Чтение онлайн

От этого было горько. Невыносимо.

– Уезжаешь? – мать возмущенно уперла руки в бока. – Куда это собралась? В город шалавить? Как ты вообще уйти отсюда можешь, это твое место! Ты здесь должна быть!

Ну да, разумеется. Если Лена говорила об учебе, о поступлении в техникум, то родители говорили, что она хочет смыться из отчего дома исключительно ради того, чтобы встречаться с парнями. Пару раз ей за это прилетало, и Лена перестала вообще упоминать о мире за пределами Первомайского.

Незачем.

И вот сегодня она не стала говорить, а начала собирать вещи.

– Я с тобой разговариваю, дрянь такая! – голос матери сорвался на визг, полетел по всему поселку. – Что, *** почесать захотела? Невтерпеж уже? А работать кто будет? Мы с отцом уже еле дышим, а ты нас бросить собралась? Да ты наша, наша! Никуда ты не пойдешь!

Про “еле дышим” было неправдой, и все это понимали. Отцу было сорок, матери тридцать восемь, и до беспомощных стариков им было еще очень далеко. Если раньше Лена испытывала стыд за свое желание уехать и учиться, то теперь он сменился злостью и раздражением.

– Да, собралась. И пойду, – ответила она. В этой клетчатой рубашке двойник не ходил, во всяком случае, Лена этого не видела. Значит, пусть отправляется в сумку. – Вам все это время было насрать на меня. Вот и живите дальше.

Мать сокрушенно покачала головой, прижав руку к щеке, словно только что поняла что-то очень важное.

– А я и смотрю, ты уже три месяца какая-то вареная ходишь. Залетела, да? К хахалю своему собралась?

Злость увеличилась, вымывая обиду и стыд горячими ручейками. Лену вечно обвиняли в том, что у нее есть какие-то парни, хахали, ухажеры – она пыталась оправдываться, а потом поняла, что все это только ради того, чтобы раздавить ее, сделать вечно виноватой и послушной.

Вот и хватит.

Собрав сумку, она оттолкнула мать и вырвалась из дома, и никогда еще летний ветер не казался ей настолько свежим и чистым. Отец уехал в Рязань закупаться для “Десяточки”, приедет только под вечер, так что будет ему сюрприз.

Автобус, который шел в Михайлов, райцентр, не заставил себя долго ждать. Лена заплатила за проезд, заняла место у окна и наконец-то смогла вздохнуть с облегчением. В Михайлове она сделает пересадку на автобус до Тульской области – в Богородицке жила ее тетка, которая всегда говорила, что Лене надо учиться, а не сидеть дома, словно ее к нему иголками пришили.

Кулинарный техникум это не вершина жизни и образования – просто одна из ступеней, и Лена собиралась на нее подняться. А потом идти дальше и дальше, и никогда больше не жить в паутине.

За окнами плыло лето – светлое, жаркое, переполненное красками, запахами и звуками, жизнью. Лена посмотрела на экран старенького смартфона: пятнадцать пропущенных от родителей. Конечно, хозяева обижены, что рабыня сбежала – ну да ничего, перетерпят.

Она будет сама определять свою жизнь и судьбу. Без людей, которые так и не поняли, что рядом с ними был призрак вместо их дочери.

Пусть живут в своем непробиваемом равнодушии. Лена пришлет им открытку на Новый год, и достаточно.

Пассажир, который сидел сзади, неожиданно щелкнул ее пальцем по мочке уха – легким дразнящим движением. Лена вздрогнула – хотела обернуться и сказать нахалу пару ласковых, но вдруг поняла, что не может пошевелиться.

– Ну куда же ты? – поинтересовался незнакомец. Подался вперед – Лена не видела его лица, чувствовала лишь прохладный запах геля после бритья. В “Десяточке” такого не было. – Не спеши, мушка.

Автобус ехал по дороге – за стеклом мелькали поля и перелески, и Лена падала в глубину страшного сна, не в силах проснуться и освободиться.

– Неужели ты до сих пор не поняла? – судя по голосу, незнакомец улыбался. Он был очень доволен. Почему-то никто из пассажиров не обращал на него внимания, словно его и не было. Никто не повернул головы, не сказал ни слова. – Вы все уйдете только тогда, когда я разрешу. Вы и дышать-то можете только с моего позволения.

Лена вдруг поняла, что уже не сидит в автобусе – автобус ехал дальше, а она стояла на дороге, и мир вокруг был таким же, каким она видела его, сидя в паутинном коконе в “Десяточке”: тоскливым, присыпанным пылью.

– Ты пока побудешь здесь, – приказал незнакомец. – Гуляй, чувствуй себя, как дома. Навь и есть наш общий дом. И никого не бойся, я приказал не обижать тебя.

Вязкая покорность соскользнула с нее – Лена обернулась, чтобы посмотреть на своего похитителя, и увидела антрацитовую тьму, трещину, которая разрывала мир от земли до неба. В ней что-то двигалось и шевелилось, стучали бесчисленные клювы, хлопали крылья.

– И не ходи к болотам. Там есть один… как сто лет назад затянуло, так до сих пор зовет на помощь. Так и будешь с ним аукать. Хочешь? – проклацала тьма и уставилась на Лену сотней звездных глаз.

В ней сгустился такой страх, что Лена потеряла сознание и рухнула на дорогу, успев подумать, что Павел Завьялов спас ее, а она его и не поблагодарила нормально.

Тьма негромко рассмеялась, словно девушка, лежащая в пыли, была чем-то очень забавным. Кивнула кому-то в стороне, и к ней заструилась еще одна тень – маленькая, покорная.

– Присмотри тут за ней, – распорядилась тьма. – У меня очень много дел.

***

Утром Павел проснулся от того, что кошка мягко спрыгнула с подоконника и прошла по комнате.

Он сел, сонно щурясь по сторонам. Никакой кошки в доме раньше не было – вернее, конечно, какие-то мурки и барсики приходили в садик, гуляли по огороду, шли на руки, подставляя голову под поглаживание, но Павел не помнил, чтобы хоть какой-нибудь кошке разрешалось войти в дом.

Бабушка ничего об этом не говорила, а он и не спрашивал. Даже, кажется, не удивлялся, что в деревенском доме без кошки нет мышей.

Это и правда была кошка: темно-серая, крупная, с треугольными ушами, прижатыми к большой голове. Весело сверкнули зеленоватые глаза, кошка муркнула, запрыгнула на письменный стол, и Павел удивленно понял, что это никакая не кошка, а круглолицый человечек, заросший шерстью.

– Афанасьев? – негромко поинтересовался человечек. Выглядел он так, словно готов был сбежать в любой момент.

– Афанасьев, – согласился Павел.

Вчерашний день навалился на него, смял воспоминаниями. Он приехал в поселок Первомайский, в бабушкин дом. Успел узнать, что происходит из древнего рода охотников на чудовищ из Нави. Успел убить заложного мертвеца, в которого превратился один из деревенских жителей, и спасти из паутины Лену.

И обещал зайти к ней, но не зашел.

– А ты кто? – поинтересовался Павел.