы далеко не убежал. Поэтому, шаг за шагом, стараясь держаться прямо, Карнаж выбрался на улицу и побрел по ней. Глаза слезились — странная резь заставляла постоянно щуриться от порывов холодного ветра.

Добравшись до торговой площади, Карнаж остановился, испустив тихий стон. Это все, что позволило неимоверное усилие, подавившее рвущийся наружу крик. Но крик не смирился с этим, а заметался в глотке, подобно взбесившемуся коту, разрывая ее изнутри когтями. Боль вырвалась наружу и вернулась под пластины на лопатках двумя кольями, что размеренно и безжалостно вгоняла туда с перерывами, которых едва хватало на короткие вдохи.

Ничего толком не видя перед собой, полукровка добрался до пустующего прилавка возле стены дома и там, бросив оружие под ноги, оперся руками о стену, чтобы не упасть. Тело свела судорога. Карнаж, зажмурившись, выгнул спину, раскрыв рот в исступлении безмолвного крика. Резь под сомкнутыми веками усилилась, будто какой-то крохотный садист кромсал там глаза малюсеньким ножом.

Слезы брызнули из-под сомкнутых век, и громкий крик унесся в холодное небо над пагодами. Крик сильванийца. Той половины Феникса, что не могла больше выносить мучений, приносимых ран'дьянской. За столько лет эльф внутри полукровки так и не смог приспособиться к положенным ран'дьянцу страданиям, потому что они с каждым разом становились более жестоки.

— «Неужели некромант обманул?!» — пронеслась в затуманенном сознании страшная догадка.

Карнаж рухнул на колени, ощутив через кожу перчаток, как ногти заскрежетали по доскам стены. «Ловца удачи» снова скрутило, и он, обхватив ребра руками, окончательно свалился на холодную землю. В тот момент она показалась ему теплее, чем собственное тело.