Чтение онлайн

Впервые за время нашего знакомства говорю вслух. Здесь – можно. Мой голос бьёт в Синклера, давя на защиту, но он достаточно сильный маг, выдержит. А я сейчас не в том состоянии, чтобы тратить силы на ментальный разговор.

– Могу ли я как-то ускорить процесс выздоровления, мистер Блэкуотер?

– Я дам вам список упражнений.

Вслед за носилками мы прошли между двух мраморных статуй и, войдя в здание, повернули направо. Бассейн с чуть пульсирующей голубоватым светом водой находился в ближайшей комнате. Лар аккуратно погрузил подростка в воду, уложив на специальное ложе и зафиксировав тело широкими матерчатыми ремнями. Утонуть парню не грозит.

Надо бы порадоваться, что всё задуманное удалось – ритуал провел, лишнего из Эдварда демон не вырезал, в целом перспективы на выздоровление у мальчишки радужные. Будь иначе, Хремет бы не выглядел таким довольным, старик у нас перфекционист. Только сил нет радоваться. Серая усталость в башке.

– Оставаться здесь одному вам не стоит, – оглядев больного последний раз, я развернулся к выходу. – При необходимости хранитель уведомит меня об изменениях в его состоянии. Пойдемте.

– Конечно, мистер Блэкуотер. Позвольте выразить вам свое восхищение и благодарность! Одно дело знать, на какие меры предстоит пойти ради исцеления твоего ребенка – и совсем другое вживую увидеть их. Признаться, я до сих пор под впечатлением от того… той сущности.

– Я рассчитываю, что свою благодарность вы выкажете делом.

– Можете не сомневаться, мистер Блэкуотер!

Спать. Скорее спать.

Оказывается, из постели вовсе не обязательно вылезать рано утром, опасаясь получить в лицо пригоршню холодной воды в случае промедления. Можно и поваляться.

Отвык.

Обычно будили меня часов в шесть. В любую погоду выгоняли на улицу, где после комплекса разогревающих упражнений я проводил обряд колеса, чем-то напоминавший медитацию в движении. Собственно, он и предназначался для развития энергетики. Затем утренняя часовая тренировка с Финехасом, водные процедуры, легкий завтрак, занятия с Хреметом и примерно в полдень я свободен. Относительно свободен, потому что самостоятельные занятия владыка стимулировал, и времени на сидение в библиотеке уходило много. В районе семи из меня снова выбивали пыль в зале, опять помывка и ужин, всегда в компании Ксантиппы и, иногда, Лотаря. Это единственный раз, когда семья собирается вместе.

Сегодня мне позволили выспаться после вчерашнего. Зная родню, долгого отдыха не предвидится и уже завтра нагрузка возрастет.

– Ветерок! Давай завтрак сюда.

Что характерно, даже лар не стал пенять, что ем в личной комнате. Снизошел к моему состоянию.

Тело слегка побаливало, но требовало движения. Пришлось вставать, умываться, напяливать одежду… У нас в доме, кстати, нормальная по современным меркам сантехника, и я постоянно забываю спросить, откуда она взялась. Может, лары у соседей подсмотрели и сделали такую же? Или украли? Они могут.

Когда я прошел в ту часть поместья, что находилась в реальном мире, выяснилось, что солнышко давно не просто встало, а перевалило через зенит. Время ближе к ужину. Идти проверять пациента рановато, зато можно навестить его отца и обсудить, как и когда он станет лечить малышку Мерри. Первичный осмотр Синклер провел сразу после принесения взаимных клятв и, похоже, окончательно убедился в масштабе подложенной ему свиньи. Эмофон он контролирует не очень хорошо, в отличие от лица. Впрочем, чего-то подобного целитель ожидал, поэтому успокоился быстро.

Синклера-старшего мы разместили в гостевых покоях второго этажа. Не на Изнанке, разумеется. Каким бы сильным колдуном он ни был и как бы ни контролировал свой организм, пребывание в энергетически насыщенной среде ему противопоказано. Это члены Священных Домов могут на Изнанке ночевать и по глубинным слоям путешествовать, а обычным магам, пусть и потомственным – не стоит.

Нашелся Синклер на террасе гостиной.

– Добрый вечер, мистер Синклер.

– Мистер Блэкуотер, – чуть вздрогнул при моем появлении мужчина. – Простите, задумался.

– О дальнейшей судьбе своего сына?

– Вы совершенно правы. Скажите, есть ли шанс, что в будущем он сможет стать целителем?

Невольно я усмехнулся. Аппетит приходит во время еды – ещё недавно он мечтал хотя бы о том, чтобы его ребенок мог просто говорить.

– Это маловероятно, но возможно. Для целителей критически важен контроль над собственной энергетикой, который, как известно, проще развивать до момента окончательного формирования организма. Иными словами, если Эдвард сумеет восстановиться до двадцати одного года, шансы стать приличным медиком у него есть.

– Я понял вас… А можно ли как-то ускорить восстановление?

– Надо полагать, вы намекаете на некоторые специфические ритуалы, коими так славится мой Дом, – хмыкнул я. – Да, ускорить можно. Но за всё требуется заплатить справедливую цену. Даже если вы найдёте жертву, добровольно согласную отдать кусок своей души, в качестве последствий вы почти наверняка получите довеском психическую нестабильность и уменьшение склонности к некоторым областям магии, в том числе столь любезному вам целительству. Собственно, пострадает практически весь светлый спектр. В том случае, если жертва окажется недобровольной, последствия будут ещё тяжелее.

– Жаль, – тихо вздохнул Синклер. – У него были прекрасные задатки.

– Ну, не отчаивайтесь! Снимите домик в сельской местности, подальше от людей, следите за тем, чтобы Эдвард выполнял мои предписания и, возможно, через пару лет он полностью оправится. Если же нет – что ж, существует множество не менее достойных профессий, чем целительство.

Со стороны мы, должно быть, смотрелись странно. Взрослый мужчина с печальным лицом и утешающий его ребенок, едва достающий ему до груди. Причем внешность у ребенка, мягко говоря, специфическая – белые волосы, алые глаза и необычные пропорции лицевых костей вопят о нечеловеческом происхождении, – а фигура мужчины невербально выражает почтение. Ситуация, приводящая в замешательство, если не разбираться в подоплеке.

– Благодарю за поддержку, мистер Блэкуотер, – церемонно поклонился врач. – Постараюсь донести ваши слова до Эдварда.

– Именно. Объясните ему, что повода для отчаяния нет, и жизнь продолжается. Так! – громко хлопнул я ладонями. – Перейдём к моим делам. Что вы можете сказать по поводу Мередит?

Синклер глубоко вздохнул, провел рукой по лицу и на глазах из взволнованного человека превратился в опытного, знающего себе цену профессионала.

– Для точного диагноза мне потребуется доступ в ритуальный зал и печать Цельса-Фоки, сейчас готов озвучить только предварительные выводы. Основные проблемы я вижу связанными с позвоночником и с нервной системой. Налицо грудной кифоз и поясничный лордоз, совмещенный с остеохондропатией головки бедренной кости, – тут он на мгновение прервался и бросил на меня смущенный взгляд. Впрочем, почти сразу вспомнив, что не с обычным семилетним мальчишкой говорит, и ободренный отсутствием реакции, Синклер продолжил. – Иными словами, у маленькой мисс искривление позвоночника и зачатки нарушенного кровообращения бедренной кости. В будущем, если не предпринять мер, она рискует потерять возможность ходить. Нервная система перевозбуждена, это признак возможной эпилепсии или какого-то невроза. Тут требуется более тщательное исследование, хотя готов прямо сейчас рекомендовать ежедневное купание и некоторые простейшие зелья. По энергетике скажу, что уже виден сдвиг в темный спектр, что, насколько я понимаю, характерно для членов вашего Дома. Четко фиксируются следы пяти укоренившихся проклятий. Вероятно, с проклятий я и начну. Они ведь родовые?