Чтение онлайн

— Нет.

— Но почему?

— Он принц крови, третий наследник престола. И он уже не ребенок. Мне было четырнадцать, когда дядя взял меня на войну. Хотя, война — это громко сказано. Так… вооруженная стычка. Но там убивали. Клинок закаляется в бою.

— У тебя странное представление о кузнечном деле, — попытался уколоть его я, а потом посерьезнев спросил. — Неужели ты считаешь, что он видел мало крови тогда… десять лет назад?

— Нет, не считаю. Но как правитель не имею права ограждать его от жизни. Он третий в очереди на трон. И если, не приведи стихии, что-то случиться со мной, Сандриэлем и Натаниелем, он станет править нашим народом. Мне не хотелось бы об этом думать, но и такое возможно.

— Причем здесь это?

— При том!

— Таль, это не ответ.

— Эндрю, как бы я не любил племянницу, я не могу бросить все и отправиться на ее поиски. На мне лежит ответственность за тысячи жизней.

— Тебя никто и не просит этого делать. Мы понимаем, что ты действительно не можешь.

— А Данирис может. Он может пойти с вами. И пойдет. Потому что это не только его обязанность, но и право. Защищать тех, кто ему дорог.

— Но твой брат еще несовершеннолетний, — схватился я за последнюю соломинку.

— Возраст — понятие относительное. Ты тоже был несовершеннолетним, когда попал в Элверн. Но был ли ты ребенком?

— Тамиэль, мне было почти двадцать пять, а мальчишке всего восемнадцать!

— Не кричи. У меня голова болит, — раздраженно отозвался Правитель светлых эльфов. — Эндрю, этот спор можно вести до бесконечности. Но подумай вот о чем. Кого Дани любит сильней всего?

Я, признаться, слегка растерялся от этого вопроса. Кто же его знает? Мы на эту тему не говорили никогда. Да и не были никогда особенно близки.

— Не знаю.

— А ты пораскинь мозгами.

— Таль, давай ты обойдешься без загадок? Я и так сейчас злой, как сотня демонов.

— Ладно. Больше всего он любит Лиру. Давай объясню почему? Ко мне и Натану он, конечно, привязан, но не слишком сильно. Мы ведь почти не видимся. Да и поговорить нам с ним не о чем. Слишком большая разница в возрасте. Примерно та же ситуация с моей женой. Сандриэль еще слишком мал. Ну, сам подумай, чем взрослого парня может заинтересовать малыш, который и говорить-то толком не умеет? Кто у нас дальше? Ты. Тебя он уважает. Элейна… да, он ее любит. Но, сам понимаешь, она замучила его своей опекой и его, мягко говоря, раздражает, что сестра видит в нем неразумного ребенка. Правда, есть еще Андреас. Но любить очаровательную девочку, которая смотрит на тебя глазами полными восхищения гораздо проще, чем строгого наставника.

— Допустим.

— Ты не понимаешь.

— Конечно, не понимаю! Но очень стараюсь понять. Ты можешь обойтись без этих своих дипломатических заморочек? Не на переговорах ведь сидишь. Это с темными или с советом Высоких Лордов тебе нужно каждое слово взвешивать, а в идеале оппонента еще и к нужной тебе мысли так подвести, чтобы он думал, что сам до нее дошел. Но мы-то одна семья. Скажи коротко — буквально в двух словах все, и я пойду собираться.

— Когда я был принцем, то не совсем понимал, почему дядя воспитывает нас с Натаном именно так, а не иначе. Мы с братом не раз рисковали жизнями. Не то, что бы мы были против, но это ведь глупо подставлять под удар наследников. Особенно, если учесть, что нас было всего трое.

— А теперь, надо полагать, понимаешь?

— Да. Правитель должен быть готов положить свою жизнь на алтарь долга перед собственным народом. А сможет ли он при необходимости сделать это? Ну, допустим, я оставлю дома. Ты не думаешь, что он уверится, что его жизнь и безопасность превыше всего, и ему не обязательно рисковать ею даже ради тех, кого он любит? Что проблемы будут решать за него другие?

— Нет. Я так не думаю.

— А я не хочу рисковать. И давай закончим уже этот разговор? Натан пойдет с вами поможет тебе приглядеть за младшеньким.

— Тамиэль, ты смерти моей хочешь? — простонал я. — Дани — книжный ребенок, который жизни не знает. Руа стремящийся влезть во все доступные ему неприятности. Так еще и Натаниэль! Ты знаешь, что он возомнил себя бессмертным и не отстает в безрассудстве от нашего темного друга.

— Ничего. Беспокойство за младшего брата и племянницу поможет ему более здраво взглянуть на мир и пересмотреть собственное поведение. И хватит уже об этом.

Я было уже хотел сказать что-нибудь едкое в ответ на это идиотское заявление, как двери распахнулись, и в кабинет влетел Натаниэль. Злой, как демон. Одет он был, скажем так, несколько небрежно. Сапоги грязные. Камзол порван в двух местах. Рубашка застегнута лишь на половину пуговиц.

— У нас война? — прорычал Натан. — Таль, что случилось? Меня твои гвардейцы, простите за подробности, из ванной комнаты вытащили. Вымыться не дали. А я, между прочим, полдня в седле провел.

— Лиру похитили, — ответил за старшего брата Дани.

— Малыш, это очень плохая шутка, — с укором посмотрел на юношу Натаниэль.

— К несчастью, я не шучу, — покачал головой тот. — Нашу племянницу действительно украли.

— Кто?

— Мы думаем, что это один из Владык, — вступил в беседу мой дед.

— Я не совсем понимаю. Разве вы не трясетесь над своими детьми, как скряга над последним золотым? Если мне не изменяет память, до совершеннолетия юный Владыка неприкосновенен, что бы не совершил.

— Да. Все верно. — Андреас помассировал переносицу и обессилено откинулся на спинку своего кресла. — Ребенок — самое ценное, что может быть у семьи Владык. И никому в голову не могла прийти мысль о том, чтобы каким-либо образом навредить малышу. А уж похитить из родового гнезда… это вообще немыслимо.

— Но как это произошло? Не знаю, как у остальных, а башня Эндрю от пола до потолка напичкана охранными заклинаниями. На каждом кирпиче по три охранных руны.

— В том-то и дело. Охранные. Реагируют они как на действие, способное причинить вред кому-то из обитателей башни, так и на само намерение. А Лиру за пределы охранного контура вывел ребенок того же возраста, что и она сама. И делая это, он не желал ей зла.

— А можно поподробнее? Я не совсем вас понимаю. Какой еще ребенок? Куда он увел малышку? Зачем? И с чего вы взяли, что это Владыки теней отметились, а не эльфы-самоубийцы?

Мне пришлось, в очередной раз рассказывать о том, как все случилось. Понимаю, что без этого никак. Но промедление меня убивает. А я вынужден просиживать здесь.

На предложение Натаниэля выдвигаться прямо сейчас, Андреас жестко отрезал:

— Вы отправляетесь в путь завтра на рассвете. По темноте все равно много не пройдете. Нет. И не спорьте. Это самое разумное, что можно сейчас сделать.

— При всем моем уважении, но там мой ребенок. Я с ума схожу от беспокойства.

— И от того не можешь мыслить здраво. Приди в себя, Эндрю. Ты ничем не поможешь моей внучке, если сломаешь шею, помчавшись галопом по ночной степи. И еще… прежде чем открыть портал Данирис должен как следует отдохнуть. А-то напутает чего, и окажетесь вы дружной компанией, Бездна знает где.