Чтение онлайн

– Это легенды, которыми впору пугать младенцев.

– Возможно. Но вряд ли найдутся желающие испытать их на веру. До сих пор владыки почитали закон.

– Я слышал, Авгур собрался выдать дочерей за белых владык. Я единственная преграда, чтобы завладеть Синими Горами.

– Их дети будут смешанными, - возразил Мораш.

– Но то будет семья Зюзов.

– Я не верю, что это были они. Их первыми обвинят в твоей гибели.

– Но и не Яры. Красные пониже нас, а тот владыка был выше меня почти на голову.

– Велес?

– Как знать, - задумчиво пробормотал Ирвальд и посмотрел на отца, - я почему-то уверен, что он был синим.

– Что ты говоришь?
– ужаснулся Мораш.

– Я думал о Тарре, отец. Ты ведь не нашёл его тело.

Мораш прикрыл веки, шумно вдыхая воздух. Лицо исказила боль. Столько лет прошло, а он всё ещё горевал о потерянном сыне. Но подумать о том, что Тарр был жив и желал смерти брату - такого он не мог представить даже в страшном сне.

– Я бы почувствовал, будь он рядом, - прошептал Мораш.

– Ему помогает тиран.

– Зачем?

– Не знаю. Но кто, кроме тирана, способен заманить меня под землю и лишить зрения?

– Тиран не станет губить владыку из прихоти. Перемирие стоило слишком дорого, чтобы вот так просто послать всё к дьяволу.

– Я знаю, что это был тиран. Я видел его лицо в зеркале.

– Но почему ты думаешь, что под землёй тоже был тиран?

– Такого высокомерия ещё поискать! Он забавлялся мною, не испытывая страха. Кто, кроме тирана способен на это?

– Не знаю, сын, - мрачно ответил старый владыка, - следует подумать об этом. Но пока я бы предпочёл, чтобы ты держался рядом.

– У твоей юбки?
– съязвил Ирвальд, - нет уж, я не позволю запугать себя.

– Ты позабыл, что теперь единственный, от кого зависит наш род. Теперь тебе принадлежит кольцо верховного владыки, и ты должен дожить до того дня, когда передашь его своему сыну.

– Увы, - грустно сказал Ирвальд, - кольца больше нет.

– Как так?

– Должно быть, я обронил его где-то в пещерах. Мои руки были истерзаны до кости, так что мне было не до того, чтобы о нём думать.

– Калеш не будет в восторге.

– Это всего лишь кольцо, отец.

Ирвальд пожал плечами, всем своим видом показывая, будто его не сильно заботит утрата. Правда, он не был уверен, что сможет обмануть отца - потерять родовой символ Кошей было величайшим позором, который, однако, скрашивался сознанием, что ему удалось выжить - пусть и без кольца. Но Мораш больше не возвращался к этой теме.

Старый князь обнял сына за плечи и коснулся своим лбом его лба.

– Не покидай замок, пока я не разведаю кое-что. Нужно собрать совет владык. Калеш и Авгур должны знать, что на тебя идёт охота.

***

Ярушка сидела в саду, любуясь цветами. Небольшие голубые бутончики вдруг раскрылись нежнейшими лепестками с крохотной бахромой, переливавшейся на солнце ярко-синим. От цветов исходил дивный аромат, не похожий ни на что из того, что ей довелось встречать ранее.

Рядом на ветках уцелевших кустарников суетилась целая стайка болтушек. Они громко щебетали, то и дело перебивая друг дружку.

– Мы же говорили, мы говорили!

– Дивные цветы!

– Тебе нравится? Скажи?

– Я в полном восторге, - честно ответила Ярушка, поднося к лицу сорванный цветок, - я отродясь таких не видывала.

– Только у нас есть такие цветы, - заливались болтушки, - только у нас! Только у нас!

На садовой дорожке послышалось торопливое шлёпанье - то Миклош, пританцовывая, спешил к замку, чтобы стащить что-то на кухне. В животе понурыша урчало от голода, хотя недавно он затолкал в свой ненасытный рот всё, что оставалось от завтрака, ещё и закусил жабой, опрометчиво забравшейся в садовый пруд.

– Гляди-ка, Миклош, какие у нас цветы!
– позвала его Ярушка, - Такая красота разрослась по всему саду. А ещё вчера мы любовались голой землёй. Чудеса, да и только.

– Мне-то что до этих сорняков!
– отмахнулся Миклош и продолжил скакать к замку, краем уха слушая, как хозяйка смеётся и напевает что-то себе под нос.

– Что-то она уж больно весёлая, - подумал он.

Уже на пороге замка Миклош остановился и снова взглянул на Ярушку. Чудная девушка кружилась, подхватив юбки, ступая босыми ногами по голубому цветочному ковру. Запах цветов был повсюду - забивался в волосы, щекотал нос. Миклош поморщился, как вдруг подпрыгнул, словно ужаленный.

– Княгиня!
– позвал он.

Ярушка повернула к нему улыбающееся лицо, лукаво подмигнула, и побежала в лес. Миклош бросился следом. Ярушка неслась по дорожке, выстланной цветами, уходившей глубоко в лесную чащу. Коротышка только и видел следы её ног на примятых цветах. Сердце его подпрыгнуло и сжалось от недоброго предчувствия.

– То дурные цветы, - только и смог прошептать он, прежде чем туман стал заволакивать голову, путая мысли. Земля вдруг ушла из-под ног, перевернулась и стала ярко-синей. Вокруг неистово кружили болтушки, клевали его за нос и щёки - больно, до крови, и кляли, на чём свет стоит.

– Княгиня, - хрипел Миклош, отбиваясь от болтушек кулачками.

Понурыш упал на землю и стал ползти, хватаясь за ветки кустарников. Ему удалось добраться до поляны, окружённой высокими соснами. Там он увидел Ярушку - она стояла, протягивая руки всаднику, сидящему верхом на ядокрыле. По бокам зверя свисали поводья, что показалось Миклошу немного странным. Он поднял глаза вверх и посмотрел в лицо всадника - то был владыка. Серо-голубая кожа, светло-синие глаза удивительной миндалевидной формы, правильные черты, которых он прежде никогда не видел. Владыка тоже смотрел на него, однако взгляд его был недобрым. Птицы-болтушки вдруг начали падать замертво, усеяв всю поляну жалкими серыми тушками. Миклош чувствовал, как сердце колотится, готовое разорваться на части. Он перевернулся на спину и тяжело задышал, хватая воздух губами, словно рыба на берегу. Сладкий аромат цветов дурманил, мешая дышать. Из последних сил коротышка нащупал рукою пучок мерцающих головок, вырвал их с корнем и запихнул в карман штанов.

Рядом в траве блеснули золотые копыта ядокрыла. Владыка подъехал к нему вплотную. Ярушка сидела впереди, положив голову незнакомцу на грудь, и казалась безмятежной. Они ни разу не взглянула на Миклоша, будто того и не было вовсе.

Владыка же обнажил меч и вонзил его в грудь понурыша, проткнув насквозь. Затем он вытащил клинок из тела несчастного и поднял ядокрыла в воздух, покидая долину Синих Гор.

Ирвальд возвратился в замок глубокой ночью. Лес вокруг спал беспробудным сном - даже ночные твари уже угомонились, набив свои желудки до отвала. Однако в замке, похоже, не спали. Он торопливо спешился и помчался в обеденный зал, из окон которого лился яркий свет.