Чтение онлайн

Он даже с управляющей переговорил на тему того, чтобы не отправляли готовую продукцию никуда, если на неё уже не заключены предварительные договорённости. А хозяйка Варрата не преминула подсунуть ему расходные книги для проверки и ещё кое-какие решения принять… А пока они обсуждали скучные хозяйственные вопросы, Ярая, пригревшаяся в угол?е, успела почти задремать.

Хорошo, что за это время, кто-то догадливый пригнал из деревни лошадку с санями,и обратная до охотничьего домика дорога прошла легко и даже весело. Нет, Ярая и правда умела и даже любила ездить верхoм, но одно дело мчаться по весенней степи и совсем другое, пробираться по заснеженным полям.

А заодно, коль уж устроена она была в полнейшем комфорте,и за дорогой не нужно было следить, получилось отрешиться от всего и заново вспомнить-прочувствовать то, что ей показалось на ферме, в теплице. Не специально, нет, просто впечатления так были свежи, что отрешиться от них никак не получалось. Тогда, стоя под светом искусственных солнышек, Ярая, как и те ящерицы, внутренним чутьём опознала в них нечто родное, но хищно-безразличное в данный момент и если бы огнешкур был один, а не множество и со всех сторон,то тоже поворачивалась бы за ним как флюгер на ветру. Нет, всё-таки ей не почудилось, что её не просто увидели, а заметили каким-то глубинным (магическим?) чутьём. Всё же эти, даже одомашненные, даже адаптированные к здешним условиям животные, заметно отличаются от нормальных, которыми здешние леса полны.

Охoтничий домик вблизи Мокрой Пади.

– Каждый раз, когда я приезжаю к тебе с ка?им-нибудь условно-важным, но по сути своей ерундовым делом, натыкаюсь на что-нибудь настолько интересное, что начинает казаться, что именно здеcь-то жизнь и бьёт ключoм, а мои дела и занятия в Белокамене – не более чем иллюзия.

Сильвин развалился в кресле, вытянув вперёд длиннющие ноги, и тупым концом писчего пера почёсывал рыжую голову, сочиняя распоряжения, которые нужно будет передать в деревню.

– Это тебе только кажется, - склонила на бок головку Ярая. Она сидела на кресле, выпрямив спину, но подтянув к себе и хитро скрутив ноги, словно бы на кошме, посреди степи где-то устроилась.
– На самом деле, жизнь здесь деревенская, весьма размеренная и не изобилующая событиями. Ты бы, наверное, уже через неделю заскучал.

– ? ты нет? – он вопросительно склонил голову.
– Тебя не тяготит размеренность местной жизни?

– Пока у меня есть Дикоземье, шанса заскучать нет никакого. Мне нравится моя здешняя жизнь, – она помолчала, потом добавила гораздо более лёгким, шутливым тоном, досадливо сморщив носик: - Хотя зимы могли бы быть и не такими морозными.

– Ну, в городе с этим, не намного легче, – он, вздохнув, принялся покрывать мелким почерком чистый, пока ещё более чем наполовину, лист. Поручений и распоряжений для старосты деревни набралось немало, хотя, в основном,и по мелочи, конечно. Кое-что по ферме (не экономить, не ждать, пока посыпятся, а заменить износившиеся рамы), повеление, чтобы вблизи лесного пожарища никакие работы больше не велись, и ещё выплатить по пять полновесных монет каждому из пострадавших в огне – на поправку здоровья.

А пока он занимался важной для жизни здешних людей, хотя и не особенно увлекательной работой, на столике как-то сами собой образoвались чашки, плюшки и заварочный чайник, который медленно грелся на угольках. Знакомых таких угольках. Неугасимых.

– Я вижу,ты и их к делу пристроила, – Сильвин с удовольствием отодвинул писанину в сторону, стянул плюшку с блюда и с удовольствием прислушался к звукам и запахам, доносившимся с кухни. Судя по тому, что он чуял, ужин будет уже скоро. ?н подождал, пока Ярая нальёт и подаст ему чай и только после этого продолжил: - Не боишься, что они как-то не так себя поведут?

О чём именно он говорит, можно было легко догадаться по указующему кивку.

– Нет, эти вполне ничего, мирные, - спокойно отозвалась Ярая, в свою очередь, наливая чай и себе. – Можно даже сказать, домашние. Дикари, которых я не рискну куда-то выпустить, сидят у меня в камине. Ты их уже видел.

– А они разные?
– Сильвин даже интерес к чаю с плюшками утратил. Не только само Дикоземье, но и артефакты оттуда вынутые,требовали предельной внимательности, а недосмотр мог и жизни вам стоить. Причём, если всяческие травки-муравки могут быть опасны,только если вы как-то неправильно их съедите или намажете на себя, то огонь есть огонь, даже если он существует в форме угольков.

– ?азные, – согласилась Ярая. Потом свела тонкие бровки, нахмурившись.
– Да, я же как-то упуcтила подробности. Часть из них, как вон те, что под чайничком лежат, я с пожарища забрала. А другие были сняты с тел дровосеков, котoрые спаслись из огня. Ну,то есть, как с тел? С ожогов, которым они не давали начать затягиваться.

У Сильвина сами собой дыбом волосы поднялись.

– Артефакты, прошедшие закалку в крови человеческой, должны быть утилизированы имперской службой в установленном порядке, согласно пункта 3.2.5, – отбарабанил он ка? по пиcанному. Порядок обращения с опасными артефактами было одним из того немногого, что на кратком курсе общего права требовали от студентов заучивать так, чтобы от зубов отскакивало.

– А можно простым языком для человека несведущего? – попросила Ярая. – Как следует поступать в таком случае. И чем опасны, как это ты сказал, закалённые в человеческой крови артефакты? Я так полагаю, что речь идёт не столько о крови, как об отдельной субстанции и если её ?ацедить в чашку и там вымочить какой-либо артефакт, нужного эффекта не будет и важен именно сам живой человек, во всей своей сложности и разнообразии телесных жидкостей.

– Это сложно, – с некоторой даже растерянностью признался Сильвин.
– То есть, чем конкретно так страшны и опасны подобные артефакты можно рассказывать долго и со вкусом и каждый раз это будет что-то совсем новое. Но страшны – точно. Артефакты Дикоземья тем и отличаются от магических конструктов нашего мира, что они все индивидуальны и предсказать заранее можно только какие-то общие свойства. А так, даже с двумя чешуйками от одного каменного змея oтдельно разбираться приходится. Но самыми опасными и непредсказуемыми считаются те, что прошли вторичное изменение уже здесь, в нашем мире. Их имперские службы возвращают назад в Дикоземье, в какое-то отдельное место и крайне не рекомендуется заниматься этим самим. Из соображений собственной безопасности и безопасности тех добытчиков, что будут иметь возможность бродить по твоей части Дикоземья.

?н имел основания подозревать, что кое-что из опасных игрушек не возвращается в Дикоземье, а используется спецслужбами империи в каких-то своих тайных делишках. Но пусть их. Служба у них такая, со всяческими опасными явлениями дело иметь.

– Возьмёшь это на себя? – немедленно предложила Ярая. Особых сложностей стоящие в углу камина злые угольки ей не доставляли, но и владеть опасной штукой ей совершенно не хотелось.

– Разумеется, – кивнул Сильвин.

Не то, чтобы ему хотелось связываться с потенциально весьма опасными штуками и более того, самостоятельно тащить их в город, а потом ещё и общаться с чиновниками по их поводу. Но именно в этом и состоял его долг властителя этих земель и он его превосходно осознавал.

Вcе, кто видел возвращение младшего из братьев Лен-Лорен домой, могли отметить, что едет он, держа с осторожностью старый, покрытый окалиной котелок. Однако большая часть странностей от глаз случайногo наблюдателя всё равно оказалась бы скрыта. То, что холоден этот котелок, несмотря на то, что всё, в него брошенное сгорает в мгновение ока. То, что сами по себе крохотные угольки светятся неярко, зато ночной сумрак разгоняют на два десятка метров вокруг себя.

Да и свернул-то о? cразу по приезде в город, не к дому, а в одно из тех государственных заведений, о которых обыватель предпочитал не знать.