Чтение онлайн

– Поверь мне, Матвей, что на это у них есть достаточные основания. Как по секрету сказал мне один из знакомых сотрудников нашего Министерства иностранных дел, у британской разведки заведено на меня довольно пухлое досье.

– Это, конечно, после вашей экспедиции в Новую Зеландию по обследованию Кентерберийской долины на ее Южном острове?

– В том числе. Ведь не зря же покойный государь называл меня «истинным разведчиком».

Матвей с благоговением посмотрел на своего бывшего хозяина и продолжил:

– Речь с англичанами шла и о пингвинах. – продолжил он. – «Ведь пингвины, представленные в вашей экспозиции, – спрашивают англичане, – водятся и у мыса Доброй Надежды, у южной оконечности Африки, и на Тихоокеанском побережье Южной Америки?» Я, Андрей Петрович, честно говоря, чуть не рассмеялся от такой наивности, но все-таки с достоинством ответил: «В местах, указанных вами, господа, водятся лишь мелкие пингвины Адели. Королевских пингвинов, пингвинов средних размеров, мы обнаружили на одном из открытых экспедицией островов архипелага Траверсе [38] , уже в высоких южных широтах. А вот императорских пингвинов, самых крупных, мы увидели только на льдинах у самого припая [39] вдоль побережья Южного материка. Высота ледяного барьера по побережью материка достигает тысячи футов [40] , а то и более. А пингвины, как известно, – не летающие птицы. Поэтому, по мнению господина Шувалова, они выводят свое потомство на шельфовых ледниках [41] ». – «Хорошо. А о чем тогда говорят полярные крачки, представленные в вашей экспозиции? Ведь эти птицы водятся и в Арктике?» – задирают англичане. «Только о том, что полярные крачки, они же морские ласточки, совершают перелеты из Арктики в Антарктику и обратно. И это самые длинные перелеты среди птиц земного шара. Обо всем этом вы, господа, можете прочитать в научной статье господина Шувалова “Признаки” земли значительных размеров в высоких южных широтах». И получить интересующую вас информацию из первых рук».

– Спасибо тебе, Матвей, за популяризацию моего научного труда за границей. Вижу, что ты не зря переписывал и мою статью, и роман тоже.

Тот порозовел от похвалы своего учителя:

– А как же, Андрей Петрович! Я ведь не только изучал при этом ваши труды, но и учился вашему языку, вашей форме изложения.

– Ну что же. Ты с честью выдержал экзамен перед английскими коллегами.

– Примерно то же самое сказал мне и начальник нашей мастерской, – признался Матвей. А затем посетовал: – Я по вашему указанию, Андрей Петрович, самым тщательным образом изучил «Табель о рангах» со всеми приложениями к ней и понял, что для того, чтобы преуспеть на том пути, который вы уготовили для меня, мне необходимо получить соответствующее образование. На одних способностях далеко не уедешь, а самообразованием все пробелы в знаниях не устранишь. Но я не представляю, каким образом это можно сделать? – он с надеждой посмотрел на своего покровителя.

«Как же все-таки вырос Матвей за последние несколько лет!» – с удовлетворением отметил Андрей Петрович.

– Ты совершенно прав, Матвей. Без высшего образования далеко по служебной лестнице не продвинешься, – он задумался. – Поступить в университет? Но тебе для этого уже, скажем прямо, многовато лет, да и навряд ли тебя вообще примут в студенты с чином кабинетного регистратора. Кроме того, если вдруг это и случится, с моей, конечно, помощью, то ты лишишься средств к существованию, так как должность в мастерской, естественно, придется оставить. Хотя я бы, конечно, смог поддержать тебя материально на время обучения.

– Вы о чем говорите, Андрей Петрович?! – вспыхнул Матвей. – Я, здоровый мужчина, должен сесть на шею человеку, который и так перевернул всю мою жизнь! А как же честь дворянина, которой вы же учили меня! Вы должны понимать, Андрей Петрович, что я ни при каких условиях не смогу принять ваше чистосердечное предложение, – на его глазах навернулись слезы.

– Успокойся, Матвей. Ты, безусловно, прав. Но есть, как мне кажется, и другой выход…

– Какой же, Андрей Петрович?!

– Трудный, но вполне возможный.

– Меня не страшат никакие трудности. Вы же знаете об этом, Андрей Петрович!

– Потому и предлагаю его, – он помедлил, видя напряженное ожидание на лице молодого человека. – Можно подготовиться и сдать экзамен экстерном.

– За весь университетский курс?! – ахнул Матвей.

– За весь. По-моему, кто-то только что распинался о том, что якобы не боится трудностей, – улыбнулся Андрей Петрович.

– И это на самом деле возможно?! – боялся поверить Матвей нежданно улыбнувшемуся счастью.

– Вполне. Но для этого придется пахать и пахать! По специально разработанной мной программе. И сдавать мне же промежуточные экзамены. А чтобы это осуществить, тебе придется вернуться в наш дом.

– Да я хоть сейчас, Андрей Петрович! – с готовностью воскликнул Матвей.

Тот снисходительно улыбнулся:

– В этом случае у тебя могут возникнуть определенные трудности. Ведь ты же только что убеждал меня, что являешься вполне здоровым мужчиной.

Матвей непонимающе посмотрел на него и вдруг задорно рассмеялся, уловив смысл слов своего покровителя.

– Женский вопрос я решу, Андрей Петрович, можете не сомневаться, – он озорно блеснул глазами.

– А я ничуть и не сомневаюсь, – в тон ему ответил тот. – Уж если ты умудрялся решать его в театре графа Шереметева, то теперь тебе, дворянину, и карты в руки.

Лицо Матвея слегка порозовело:

– Если бы граф не отдал меня за шалости с актрисами в рекруты, то я бы никогда не встретился с вами. Моя жизнь пошла бы совсем другим путем, – он задумался. – Но вы не совсем правы, Андрей Петрович. Сейчас мне решать этот вопрос, как ни странно, гораздо труднее, чем раньше. Я ведь не потомственный дворянин, а посему еще недостаточно хорошо ориентируюсь в сословных предрассудках, – Матвей упрямо тряхнул головой. – Но если уж замахнулся на сдачу экстерном университетского курса, то эту науку уж как-нибудь осилю.

– Вот это слова, достойные не юноши, а мужа, – подвел Андрей Петрович итог разговору. – Тебе, однако, надо иметь в виду, что я приступаю к завершению подготовки докторской диссертации, которую практически написал во время плавания на «Кротком». И после ее защиты думаю преподавать в Петербургском университете по кафедре естественной истории. Так что поддержка профессора тебе очень даже пригодится.

– Вот это здорово, Андрей Петрович! – вскочил со своего места Матвей. – Ведь теперь, с возвращением в ваш дом, я смогу помогать вам в этом и заодно учиться уму-разуму!

– И грызть гранит науки, – добавил Андрей Петрович.

Через несколько дней Матвей вновь переехал в дом Шуваловых.

Андрей Петрович возвратился из поездки по имениям довольным. Урок расправы с жаждущими наживы управляющими не прошел даром. Порядок в имениях был восстановлен. Так почему же он сразу пригласил жену в кабинет, где принимались самые важные решения?

Ксения присела напротив мужа, стараясь понять, что же все-таки так взволновало его.

– Когда император Александр Первый, царство ему небесное, – начал он, – осматривал экспозицию «Антарктическая фауна», я признался ему, что после возвращения из Русской Америки хотел уйти в отставку с воинской службы, но не успел сделать этого по причине кончины батюшки и срочного убытия в Антарктическую экспедицию. Государь оценивающе посмотрел на меня и как отрезал: «Продолжайте служить так же, как и служили. Никаких отставок!», – он вздохнул, вспомнив об осмотре экспозиции государем как о лучшем дне в его жизни, – Теперь же у нас новый император, и мои былые обязательства утратили свою силу. А присягать Николаю Первому после декабрьских событий позапрошлого года на Сенатской площади и, тем более, казни через повешение пятерых декабристов, у меня нет ни малейшего желания.

Ксения смотрела на него широко открытыми глазами.

– Я воспринимаю эту казнь как личную месть Николая Павловича, – пояснил Андрей Петрович.

– Андрюша?! – почти прошептала Ксения в ужасе.

– Да-да! – твердо ответил тот. – А посему решил подать прошение об отставке с воинской службы.

В кабинете воцарилась напряженная тишина.

– Чем же ты теперь будешь заниматься? – подавленно спросила Ксения.

– Тем же, чем занимался и до сих пор, – рассмеялся Андрей Петрович, глядя на расстроенную супругу. – Я имею статский чин надворного советника, равный чину капитана гвардии или армейского подполковника, кроме того, я почетный член Петербургской академии наук и сейчас заканчиваю оформление диссертации на соискание ученой степени доктора естественной истории.