Чтение онлайн

Когда Роман подарил Эндрю перевязанный красной лентой ящик, Эндрю на него даже не взглянул.

– Возьми, – произнес Роман. Его голос чуть дрожал. – Это для тебя.

Эндрю вопросительно взглянул на мать.

– Открой это, – сказала она мягко. Но прищуренные глаза ясно говорили, что это команда. Эндрю потянул за ленту, открыл жестяную коробку и молча уставился на аккуратно выстроившихся деревянных солдатиков.

Роман показал на них:

– Это конные гвардейцы. Майор Коури был одним из конных гвардейцев. Посмотри сюда. – Он поднял одного солдатика, несколько отличающегося в раскраске. – Это, должно быть, майор.

Эндрю продолжал молча смотреть на подарок, не притрагиваясь к солдатику.

– У меня есть игрушечные солдатики.

– Но это особенные. – Триста тут же обругала себя за то, что вмешалась, но она не могла сдержать себя. – Помнишь, ты восхищался майором Коури. Тебе ведь интересно получить этих солдатиков, поскольку они напоминают его полк.

Эндрю пожал плечами. Роман усмехнулся:

– Если они тебе не понравились, я верну их продавцу игрушек и выберу что-нибудь еще. Надеюсь, корабль наверняка заслужит твою улыбку.

Он сказал это искренне, без тени горечи. Это удивило Тристу.

То, как тяжело Эндрю опустился на сиденье, стало еще одним свидетельством его плохого настроения. Вытащив один из своих маленьких игрушечных кораблей, он принялся играть с ним, не обращая никакого внимания на взрослых. Было видно, что он не желает ни с кем иметь дела. И тут Роман совершил ошибку. Он попытался вовлечь мальчика в разговор.

– Какой предмет тебе нравится больше всего, Эндрю?

Эндрю был обучен отвечать взрослым, даже если ему этого не хочется. Не отрывая глаз от кораблика, он ответил:

– Арифметика.

– И ты уже хорошо научился счету?

Эндрю неопределенно пожал плечами. Это можно было принять и за «да», и за «нет». Триста сказала:

– Эндрю уже может считать до ста.

– До двухсот, – поправил Эндрю. Оторвавшись от своего занятия, он укоризненно посмотрел на мать, которая его так недооценила.

– Это замечательное достижение.

– Он уже умеет складывать и вычитать. – Триста надеялась, что это прибавит Эндрю гордости за его знания и сделает его разговорчивее. – Ты мог бы провести какие-нибудь операции с числами, чтобы показать свое умение лорду Эйлсгарту?

– Я не хочу заниматься числами, – ответил Эндрю. – У меня болит живот.

Роман сразу встревожился.

– Он болен? – Он взялся за ручку двери, словно желая немедленно ее открыть, чтобы поискать доктора.

– С ним все в порядке, – уверила его Триста.

– Со мной не все в порядке. У меня болит живот. Я хочу лечь.

Роман бросил испуганный взгляд на Тристу:

– Его вырвет?

– Не подсказывай ему эту мысль, – с иронией ответила Триста. – Эндрю тут же поправится, как только увидит, куда мы едем. А куда мы едем, лорд Эйлсгарт?

– В парк, я думаю. Не в Гайд-парк. Я уверен, что вы были там довольно часто. Мы можем отправиться в Сент-Джордж, где, я слышал, сегодня пускают воздушные шары. Думаю, это может заинтересовать Эндрю.

– А там есть пруд? – спросил Эндрю, в первый раз проявляя интерес.

Триста объяснила:

– Эндрю любит воду, где он может поиграть со своими корабликами.

– Я хочу стать морским капитаном, – объявил Эндрю.

Роман побледнел:

– Ясно. Ну, я не знаю, есть ли там пруд. Но мы...

Он замолчал, поскольку оживление на лице Эндрю быстро исчезло и он разочарованно откинулся на подушки.

– Эндрю, – мягко произнесла Триста и замолчала, ясно давая сыну понять, что ждет, когда он на нее посмотрит. – Воздушные шары – это тоже очень интересно. Разве ты не согласен?

Эндрю скривился, но перечить не осмелился и потому неохотно кивнул в знак согласия.

– Думаю, это просто замечательно, – произнесла Триста, но было уже поздно. Роман выпрямился, подняв головой люк в крыше. Голова и плечи исчезли в отверстии люка, и Триста уже не могла видеть, как Роман говорил с кучером.

Огорченная поведением сына, Триста забрала игрушку у мальчика. На его негодующее возражение она тихо сказала:

– Я верну тебе это, когда у тебя улучшатся манеры.

Роман снова сел на сиденье с глубоким вздохом. Потом он пригладил волосы – обычно это означало, что он устал. Позади нее Эндрю сделал то же самое.

Они направились к Гайд-парку. На дороге было видно совсем немного экипажей. В этот час не было принято появляться в парке, чтобы людей посмотреть и себя показать, но они ехали не для этого.

– Вот этот пруд, – выкрикнул Эндрю, прильнувший к окну, как только понял, куда они направляются.

– Ты не должен этого делать, – сказала Роману Триста. Ей не хотелось, чтобы он уступал. Она давно поняла, что из поездки с Романом мало что получится, но ей было неприятно, если это станет ясно так быстро.

Роман не обратил внимания на ее слова.

– Это не пруд. Это Серпантин. Настоящее озеро.

Эндрю косо посмотрел на него. В первый раз он отреагировал на слова Романа, когда тот к нему не обращался.

Когда они вышли из экипажа, Эндрю выпрямился и сказал Роману, что ему понравилась поездка и он очень за нее благодарен. Триста сразу поняла, что он просил ее вернуть его кораблик.

Триста подумала, что напрасно вмешивается в отношения отца с сыном, и потому она выудила кораблик из ридикюля и вручила Эндрю.

– Вот, возьми.

– Можно мне пойти...

– Да.

Роман направился за ней следом. Похоже, он понял причину того, что кораблик побывал у Тристы. Она видела, как внимательно он смотрел, когда она отдавала кораблик.

Вздохнув, Триста двинулась за ними следом. Возможно, тетя Мэй права, утверждая, что Триста знает Романа не очень хорошо. В прошлом она его прекрасно знала. Но с той поры минуло шесть лет. Мог он измениться за это время? Кое в чем он казался другим.

Хотя во многом он явно остался прежним.

Они прошлись по берегу, Роман и Эндрю держались поодаль друг от друга, но шли почти в ногу, с той лишь разницей, что когда Роман поднимал ногу, Эндрю опускал. Затем Эндрю спустился к воде со своим кораблем. Роман же наклонился, чтобы поднять несколько камней.