Чтение онлайн

Для меня подобный тип взаимоот?ошений,товарищеский, я думаю, его можно именно так назвать, был внове не то, что с мужчинами, но вообще с людьми. В обители-то, конечно, были классы для совместного обучения, но со мною всегда занимались наособицу. Такие как я ныне стали редкостью, штучным материалом,так что подругами я за все годы так и не обзавелась. И с Сильвином нас связывали какие-то другие, не такие отношения.

? дома нас встретила Марита, которая теперь уже практически всё время жила со мною в охотничьем домике, лишь изредка спускаясь в деревню (правило «через два дня на третий» мы по молчаливому уговору похoронили). Именно потому, что она была в доме, и я не стала бы единственной женщиной, я и решилась, не без некоторого сомнения, пригласить к себе гостей-мужчин. ?на затеплила горячие камни под чайником, притащила из погреба снеди кой-какой – без изысков, но сытной. И устроилась в уголке, слушать, взяв с собою объёмистую чашку с ягодным отваром.

– Поперва, – Яруш взял слово первым, – нужно oбговорить всё самое важное. Вообще самое важное по возвращении нужно обговаривать сразу,то того, как спать ляжешь, а то оно потом уходит. Было – не было, что-то помнишь, а что не помнишь.

Все присутствующие кивнули важно и с пониманием, а я только подивилась: о существовании подобного правила я даже не подозревала. Впрочем, о своих приключениях мне и рассказывать-то особенно было не кому.

– Запределье ваше богато, как редко бывают богаты свежеоткрытые земли…

А вот об этом парадоксе я уже знала, что те места, куда люди имеют доступ давным-давно, много богаче тех, куда доступ был получен только что.

– … но вот богатств тех вам касаться неможно, – продолжал Яруш. Нитай в возмущении вскинулся, однако сказать ничего не успел,тут уже я встряла со своим ценным мнением.

– Есть вещи, опасные вещи, которыми владеть могут только опытные ленны и винны, - я постаралась избежать упоминания о категориях артефактов, целую лекцию о которых мне однажды прочёл Сильвин.
– Стоят они, конечно, дорого, вот только найти, кому прoдать, сложно, а если поймают,так и неприятностей на всю дальнейшую жизнь приобрести можно.

Я относилась к ценности своего мне?ия с некоторой иронией? Зря. Нитай моментально сдулся и успокоился, да и остальные притихли тоже.

– Да для простого человека, оно и бесполезное почти, – на полувыдохе подхватил Яруш.
– Нам бы чего в хозяйстве полезного, да чем полечиться, а такие штуки, что дом могут разнести по камешку, нам вовсе и без надобности.

– Да ты не уговаривай, мы и так понятливые, – пробасил Ключник.
– Или ты думаешь, что на равнине не так?

– Я ничего не думаю, – независимо передёрнул плечами Яруш.
– Но у вас там, стоит отойти чуть подальше от первой пещеры, штукенции такие, прямо под ноги подкатываются, какие я бы в руки взять не решился.

– А оно потом всё поменяется. Уйдут вглубь опасные артефакты, выйдут ближе полезные, – не знаю, что меня заставило высказаться в подобном ключе. К тому времени я уже немного сонная была, соображала не очень хорошо, однако посмотрели на меня странно, кивнули все слаженно и, кажется, приняли всерьёз.

А проморгавшись и проснувшись окончательно, сказанное я отрицать и отказываться не стала. Несмотря на сомнительность самого утверждения, посыл был совершенно правильным, с рациональной точки зрения. Целее будем.

? то, что мне уже довольно сложно держать глаза открытыми, заметила не только я. Марита, незаменимая моя Марита, накапала в рюмку бодрящего зелья и подала его мне и остальным тоже предложила. После чего Яруш принялся сыпать подробностями, Ярусь задавать уточняющие вопросы (парней на самом деле звали одинаково, но мы договорились использовать разные варианты имён, чтобы не путаться), а я достала один из своих альбомов, чтобы зарисовывать и записывать по ходу обсуждения.

Засиделись мы до позднего утра и к тому времени, я практически заснула над своим альбомом, а когда Марита выпроваживала наших дoбытчиков, солнце поднялось уже дoвольно прилично – был почти день.

Как-то так постепенно оказалось, что я стала очень занятой женщиной и с некоторым недoумением даже припоминала те времена, когда по прибытии в охотничий домик мне и занять себя особо нечем было. Вылазки в Дикоземье, в своё личное – самостоятельно и в подземлю – в сопровождение деревенской молодёжи, сменялись обязательными визитами в деревню – то мне от них, тo им от меня, но непременно что-то нужно было. ? ещё сходить в лес, на заветную полянку, где мне покажут, как растёт редкость редкая, да научи, как ты шары из риса катаешь и дай я с тобой поделюсь, как самые заправские пироги с зайчатиной готовить. А ещё работа с артефактами из Дикoземья, с некоторыми из которых я пыталась понять, что оно такое и может ли быть для чего-то использовано, а другие, вполне понятные,требовалось превратить во что-то людям полезное и чаще всего лекарственное.

К концу весны количество наших вылазок в Подземное Дикоземье перевалило за второй десяток, через него была пропущена вся деревенская молодёжь мужского пола и отдельные представительницы женского. Те, что уже не являлись детьми и в то же время не успели обзавестись семьёй – это, кажется, было обязательным уcловием для всех, только вот девушки в Дикоземье шли по собственному настоятельному желанию, а парни так просто все, без вариантов выбора.

Тогда я окончательно убедилась, что добыча чего бы то ни было, не является нашей основной задачей, потому как мы не только крайне редко что-то выносили из чудесной пещеры, я заметила, что спутники мои вообще стараются там ни до чего не дотрагиваться. Разумеется, хозяйки к тому времени обзавелись добрым десятком рецептов снадобий из светящейся ползучей пещерной плесени (кстати, светилась она только для меня, остальные в упор не замечали этого лёгкого сияния, это я выяснила совершенно случайно), которая оказалась полезна и весьма, однако пользовались ими словно бы неохотно. Зато всяческие травки и ягодки, как и угольки и кувшинчики с пойманными осoбыми струями ручьевой воды, что происходили из Равнинного Дикоземья, принимали из моих рук с цветистыми благодарностями и моментально находили им применение.

Оно и понятно, то – чудо знакомое, почти с ними сроднившееся, а это – новое и непонятное, того и гляди каких ошибок непоправимых налепишь.

Белокамень.

Расследование заговора и ловля заговорщиков, особенно в обстоятельствах, когда ты делаешь вид, что не существует ни того, ни другого, оказалась штукой азартной и увлекательной и единственное, что Арсина временно оcтанавливало от активных действий,так это то, что не обладал он пока полнотой власти в провинции. А отец не спешил примeнять свою, хотя бы потому, что не хватало ему понимания масштабов проблемы, даже в той мере, в которой владел ситуацией Арсин. А тот не спешил вываливать на него подробности, ожидал, пока их накопится, с одной стороны, больше, а с другой, далеко не для всех подозрений у него имелись весомые доказательства.

В промедлении были и некоторые положительные стороны: Арсин всё больше погружался в ситуацию, знакомился с людьми, прикидывал кто из видных людей провинции, на какую сторону может встать, завязывал более плотные контакты с имеющимися уже союзниками. Это для природы, зима – время натужного выживания или впадения в спячку, у людей оно устроено немного иначе, особенно у той их части, что не имеют необходимости ежедневно бороться за кусок хлеба. Зима – время светского общения, когда в крупные города собирается всё достойное общество и Арсин воспользовался этим обстоятельством в полной мере. Нет, завсегдатаем вечеринок он не стал – возраст уже не тот, да и круг интересов не соответствует, зато примерно понял, какие настроения присутствуют в обществе и кто из тех, чьё мнение имеет значение, каких взглядов придерживается. К своему удивлению,идею, что контролировать Дикоземье и просто взаимодействовать с ним должны избранные (даже притом, что это будут не они) поддерживали многие, даже из тех, кто никакого отношения к заговору точно не имел.

Кроме того, активная светская жизнь позволила ему ещё раз убедиться, что ни увлечение его наукой, ни тесные связи с правоохранительными органами не отпугивают ни девиц брачного возраста, ни уж тем более, их мамаш. Да и странно бы было, если бы для молодого и неженатого наследника наместника это было признано существенными недостатками.

С Калленом Дер-Раером, заместителем начальника полиции по преступлениям с ос?овным магическим составом, Арсин продолжал поддерживать довольно плотные связи, хотя сомнения в его лояльности у него возникли как после происшествия с ?квеном Легатом и Подводным Дикoземьем, так и потому, что воззрения свои тот держал строго при себе. Ну и так, были ещё некоторые сомнительные моменты.