Чтение онлайн

Пора снова менять запах. Я решительно сняла ботинки, натянула кеды и рванула… кардинально левее. Практически перпендикулярно первому пути.

Промахнуться мимо у меня не получится, даже если я начну зигзаги выписывать и в трех соснах блуждать. Все равно выскочу к дороге.

Приободрившись, уже не обращая внимания на боль в сбитых ногах, я побежала быстрее. Воздух в легких горел, перед глазами закружили серые всполохи, но я упорно неслась, не желая потерять ни минуты форы.

Вперед. Вперед.

Когда деревья внезапно расступились, остановиться сразу у меня не получилось. Взмокшая, дышащая со свистом, я вылетела прямо под колеса проезжающего автомобиля.

Говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Я отлетала поломанной куклой и видела не прошлое, а почему-то будущее. Скорбные лица родителей, которые из-за меня переехали в другую страну и теперь потеряют смысл жизни. Если меня не станет. Я представила как им, уехавшим отдохнуть на лето, звонят… и застывает улыбка на лице папы, оседает в рыданиях мама. Я им так и не сказала, как сильно благодарна за все, что они для меня сделали, на что пошли ради моего эфемерного счастья. И редко, слишком редко говорила, как бесконечно их люблю.

Следующим появилось лицо Гэбриэла Глостера, не привычно надменное, с лениво-ироничной ухмылкой, а искаженное гримасой неверия. Ради меня он решил изменить свою жизнь, рискнуть, но я, слабая и глупая, не смогла выжить в мире слишком сильных, слишком эгоистичных Старших рас. Не ровня. Он так и не узнает, что снился мне по ночам. Что я была счастлива найти дурацкие волоски из хвоста дружка в своей постели. Я никогда уже не скажу ему, как благодарна за терпение, и как трудно мне довериться, после того как меня предали…

— Эй, девушка… Козлиное дерьмо!

Оу… Женский сильный голос прорвался сквозь туманящийся разум и что-то включил в моей организме, как щелкается тумблер. Раз. И звуки после полной тишины. Боль во всем теле после полного бесчувствия. Ох ты ж как больно! Особенно левый бок.

— Какого хрена тут не ловит связь!!! Девушка, держись, я сейчас! Быстренько… Только не умирай…

Меня волокли по асфальту, держа под мышки. Мягкое послеобеденное солнце деликатно пробивалось сквозь сомкнутые веки, одно плечо оттягивала сумка, куда я успела переложить содержимое импровизированной котомки из скатерти, а вот трости Венозы в руках не было.

— Трость, — прохрипела я.

— Что?!

— Трость… там….

— О мать его… о чем ты думаешь! Сейчас тебя в тачку закину и шмотье твое поищу. Ты только кровью не истекай, договорились? Понятия не имею как эту проклятую кровь останавливать! Дерьмо!

Ругалась она азартно, но дело делала. Пару минут — и я уже лежу на заднем сидении автомобиля.

– Так, вот твоя палка… теперь в больницу.

— В Стоктон, пожалуйста, — прохрипела я.

Надо мной склонилось немного расплывающееся, но однозначно женское лицо. Прищуренные, сильно подведенные глаза, длинноватый, но определенно «характерный» нос, растрепанное светлое каре.

— Я в противоположную сторону еду. Давай лучше в Нью-Хейвен, — сказала она, засовывая мне в руки подарок Венозы. — Городок ближе и, говорят, там отличная больница для такой забытой богом провинции.

— Мне надо в Стоктон. Очень. Никак нельзя мне в Нью-Хейвен, — испуганно забормотала я, подтягивая ноги и собираясь сесть.

— Эй-эй, ладно! — незнакомка, уже закрывшая дверь и усаживающаяся на водительское сидение порядком всполошилась. — Ты чего творишь?! У тебя рана на бедре, и головой по дороге протащило от удара. Чуть мозгами дорогу не выложила, а туда же — больницу выбирает. Лежи, болезная! Только не капризничай! Все-все… развернусь… Вот же меня угораздило. Почему ты именно под мою машину бросилась? Столько проезжающих мимо, но, блин, ко мне все странности как магнитом притягивает.

Я хмыкнула. Знала бы ты, женщина, что значит по-настоящему притягивать странности — посчитала бы себя счастливицей. Всего-то незнакомая девушка бежала по своим делам и врезалась в твой автомобиль! Разве это странность?

Вот когда тебя сворует оборотень и чуть не в зубах потащит по стене дома…

Когда заставят убегать от толпы женихов через лес… И незнакомцы захотят кусать во все места нежные, потому что ты «хорошо пахнешь»… Вот тогда можно будет немного оценить необычность происходящего «именно» с тобой.

Это я еще молчу о количестве травм, полученных за время «счастливого» вступления в наследство.

Кончиками пальцев пощупала глухо ноющий затылок. Волосы слиплись от влаги, на коже были сильные ссадины, но никакой раны я найти не смогла. О! Сутки! После получения метки у меня есть минимум сутки на отличную регенерацию. И она точно начала работать.

Уже менее боязливо я приподняла рубашку, чтобы изучить рану на бедре. Так и есть. В красных потеках, но без видимых открытых повреждений, тонкая, бледно-розовая кожица уже стянула края ранения и в целом все выглядело неплохо для тела, только что пытавшегося протаранить автомобиль.

— Как там? Может ногу стянуть жгутом? Ты извини, я дико боюсь крови, чуть сама рядом с тобой не слегла.

— О, вы удивитесь, но место удара только выглядит страшно, — успокоила я. — А на самом деле все, что я вижу — поверхностное, лишь кожа сильно пострадала.

Она выдохнула так громко, словно застонала. Стукнула ладонью по рулю и забормотала какую-то благодарственную молитву.

Мы резко, под визг шин развернулись и поехали в противоположную сторону от Нью-Хейвена.

Я одернула ткань и с глубоким внутренним удовлетворением устроилась поудобнее. Не знаю, как приходилось отстаивать свою независимость в древности, но правила с тех пор явно сильно устарели. Вряд ли раньше были средства, способные везти дракониц быстрее, чем их собственные крылья. Поэтому дамочки стопроцентно летели самостоятельно, со всей возможной скоростью, на разрыв крыла. Да и, скорее всего, мало было желающих помочь одному чудовищу, чтобы навлечь на себя гнев других.

Зато сейчас — красота. Завалился в попутную машину и кати себе в нужном направлении.

Мимо мелькали деревья, проезжали машины. Удивительная обыкновенность мира, обожаю тебя.

Жаль, незнакомка вела крайне нежно и опасливо, балансируя между скоростью и страхом разбередить мои раны.

Я подтянула к себе сумку и постаралась, как можно незаметнее скинуть под сидения ботинки Эдны. Дальше нести их с собой было не нужно, да и от запаха, который могли запомнить оборотни, лучше вовремя избавиться.

От пережитого стресса и усталости тянуло в сон, но я стойко держала глаза открытыми, хоть пальцами веки буду держать, но не усну ни за что.

— Ты это, — нервно сказала женщина, — не молчи. Говорят, что при сотрясении мозга нельзя засыпать. Лучше расскажи, куда бежала сломя голову, почему выскочила на дорогу. Или от кого бежала. Может быть надо не только к врачам тебя отвезти, но и полицию вызвать?

Кхм… Вот же незадача. Я очень плохо себе представляла реакцию нормального современного человека на рассказ, который начинается словами: «Существует один древний брачный обычай…»