Чтение онлайн

— Госпожа Журавлева, — учтиво произносит и идет прямо ко мне.

— Да.

— Я провожу вас в самолет.

— Зачем?

Смотрит на меня поверх очков. Лицо у него узковатое, а взгляд цепкий, я бы сказала, змеиный.

— Приказ господина Шахова.

— Я не понимаю…

Улыбается сдержанно. Весь вид мужчины доброжелательно-холодный. Профессионал выполняет свое дело, только и всего.

— Я здесь как раз для того, чтобы все разъяснить. Пройдемте.

Больше он ничего не говорит. Проходит вперед, убедившись, что я иду следом и поднимаюсь по трапу.

Когда сажусь в удобное кресло, особо не замечаю улыбчивой стюардессы, которая чуть ли не пылинки с меня сдувает.

Мужчина занимает кресло напротив. Нас разделяет деревянный стол с полированной поверхностью, на который он кладет папку.

— Ну что же, госпожа Журавлева, меня зовут Геннадий Валерьянович. Я доверенное лицо Аслана Ривзановича. Занимаюсь урегулированием юридических вопросов.

Стоит услышать это, как я замираю, руки инстинктивно прикрывают живот, боюсь, что Шахов послал своего сподручного, чтобы заключить со мной какой-нибудь страшный контракт относительно моего малыша.

Глаза стремительно наполняются слезами, губы начинают дрожать. Мужчина, наблюдающий за моей реакцией, хмурится.

— Госпожа Журавлева, с вами все в порядке?

Киваю, ничего особо не понимая. В то время как Геннадий Валерьянович барабанит пальцами по папке.

— Господин Шахов приказал передать вам это, — протягивает мне, спустя короткое промедление забираю из рук мужчины увесистый предмет.

Все мое внимание сконцентрировано на послании Аслана. Черная солидная папка лежит передо мной, а я не решаюсь ее открыть. Не представляю, что может ждать меня.

— Может, откроете? — учтиво интересуется. — Или я могу помочь.

Не отвечаю. Молчу и мужчина кивает, улыбается лишь уголками губ и сам резким движением открывает кожаную папку.

Документы, бумаги, ничего не понимаю. Смотрю на мужчину, который продолжает рассматривать меня.

— Здесь документы на ваше имя, — протягивает мне несколько бумаг.

Читаю, вчитываюсь, когда до меня доходит, что это, в шоке поднимаю глаза на юриста.

— Они… эти документы что, на мое имя?!

— Да. Госпожа Журавлева, документы на ваше имя.

— Но как? Почему?

Приподнимает бровь, слегка кривит губы.

— Отступные, — произносит, словно сам сомневается, а я слышу это слово, но значение до меня не слишком и доходит.

— Ч-что?

— Не могу знать, господин Шахов не ставил меня в известность.

Киваю. Свобода… Полина… ты ведь этого хотела? Желание загадывала, так вот твоя золотая рыбка и исполнила.

В горле пересыхает и я бросаю взгляд в сторону бутылки, которая лежит в маленьком углублении рядом с иллюминатором. Не задумываясь о том, какое впечатление оставляю, тянусь и делаю глоток.

Бросает в жар. Затем в холод, когда слышу равнодушное:

— Вся недвижимость оформлена на вас…

Геннадий Валерьянович заявляет отстраненно.

— Квартира, дом, счета…

В неверии мотаю головой. Мужчина мое шоковое состояние расценивает на свой лад и продолжает пояснять.

— Поверьте, суммы внушительные. Аслан Ривзанович человек щедрый. На ваше имя открыт счет. Безлимитная карта. В вашем распоряжении апартаменты в самом центре, а также личный автомобиль с водителем. Все переходит в ваше владение.

— Вы, верно, шутите? — выдаю, наконец, свою мысль.

— Ни в коем случае. Нужна лишь подпись в местах, отмеченных галочками.

— Я не…

Обрывает на полуслове. Поднимает палец и чеканит слова:

— Хочу отметить, что воля господина Шахова такова. Если вы не поставите свою подпись, то просто не улетите.

Киваю. Мужчина достает ручку из нагрудного кармана пиджака и протягивает мне, делаю что велено, ставлю росчерк.

— Поздравляю, госпожа Журавлева. Оставлю комплект документов вам и приятного вам полета, — улыбается и слегка кивает, окидает взглядом салон самолета, а я…

Не могу сдержать слез. Почему-то мне кажется, что Шах просто от меня откупился. Дал все, что можно, дал свободу и отпустил…

Выплатил компенсацию, так сказать. А я испытываю только горечь и что-то непонятное, ноющее.

Наконец, стюардесса объявляет о том, что совсем скоро мы взлетаем. Привычный мандраж и страх поднимаются в груди. Смотрю в иллюминатор на проскальзывающие облака и никакого облегчения не испытываю.

Прикрываю глаза и мокрые реснички слипаются. Я засыпаю, измотанная и обескураженная.

— Мы уже приземлились, госпожа Журавлева, — окликает меня стюардесса и я с трудом понимаю, где я и с кем, к горлу подкатывает тошнота и на мгновение все кружится.

— Вам помочь?

— Нет, все в порядке.

Собираюсь и спускаюсь по трапу. Но на какой-то ступеньке до меня, наконец, доходит, что я дома. Здесь даже воздух иной и я быстрее иду вниз по лестницам, приближаюсь к припаркованной машине. Уже не удивляюсь тому, что авто стоит аккурат на взлетной полосе.

Крепкий высокий мужчина открывает дверь. Без лишних слов. Без эмоций. Проскальзываю внутрь салона, в то время как мой скарб отправляется в багажник.

— Куда едем госпожа, Журавлева, в апартаменты или в загородный дом?

Мотаю головой.

Не задумываясь, называю адрес Таньки. Мужчина за рулем иномарки напрягается и бросает на меня осторожный взгляд в зеркало заднего вида.

Спустя долгую паузу жмет на газ, и мы выезжаем. Дорога в ночи и огни столицы завораживают. Я смотрю в окно и понимаю, что тосковала. Дико. Безумно.

Старый двор, обшарпанный дом, я даже не дожидаюсь, чтобы автомобиль толком притормозил, вылетаю на улицу и лечу к подъезду подруги, набираю код и спустя мгновение лечу к Тане, барабаню в дверь и стоит ей открыть, как я с силой обнимаю одного из самых близких мне людей…

— Полина… — выдыхает в шоке и обнимает меня, затем отстраняет и заглядывает мне в глаза, смотрит внимательно-внимательно.

Ничего не ускользает от проницательной девушки.

— Пойдем-ка поговорим, я чай заварю успокоительный, — вроде и говорит с задором, но в глазах вижу напряженность.

Поняла меня Танька без слов. Почувствовала.

Прохожу в маленькую квартирку, снимаю обувь и влезаю в розовые, немного драные тапки с котами, захожу в ванную, мою руки, умываю лицо. Все на автомате, по привычке. Здесь все просто, легко.