Чтение онлайн

Послушно она повторила его имя:

— Дагмар…

Оно прокатилось по языку шоколадным лакомством, насыщенным, сладким и чуточку горьким.

— Еще…

Боже, да что ему от нее надо?! Марина снова повторила «Дагмар», и в этот же момент его палец накрыл ее клитор. Марина застонала, бесконтрольно дергая бедрами и потираясь о его палец. Он нежно обводил комочек плоти по кругу, одновременно с этим играя губами с ее проколотой мочкой.

Низкий голос бархатом прошелся по коже:

— Как тебе нравится? Быстро? Медленно?

Марина не знала, как ей нравится. И узнавать не хотела. Не так.

— Не знаю… Отпустите меня, пожалуйста…

— Не знаешь? — Она почувствовала его улыбку напротив своей шеи. — Ты ни разу не ласкала себя? Моя сладкая невинная девочка…

Марина вжималась в доску, но его пальцы тянулись за ней, касаясь так, словно он имел на это полное право. Его ладони по-хозяйски исследовали ее тело, даря такие ощущения, от которых шумело в голове. Как будто она и вправду напилась. Возбуждение затапливало, лишая остатков разума.

Его палец медленно скользил по клитору, а ей хотелось быстрее. Хотелось настолько сильно, что тело перестало слушаться. Бедра сами дернулись вперед, прижимаясь к его ладони. Она потерлась о палец, ненавидя себя за постыдную слабость. Боже, что она творит?!

Марина отдернулась назад, не в силах сдержать слезы, льющиеся из глаз.

Дагмар коснулся твердыми губами ее щеки, собирая ее слезы.

— Не плачь… Тебе же хорошо… Я чувствую твой аромат.

Это звучало настолько унизительно, что Марина зарыдала еще сильнее.

Он отстранился и неожиданно убрал руку. Его брови были сурово сдвинуты и казалось, что он сердится. Марина ожидала чего угодно, но не того, что он поднесет пальцы к губам и начнет их облизывать. Марина видела, что они блестят от ее собственной влаги, и это казалось еще более порочным и грязным, чем она думала.

Он… он пробовал ее на вкус, а внизу живота вскипало бешеное возбуждение, которое так и осталось неудовлетворенным.

Он слизал абсолютно все и неожиданно потянулся вверх, отстегивая наручники. Марина едва не упала, но он подхватил ее на руки и прижал к себе.

Ее впервые держали вот так — как мечтает, наверное, каждая девушка. Но радости Марина не испытывала. Только пожирающий душу обжигающий стыд.

— Чего вы хотите теперь? — Она прошептала в его плечо, которое даже под тканью рубашки выглядело мощным и сильным.

Дагмар понес ее прочь из жуткого подземелья, прижимая к груди все сильнее:

— Я начал не с того…

— Не с того? — Марина принялась извиваться в его руках, пытаясь вырваться на свободу. — Не с того? Вы… вы заставили меня раздеться и снимали, как… как… Я даже не знаю, как это назвать!

— Я кончил на тебя. — Он говорил так спокойно, обыденно, будто в этом не было ничего необычного.

Марина снова попыталась освободиться от его хватки, но в бедро вдруг впилось что-то острое, как будто… когти!

Прищурившись, Дагмар вонзил в нее свой невероятный взгляд:

— Не дергайся. Я все равно не отпущу.

Господи, это точно какое-то безумие. Марина не знала, что делать. Как реагировать? Что говорить? Она попала в лапы психа. Может, попробовать его разговорить?

— Что вам от меня надо?

Он вынес ее в зал, где они сидели со Славой, и поставил на ноги. Но лишь затем, чтобы поднять с пола ее рюкзак.

Вместо ответа он снова поднял ее на руки и удивил вопросом:

— Тебе нравится крепость?

Марина была так удивлена, что сразу честно призналась:

— Да. Очень.

— Хотела бы в ней жить?

К чему он клонит? Собирается приковать ее в том жутком подземелье и держать, пока не наиграется?

— Нет. — Марина упрямо вздернула подбородок.

— Врешь. — Он улыбнулся и вынес ее наружу.

Уже успело стемнеть, и лес казался мрачным, полным самых жутких и опасных тайн.

Марина почему-то шепотом прошептала:

— Отпустите меня. Я могу сама идти.

Он ухмыльнулся:

— Здесь водятся змеи. Ты же не хочешь, чтобы тебя укусили?

— Да, пусть лучше кусают вас.

Он хмыкнул и снова сделал нечто странное — прижался лицом к ее макушке и… понюхал.

— Ты знаешь, что пахнешь карамелью и цветами?

Эти слова оказались смертоноснее того, что он делал с ней в подземелье. Кожа тут же покрылась испариной, начался странный зуд — хотелось ощутить мужское прикосновение. И это было ужасно.

Вокруг раздавались какие-то жуткие звуки. Мох свешивался с деревьев и касался кожи. Казалось, что это призраки пытаются вцепиться в ногу или в руку и утащиться под землю.

Марина задрожала, ощутив на щеках холодное и сырое дуновение. Дагмар вдавил ее в себя, окутывая жаром, который не могло распространять человеческое тело. — Ты так и не сказала, кто тебя поранил.

С чего это его вдруг так взволновало? Против воли Марина плотнее закуталась в его пиджак. Из одежды на ней осталось только белье и кроссовки. И его пиджак. Мягкая теплая ткань, которая льнула к телу.

— Какая разница, кто меня поранил?

— Я хочу знать.

Марина зачем-то подняла голову, заглянув ему в лицо, и едва успела подавить вскрик. Его глаза светились в темноте, отражая скудный свет. Желто-оранжевые радужки переливались смесью двух цветов, мерцали и вспыхивали огнем костров.

Словно почувствовав ее взгляд, Дагмар посмотрел на нее. Теперь Марина совершенно отчетливо видела, что в его радужках нет привычных «стрелочек». Там будто… будто завихрялись водовороты.

— Насмотрелась? — Его голос звучал угрожающе в тяжелой лесной тишине. — Я жду. Кто поцарапал?

Марина едва слышно выдавила:

— Филин.

— Филин?

Она кивнула, боясь произнести еще хоть слово. Что вообще происходит? Почему он такой?! Сейчас Марина начала пугаться еще больше. Его глаза, странное нечеловеческое рычание, ощущение когтей на коже. И еще он сказал, что у него обостренное обоняние. Это все ненормально. Кто он вообще такой?

Наконец лес расступился, и Марина увидела брошенный у обочины автомобиль. Даже ей, не разбирающейся в машинах, было ясно, что черный танкообразный монстр, стоил баснословных денег. Дагмар поставил ее на ноги и вытащил из кармана ключи. Раздался характерный сигнал, машина мигнула фарами, ослепляя, и Дагмар открыл пассажирскую дверцу.