Чтение онлайн

В письме я напирала на однобокое образование, неприспособленность детей к реальной жизни, неполучение ими нормальной профессии, хотя бы основ. Да и о питании я подробно написала. А ещё о бесконечном труде, который и пользу имел непонятную. Если дети столько трудились, а директриса экономила на зарплате, экономила на питании и зарабатывала серьёзные деньги на редких травах и зельях, то почему дед жаловался на такие расходы?

Не забыла я написать и о печном отоплении. Здесь директриса тоже экономила, ведь и система воздуховодов требовала ремонта, нужны были кристаллы энергии, чтобы тех каминов хватало для обогрева. Дети жили в холоде. Хорошо, была поздняя весна, и у сына сейчас были нормальные условия. А так же у остальных детей.

Ух, какая у меня с ним была разборка, когда я узнала о питании, думала долго, как бы убедить своего упрямца переехать ко мне. И у меня ничегошеньки не получилось.

Больше всего я удивилась, когда сын, исчерпавший все доводы, сказал:

— Ты сама говорила, что мы здесь ненадолго и скоро уедем, и ты всё расскажешь дедушке. У меня здесь появились друзья, я останусь с ними, мама, пока мы не уедем. Ты же не откажешься готовить для них угощение?

Я видела, с какой надеждой смотрел на меня сын, а там, в глубине его глаз я уловила толику сомнения. Взрослые уже подводили этого ребёнка, но он так старался верить, поэтому я не смогла разрушить это доверие и согласилась.

В тот самый день я отвлекла ребёнка на большой кулёк сладостей и вкусностей, часть из них я приготовила сама, часть заказала в местном магазине сладостей, в городке Марчвуд. И сын, радостный, убежал вечером угощать остальных детей. Я же долго собиралась, подобрав тёмную одежду и обувь, разложила кое-что по карманам и направилась окольными путями туда, откуда можно было выйти в подземелья поместья.

Ритуальный зал находился не на первом уровне, где располагались склады, заброшенная зельеварня, на которую я, кстати, набрела, когда пыталась найти окольные пути в подземелья. Дел упоминал, что из поместья был тайный ход, который мог открыть только кровный родич, и выходил он в лес как раз в сторону побережья. То есть в сторону того же Марчвуда.

Я помнила по рассказу главы, что там же, в подвале, находились склады, погреб, зельеварня и два ритуальных зала. Один из них, как раз родовой, не мог открыть никто из ныне живущих здесь. И второй зал, малый, который имела право использовать нынешняя директриса Дорсет.

Именно она была доверенным лицом рода Майер по праву занимаемой должности. А учитывая магический контракт, я никак не могла понять, как она могла причинять вред детям. Именно поэтому мне нужно было убедиться.

Я с ужасом смотрела на то, что происходило передо мной. Да, я пряталась достаточно далеко от места активного действия, но даже для меня всё было предельно ясно: подростки и правда отдавали свою ещё несформировавшуюся магию. В силу растущей силы они не всегда могли вовремя остановиться. Именно поэтому каждый из них постепенно ослаблял её уровень. И, повзрослев, они выходили из приюта слабее, чем могли бы быть. И зачастую не получали те должности и возможности, на которые могли бы рассчитывать в магическом мире.

Да, я была зла и понимала, я сделаю всё, чтобы все эти преступники понесли заслуженное наказание. Замерла, увидев, как в зал тихо зашёл знакомый охранник и направился к стоявшей директрисе. Она была ведущим ритуала, поэтому не могла отойти.

Он что-то шепнул ей, они оба повернулись куда-то в другую сторону, но полутьма, стоявшая здесь, не сразу дала возможность увидеть.

Второй охранник подвёл к ней ребёнка, скрывавшегося за тёмным плащом. С головы ребёнка сдёрнули капюшон и вздёрнули ему подбородок, а директриса гневно зашипела прямо ему в лицо:

— И что тебе здесь нужно? Ты должен находиться в своей группе и спать! Кто тебя отпустил, а ну, говори!

Такой знакомый и родной голос с внутренней уверенностью ответил:

— Вы делаете плохое дело, и мой дедушка посадит вас в тюрьму!

Директриса схватила сына на плечо, встряхнула и с угорозой в голосе потребовала:

— Да? И кто же у нас дедушка, а, маленький проныра?

Я слушала и не верила. Горло схватило спазмом, и я трясущимися руками стала нащупывать то, что дед передал мне на самый крайний случай, и то, что я захватила сейчас с собой.

Зелья, которые могли спасти мне жизнь, случись что-то опасное. А сейчас мне нужно было вытаскивать сына.

Глава 25

Порошок мгновенной тьмы!

Главное, самой не надышаться, но у меня было с собой и второе зелье. Судорожно отвинтила пробку, глотнула и еле-еле проглотила склизкую гадость. Зато нос, горло и глаза будут защищены.

Увидела, как эта гадина дала пощёчину моему сыну, тот явно что-то ещё успел сказать ей, но я не слушала, а действовала. Инстинкты кричали разобраться с этой гадиной, и я со всей силы кинула зелье в компанию тех, кто тряс моего ребёнка и требовал каких-то ответов. Сначала я вытащу его, а после уже поговорю с этим упрямцем.

Только бы добраться до деда, теперь они от нас не отстанут, пока не выпытают, кто мы на самом деле.

А они узнают, судя по их методам.

Дождалась, пока тела тех, кто попал в самую тьму, упадут на землю в попытке защититься, и побежала за сыном. Он стоял, уткнувшись в плащ лицом, я понимала, что сей час у него закончится кислород и он надышится этой гадостью.

Выдернула его и отбежала с ним. Порошок быстро распространялся по воздуху. Я видела, что охранники поползли в сторону выхода. А нам с сыном нужно было в другую сторону. Да, там, куда мы побежим, эти амбалы нас могли сцапать, так как ближайший выход из здания был как раз в той стороне. Но мне и не нужно было на выход, мне нужен был тайный проход, о котором говорил дед.

Я буквально заставила ребёнка сделать глоток густой жижи и подождала, пока он прокашляется тем, что успело попасть в нос. Тихо шепнула Маркусу:

— Нам нужно выбираться отсюда, теперь мы в большой опасности. У нас не так много времени, пойдём, я знаю, как нам незаметно исчезнуть.

Сын кивнул: он и сам был очень напуган и ещё не пришёл в себя. Потянула ребёнка за собой, сожалея, что вещи остались в комнате, но жизнь была дороже. Я как раз вспомнила о пропавших детях, вспомнила, что директриса отправляла охрану на их поиск. По нашим личным вещам они могли настроить артефакт, или отправить поисковое заклинание, так что бежать нужно было быстро. У деда мы будем в безопасности.

Мы бежали по узкому тайному проходу. Я помнила, где примерно мы должны были выйти, и судорожно искала идеи, как бы добраться до деда, не попав в руки погони. А она будет, ведь я сама видела, когда мы уходили. Охрана ползла на выход, прикрываясь, кто чем мог, и тащя за собой директрису. Потому что порошок через пару минут мог вывести их из сознания надолго.

Выхода в лес мы достигли быстро и замерли, а я судорожно пыталась сообразить, куда идти почти в полной темноте. Был уже поздний вечер, и нам следовало выйти из леса. Вопрос, в какую сторону. До деда было далеко, но соседи меня знали. Правда, как нового учителя. Хорошо бы попасть к одному из попечителей.

Сын прошептал:

— Куда мы пойдём, мама? Давай спрячемся и утром найдём дорогу.

Я тихо зашептала:

— Нам придётся идти сейчас, Маркус, мы не можем ждать. Что-то внутри скребётся и требует бежать. Мы пойдём осторожно и попробуем найти дорогу.

Я определила, где было поместье Майер, и определила направление, выбрав владения сэра Соулсета. Тот показался мне самым открытым и приятным из троих попечителей, да и его земли были не так далеко. И мы пошли.

Сын начал уставать через час, но шёл молча. У меня возникло ощущение, что мы петляли в этом лесу и никогда из него не выйдем, когда сверху я услышала карканье. Мы остановились, закрутили головой, а после я вздрогнула, увидев, как на низкую ветку села чёрная птица, почти неразличимая в сгущающейся ночи. Она каркнула и качнула головой, а сын заметил: