Наследник имения Редклиф. Том третий
Шрифт:
Лора думала, что ей будетъ трудно ходить за братомъ, но онъ, напротивъ, такъ былъ съ ней ласковъ и деликатенъ, а Шарлотта такъ нжно заботилась объ ней, что она скоро успокоилась.
Мэри Россъ навщала ихъ почти ежедневно. Однажды она нашла Чарльза одного, прогуливающагося съ помощью костылей, по террас, около дома. Сейчасъ можно было догадаться, что въ дом случилось что-нибудь особенное, потому что его никогда не оставляли одного.
— Мэри! это вы, какъ я радъ! — закричалъ онъ, увидвъ гостью. — Васъ-то мн и нужно было.
— Каковы извстія? спросила Мэри, отнимая у него одинъ костыль и взявъ его подъ руку.
— Отличныя! Жаръ и забытье у Гэя прошли. — По всему видно, что горячка у него была легкая и maman прідетъ уже тогда, когда ея услуги не будутъ ему нужны. Слава Богу, мы теперь о немъ ужъ не такъ тревожимся.
— Ну, а Эмми что?
— Эмми пишетъ такое длинное, веселое письмо, что сейчасъ видно, что она хорошо себя чувствуетъ. Я съ вами не о нихъ обоихъ, а объ Лор хочу поговорить. Вамъ врно извстна вся ея исторія. Капитанъ, какъ замтно изъ писемъ отъ нашихъ, повидимому опомнился, признался во всемъ Гэю и проситъ теперь передать все дло, какъ оно было папа.
— Неужели? Это прекрасно!
— Я это узналъ изъ письма Эмми. Она пишетъ къ папа, что Филиппъ убитъ горемъ и что, отправивъ свое письмо къ нему, онъ упалъ въ обморокъ, въ ея глазахъ. Представьте себ нашу малютку, съ 6-ти футовымъ великаномъ, безъ чувствъ, на рукахъ.
— А я воображала, что Филиппъ уже совсмъ здоровъ, — сказала Мэри.
— Письмо къ папа онъ писалъ собственноручно, — замтилъ Чарльзъ: — горько оно ему досталось, я полагаю. Впрочемъ, ему нелегко было объясняться и съ Гэемъ, я заочно торжествовалъ, представляя себ картину ихъ объясненія. Нашъ Гэй, конечно, взялъ его сторону и пишетъ также цлое посланіе, желая доказать намъ, что онъ здоровъ, но помоему его письмо — просто горячечный бредъ. Мои оба зятя олицетворенный контрастъ.
— Какъ, оба зятя? разв вашъ отецъ согласился на бракъ Лоры съ Филиппомъ? спросила Мэри.
— Если не согласился, то современемъ согласится и вернется домой, напвая:
Быть тестемъ, право, очень лестно Красавца, трехбунчужнаго паши.Отцу не выдержать, если Гэй и Эмми начнутъ къ нему приставать съ просьбами, а Филиппъ пуститъ въ ходъ новый патентованный револьверъ, и увритъ отца, что онъ лишитъ себя жизни, въ случа е. го отказа.
— Гд Лора? съ улыбкой спросила Мэри.
— Я прогналъ ее гулять съ Шарлоттой, а васъ все ждалъ для совщанія, потому что мама находитъ, будто я ничего не понимаю по части любви.
— А я разв опытна по этой часга?
— Вы женскую натуру лучше меня знаете. Научите, чмъ бы мн полечить Лору? я ее, бдняжку, видть не могу, она измучилась ухаживая за мной. Шарлотт ужъ я самъ даю уроки вмсто нея, а Лору посылаю отдыхать къ себ въ комнату. Научите меня какъ съ ней обращаться?
— Пусть она продолжаетъ ходить за вами, — сказала Мэри.
— Это прекрасно! возразилъ Чарльзъ. — Сестры и то плясали по моей дудки до сихъ поръ, пора наконецъ мн подумать и объ нихъ. Какъ вы полагаете, не показать ли ей письма отъ нашихъ, чтобы ее немного успокоить? Вдь мы до сегодняшняго дня, слова съ ней не сказали обо всемъ происшедшимъ.
— Конечно, — отвчала Мэри. — Покажите ей письма. Я думаю даже, что самый разговоръ вашъ съ нею очень ее утшитъ.
— Въ самомъ дл? А какъ же мн вывернуться? Скрыть своихъ чувствъ къ Филиппу я не въ состояніи, а оскорбить ее я бы не желалъ.
— Она, бдная, такъ давно не слыхала слова участія, что ваше вниманіе будетъ ей очень отрадно, — замтила Мэри.
— Хорошо, я постараюсь ее утшить. Боюсь только, что не выдержу. Я слышать не могу, когда Филиппа расхваливаютъ Его сторону я беру тогда только, когда папа и Шарлотта очень ужь на него нападутъ. Впрочемъ, терять времени нечего, стану говорить, покуда есть возможность. Когда онъ явится въ роли жениха, — поздно будетъ.
— Я уврена, что вы посл болзни найдете такую огромную перемну въ характер Филиппа, — сказала Мэри:- что у васъ духу не достанетъ надъ нимъ трунить. Сознаніе въ своей вин есть уже важное дло. Однако, я съ вами заговорилась, а мн давно пора идти въ церковь. Кстати о ней: бдная Лора! какъ она трудится, рисуя ея перспективу для Гэя.
— Да, — замтилъ Чарльзъ. — Она спшила кончить кортину, узнавъ о болзни Гэя; ей все казалось, что онъ скоро вернется. Прощайте, Мэри! Пожелайте мн успха въ переговорахъ съ сестрою. Дорого бы я далъ, чтобы утшить ее!..
— Я не сомнваюсь въ этомъ, — произнесла мысленно Мэри, уходя и оглядываясь на Чарльза, который снова зашагалъ по террас. Сколько чувства, сколько деликатности подъ этими сухими, оригинальными манерами! Подумаешь, что человкъ только и живетъ что насмшкой, а какъ онъ уметъ любить!
Вечеромъ Шарлотта улеглась спать очень рано. Чарльзъ, оставшись наедин съ Лорой, — спросилъ ее вдругъ, не хочетъ ли она взглянуть на послднее письмо отъ Эмми.
— Пожалуй, — отвчала робко Лора и принялась читать письмо, между тмъ какъ братъ отвернулся, чтобы не слдить за выраженіемъ ея лица. Въ конверт лежало письмо Филиппа.
— По этому письму видно, что онъ много выстрадалъ, — ласково произнесъ Чарльзъ, когда сестра кончила читать. Эти слова, сказанныя братомъ, были первыя слова участія, которыя Лора услыхала во все время своего испытанія. Она тихо заплакала.
— Еслибы ты зналъ, что онъ вынесъ! сказала она Чарльзу. — Посмотри, вдь онъ только обо мн и горюетъ): боится, что вы вс разсердитесь на меня; его только это и мучитъ. Ахъ! если бы это письмо пришло до отъзда папа.
— Гэй и Эмми скажутъ папа, что Филиппъ писалъ къ нему, — замтилъ Чарльзъ.
— Милые они мои! Филиппъ съ чувствомъ говоритъ о ихъ вниманіи во время его болзни. Я гораздо спокойне съ тхъ поръ какъ Гэй и онъ въ хорошихъ отношеніяхъ.
— Ты можешь положиться на Гэя: онъ все устроитъ какъ слдуетъ, — серьезно сказалъ Чарльзъ.
— Филиппъ и я обязаны Гэю и Эмми многимъ, — продолжала Лора. — Какъ я рада, что сестра была при Филипп, когда ему сдлалось дурно. Эмми прислала мн также очень ласковое письмо. На, прочитай; какъ это похоже на нее!
Чарльзъ прочиталъ слдующее:
«Дорогая моя! До сихъ поръ я не имла еще права выразить теб какъ мы съ мужемъ были огорчены, узнавъ все то, что до тебя касается. Я раскаяваюсь, что писала иногда слишкомъ подробно о страданіяхъ Филиппа, а Гэй искренно проситъ прощенія, если онъ когда нибудь огорчилъ тебя рзкими выраженіями на ечетъ его. Я понимаю, каково теб было переносить все это, душа моя, но теперь, когда все открылось, и уврена, что теб будетъ легче. Не остерегайся Чарли, прошу тебя; если онъ замтитъ, что ты въ гор, онъ побережетъ тебя. Сейчасъ видла Филиппа и нашла, что ему гораздо лучше, онъ очень поправился и окрпъ. Онъ тревожится за тебя, но я его успокоила, сказавъ, что ты очень довольна, что все, наконецъ, открылось.
Любящая тебя сестра
А. Ф. М.»