Чтение онлайн

"Нет, это не мана. Не та, которой я управляю, может… сила веры?"

Арон только убедился в своих домыслах, узнав откуда берется все это великолепие. Прихожане. Ни в ком из них брюнет не обнаружил и крохи магических сил, но практически все от мала, до велика, испускали из тел разноцветный свет.

Дальше - больше. Каждый раз, когда перед отцом Марком кто-то складывал ладони, в них стекалась окружающая храм энергия, концентрировалась, а когда священник прикладывал свою ладонь - и вовсе начинала ярко сиять. Арон словно завороженный наблюдал за тем, как коренастый парнишка опрокидывает на себя руки, и собранный в ладонях свет, словно вязкая вода обтекает его тело, со временем проникая внутрь.

"Аура усиливается, но..."

С каждым новым ритуалом священник заметно бледнел. По всей видимости, тот так же не владел магией, но именно отец Марк служил неким катализатором, что направлял всю образовавшуюся прорву энергии в людей. Естественно, это не могло остаться без последствий, Арон ощущал, как неподготовленные энергоканалы подрагивали от каждой новой манипуляции священника. Должно быть, ему понадобиться не меньше трех-четырех дней, чтобы полностью восстановиться, а ведь подобного рода обряды наверняка проходят каждую неделю...

Это впечатлило Арона. Долгое время он молча сидел, погруженный в собственные мысли. В некой прострации он решил пройтись вдоль стен что хоть и не в обилие, но были навешаны картинами. Первые три не представляли собой ничего примечательного. Изображения людей, наверняка святых имена и деяние которых Арон не знал, и знать пока не хотел. Пару раз парню попались несколько абстрактных изображений, где толпы людей противостоят настоящей стене из нежити. Кого там только не было – облезшие, пожелтевшие от времени скелеты, каждый из которых держал в руках насквозь проржавевшее оружие. Вурдалаки коих выделяла из общей массы их походка – те всегда перемещались на четвереньках, уподобившись диким зверям. Можно было разглядеть и личей что в своем обыкновении скрылись далеко в задних рядах орды, демоническая конница, у самого края картины выглядывала здоровенная башка костяного дракона.

В общем – классическое сражение между силами добра и зла. Таких сказок Арон начитался еще в пещере, так что парень уже имел представление о том, что дар некроманта – не сильно то и жалуют тут, на поверхности и лишний раз магичить лучше не стоит. Но самая примечательная картина попалась в самом конце. Собираясь, было уже разворачиваться, и покинуть стены храма, Арон зацепился глазами за картину, в которой заметно преобладал зеленый цвет. На фоне пышущего зеленью леса стояла одинокая фигура эльфийки. Моложавое лицо, характерные для расы заостренные уши и золотистый цвет волос. Простенький лук в руках, и небесно-голубые глаза, что были направлены прямиком на зрителя. В картине не было ничего примечательного, эльфов парень видел и до этого – их иллюстрации пользовались значительной популярностью почти в каждой сказке или маломальских интересных рассказах. Арон встал подле нее, внимательно вглядываясь в незнакомое лицо. Одновременно с тем, как с глубины души поднималась неведомая тревожность, набат отца Марка напротив все отдалялся, пока голоса в храме не исчезли и вовсе. Следом потемнели и стены, поблекла картина, пока в видении Арона не остались лишь голубые, пробирающие до самых костей глаза.
– Помогите…!-Спасите…!-Чудовище! Ты монстр!Одно за другим в голову парня стали врываться воспоминания, доселе крепко запертые за семью печатями. Он осознал себя, вновь стоящим в лесу, темное небо которого освещал блеклый огонь от пожара. Повсюду словно безобидные снежинки летали крупные хлопья пепла, своим касанием обжигая и распространяя пожарище все дальше в лес. Повсюду куда не глянь - полыхал огонь. А стоило лишь опустить глаза, как взгляду открывалась целая россыпь человеческих тел. Большую их часть уже пожирало жадное до мяса пламя, кто-то кричал, слышалась мольба и стоны раненных, коим не повезло умереть сразу. Другие же безжизненными куклами валялись тут и там, в лице каждого без исключения Арон разглядел застывший, первобытный ужас.“Что тут происходит…? Откуда эти воспоминания?”Прострация длилась куда меньше, чем того хотелось бы. В своем видении брюнет поднял руки к лицу. Широко раскрытые ладони сейчас были по локоть в крови. Но это далеко не самое страшное, словно сторонний наблюдатель, он тяжелым эхом, бьющим по ушам, хорошо слышал свой собственный гогочущий смех.-Ха-ха-ха-ха…! Ах-ах-ах-ах! Ха-ха-ха-ха...!Пришло осознание ужасной мысли.“Я… это все я…Я!”В следующий миг Арон буквально вынырнул в реальность. Где-то за спиной все еще набатом раздавался голос священника, от стен отражался ласкающий свет свечей.-Ха...ах...Тело сковало. Не в силах вздохнуть – Арон смог сделать пару коротких шагов назад, и едва оперившись о колонну – сполз к земле. Брюнет закрыл лицо дрожащими руками, и до хруста сжал челюсть. Стоило парню прикрыть глаза как перед ним одна за другим, продолжали мелькать доселе запечатанные воспоминания. Теперь он знал, что в ту злополучную ночь в лесу с Энтами поддался безумию. Ту жажду крови, что нахлынула одновременно с потоками неконтролируемыми потоками манны, он не в силах был не то, что контролировать – а даже чуточку приглушить. Приграничный город, Урдан в котором парень находился, спасло лишь то, что тогда поселения эльфов располагались на пару десятков километров ближе. Каждое, одно за другим он поджигал в нечестивом, адском пламене вдоволь при этом поубивав. Старики, дети, женщины и мужчины…. Скидки не было никому из них – он с одинаковой легкостью лишал каждого из них жизни.

– Что… что же я наделал?! – Его сдавленный голос разносился одновременно со стуком зубов – Монстр... я монстр…чудовище...!-Вы так считаете молодой человек?За спиной раздался голос отца Марка. Брюнет не обратил на него ни малейшего внимания, все глубже погружаясь в дебри собственного сознания. То словно сорвавшаяся с цепи собака – грызла и разрывала собственный разум.Видя состояние парня, священник тяжело выдохнул и аккуратно положил ладонь на правое плечо Арона. Тот вздрогнул – но головы не поднял.-Знаешь… прежде чем стать священником в этом храме – я промышлял разбоем. Как можешь догадаться был я не самым лучшим человеком. – С легким кряхтением Марк уселся подле прихожанина – Не знаю, чего, ты там натворил, сколько украл или скольких убил. Скажу лишь вот что. До тех пор, пока ты осознаешь, что делаешь что-то неправильно, до тех пор, пока понимаешь и принимаешь свои ошибки – остаешься человеком. Чудовища и монстры на подобное не способны мой мальчик…Парня передернуло. Мой мальчик… так к нему обращался лишь дед. Мысли о нем чуть отрезвели. Несколько томительных минут голос не подавал ни один из мужчин, а затем Арон поднял заплаканное лицо, обращая красные глаза на священника храма.-Тебе не понять… сколько жизней я загубил. Такое не искупить старик...— Это ты так считаешь. – хмыкнув, тот на миг замолчал, подбирая слова. – Начнем с того, что мир не справедлив. Ему плевать, сколько разумных на нем умирает – это дело самих разумных. Уж поверь, были люди и по страшнее тебя, что в итоге становились героями.Чувствуя, что его слова наконец возымели какой-то эффект, священник позволил себе улыбнуться и переместить большую, жилистую ладонь с плеча на голову парня.-Человеческая жизнь – далеко не столь ценная вещь. Иногда даже лучше забрать их с десяток, чтобы спасти большее. Вот так вот сидя и убиваясь, ты не сделаешь лучше ни себе, ни миру что нас окружает. Если тебя тяготят твои поступки – отдай золота в три раза больше, чем украл, спаси людей в пять раз больше, чем убил. И в таком случае тебя все еще нельзя будет назвать праведником, но монстром быть ты перестанешь. А теперь вставай, иди. Храм уже давно как закрыт.

***

Всматриваясь вслед одиноко уходящей фигуре, священник позволил себе улыбку.-Как вы считаете, этого достаточно?Казалось бы, тот обращался в темноту, так как в храме не осталось ни монашек, ни прихожан. Но к удивлению – ему все же ответили.-Ты хорошо поработал Рутерфорд. Его душа все еще дрожит, это состояние далеко от слова спокойное. Но, думаю в ближайшее время помешательства или безумия ему не грозит.-Я рад это слышать. – глубоко выдохнув, священник оторвал взгляд от скрывшейся за ливнем фигуры парня, и поднял глаза к небу. – Только вот, я не понимаю, почему вы решили мне помочь? Насколько понимаю, вам льстят убийства смертных. А обратившись в психопата Арон наверняка уничтожил бы не один город.-А затем издох бы от охоты. Насколько бы сильным мальчик не был в магическом плане – всеобщей охоты ему не пережить ведь его тело все еще смертно и нуждается во сне и перерывах. А так… у него будет долгая жизнь и еще множество возможностей сделать мне приятно. Так что давай. Отпускай и пошли.-Ну вы и сказали… а что если…-Никаких если! – резко оборвала его богиня, в голосе которой послышались нетерпеливые нотки – ты, итак, изрядно задержался в мире смертных, не забывай, что твое место подле меня.-Знаю я знаю, не извольте волноваться.На краткий миг, глаза священника заволокла дымка багрового тумана, еще одно мгновение – и он словно подкошенный падает на пол храма. Несколькими минутами позже сердце отца Марка вновь привычно забилось.***

Медленно, но, верно, ветер усиливался, все чаще резкие порывы норовили ослепить случайного путника поднятой кучей пыли и мелкого камня. Погода словно потакала настроению парня: подступали громоздкие тучи, принося с собой первые капли моросящего дождя.

Обратно к таверне Арон брел не спеша. Он обдумывал свою жизнь, церковь, магию... что только не лезло в голову. Перед глазами все еще мелькали сцены кровавой жатвы, что он собственноручно устроил, но, к собственному удивлению Арон, не обнаружил в себе той паники, что обуяла его в церквушке. Руки дрожали, взгляд был расфокусирован, мысли в голове путались, порождая настоящий хаос, но паники – как ни бывало.“Прав был тот священник, что мне до чужих жизней? Не мне ли, некроманту, воздавать заслуженную похвалу смерти?”Попытки успокоить себя не возымели особого эффекта – он знал, что совершил роковую ошибку, осознание этого душило не слабее петли, накинутой на шею.

Начался ливень. Мелкий дождь так резко усилился, что брюнет пропустил несколько прохладных капель за шиворот, прежде чем успел по плотнее натянуть на голову капюшон плаща.

Впереди обнаружилась сплошная стена воды, что здорово сужала обзор, по крышам и местами обложенной камнем дороге барабанил дождь, в небе громыхало. Маг отвлекся, поднимая свой лик к облакам.

—Как же… это здорово.

Дождь он явно жаловал больше, чем палящий, знойный день.

"Совсем уже офигел... еще совсем недавно я бы все отдал ради того, чтобы увидеть золотой диск на небе, а сейчас вон уже выбираю..."

На улице не было ни одной живой души, что, впрочем-то, и следовало ожидать в ливень. Тем сильнее брюнет был удивлен, заметив на поступях к трактиру одиноко сидевшую, девичью фигуру. Подобравшись ближе, Арон различил локоны длинных волос, что сейчас подобно мокрой тряпке плотно припали к коже. Что примечательно та была одета в легкое летнее платьице, совсем не защищающее от непогоды. Уткнувшись лицом в согнутые колени, девица обхватила их руками, сидя практически без движения. Вскоре Арон подметил знакомые черты:

Светлые волосы, миниатюрная фигурка, да и платьице как раз то, в котором в последний раз Арон ее застал.

—Мэгги?

Фигура вздрогнула, с минуту ничего не происходило, и когда Арон уже начал думать, что обознался, девушка подняла на него большие, полные слез глаза.

—А.....аро-о-он...!

Брюнет не успел и слова сказать, как девушка привстала на ноги и рванула к нему. Парня тут же обняли, уткнувшись лицом в грудь, девица и вовсе заревела!

—Уууу...ууу...

—Что…что случилось Мэгги?
– не зная, куда себя деть, маг аккуратно приобнял свою знакомую - Тебя кто-то обидел?

И вновь он не дождался ответа, по пустым улочкам разносился лишь, одинокий плачь. Возможно, встреться они еще сегодня по утру – Арон придумал бы способ как-то успокоить девицу. Сейчас же, осознавая себя настоящим убийцей ему было не до утешений других. Парень выдохнул. Лицо его ничего не выражало, детский плачь в сравнении с десятками и сотнями смертей казался чем-то настолько незначительным, что Арон всерьез раздумывал о том, чтобы обойти Мэгги и наконец добраться до гостиницы чтобы, позабыв обо всем провалиться в череду долгих снов.Когда первый приступ остался позади, Мэгги вцепилась дрожащими пальчиками в его плащ, и подняла вверх заплаканное личико. На краткий миг опешив, встретившись с холодным взглядом парня, девочка тихо выдохнула.