Наследники
Шрифт:
— Да, я… — в его голосе снова появились нотки неуверенности. Он продолжал искать Лори, ведь последний разговор о сестре и помощи был несколько недель назад.
«Где она была все это время?»
— Гин! — прерывая его внутренний монолог, — Да! Все уже знают о тебе, — эмоционально воскликнула Аврора, неотрывно смотря прямо в его темные глаза. Тем временем Гин остановил свой взгляд на ее галстуке — синий. — Да, низшее демоническое существо с крыльями. Так нас обычно описывают люди.
«Горгулья, — подтвердил Гин, довольно растягивая уголки губ, — Также являются посредниками, связующим звеном. Я выучил этот урок совсем недавно с Сашей. Что ж, тебя мне сами Небеса послали — Аврора».
— Судя по цвету на моей шее, не такие уж и низшие, — Гин поддерживал видимость легкой беседы. Девушка коротко хохотнула; он совсем забыл, что на горгулий любые погодные условия не действуют. Они были стражами, хранителями и посредниками между мирами, работающие без остановки в радость для любого хозяина и считали это важной частью своего существования. И относились к этому с большой ответственностью, на подкожном уровне считая, что это их долг.
«Энтузиасты и альтруисты нижнего мира», — фыркнул Гин, подмечая, что волосы Авроры аккуратно уложены и заплетены в косу синей лентой.
«Довольно… старомодно!».
«Нагрубишь ей и помощи от меня не жди», — вдруг объявился фамильяр, ставя свои условия.
«Будешь меня изводить и никаких яблок твой нос не почувствует пока служишь мне!», — ставил свои условия парень, растягивая улыбку, все смотря на Аврору.
«Даррен принесет мне яблоко!», — парировал Солей.
«С этого момента ему запрещено подходить к тебе, — Солей попытался возразить, но Гин нашел Даррена среди толпы скучающих выпускников у дальнего угла столовой, и продолжил, — он точно меня сейчас слышит. Но я повторю, — смотря в глаза соседу, — Даррен, тебе запрещено подходить к моему фамильяру, черпахе Солею, что наслаждается жизнью сводя меня с ума бесконечными возмущениями сидя в коробке на моем письменном столе», — парень говорил медленно и внятно.
Даррен поднял подбородок, показывая, что услышал, все его требования, в ответ он только растянулся в улыбке и снова выдал: «хм!».
«Интересно, что значит его это «хм»?»
Аврора потянулась к Гину, по мнению окружающих, девушка явно старалась и даже перегибала свои действия в обхаживании парня. Ноа скорчился в болезненной гримасе от увиденного, и возмущался, что еще остаются существа с хорошим настроением в такой день. Не забывая, конечно же посочувствовать товарищу, и о том, что тот попал в острые и очень цепкие когтистые лапы горгульи.
«По правде говоря ушки у нее милые», — тут же внутренним голосом добавил Гин.
Все широко раскрыли глаза, когда за стол к Гину, Авроре, Ноа и Мадсу села Лори. Раздвигая парочку, садясь между Гином и Авророй, даже за другими столиками обернулись, чтобы убедиться в реальности происходящих событий. Она выпускник, отдельная каста, для них существуют места, как для привилегированных, избранных и сидеть рядом с челядью, да еще и низшими, значит «упасть» в глазах всей академии.
Нехотя девушка привлекла к себе больше внимание, чем самая популярная личность за другим столом по имени Даррен, сверлящий суровым взглядом Лори с другого края столовой.
— Ты себя хорошо чувствуешь, детка? — спросил Ноа, наклоняясь вперед. Лори только бросила на Гина пренебрежительный взгляд, игнорируя вопрос Ноа.
«А так можно обращаться к ним?»
«Лори не профессор, вообще никакой должности не имеет в академии. Только живет в замке…»
«А как же иерархия?»
«Ноа, не смотря на его оранжевый индикатор, превосходит по всем параметрам Лори. Попробовать спорить с ним или того хуже мериться силой, только разбудить зверя. Он может все»
«И прогуливать?»
«Всё!», — уверенно заявил Солей.
После минуты замешательства, все за столом оживились и приступили к завтраку, будто ничего не произошло и, по мнению многих, злобной сирены за столом вовсе нет.
Лори потянулась в центр стола задевая локтем кружку; облепиховый чай угодил точно на колени к Авроре. Девушка взвизгнула, боясь горячей и липкой из-за ягод жидкости, пустилась в бега к ближайшей уборной.
Гин в мгновение изменился в лице, а в его глазах появился желтый, выдающий волчье начало блеск. Парень взял Лори за локоть. Она покорно встала и пошла на выход, бросив обжигающе ледяной взгляд, в сторону оставшихся за столом студентов.
Выйдя за дверь, отпуская локоть Лори прорычал сквозь зубы:
— В чем дело?
— О чем ты? — искренне удивляясь, спросила Лори; ее глаза засветились ярко-голубым — морская сирена.
— Сначала ты игнорируешь мое существование. Потом даешь обещание. Пропадаешь. Неожиданно возвращаешься. Ничего не говоришь о Геме. А теперь ты с нами за одним столом просто завтракаешь?
— Завтрак важный прием пищи, — уверенно заявила Лори, отчего Гин сделал шаг назад, предполагая худшее: Лори кто-то подменил.
«Гин, сирены сложные создания, импульсивные, взбалмошные. Они могут потягаться в силе даже с богами. Не зли ее».
— Нашла себе новую шавку? — насмешливым тоном выдал Даррен, проходя мимо.
— Пошел ты! — огрызнулась Лори, чуть прячась за Гина.
— А я и пошел, дорогая, — оглянулся, поправил костюм, ехидно улыбаясь девушке и скрылся за поворотом, отправляясь к лестнице, ведущей к спальным комнатам мальчиков.
— Не отвлекайся! — Гин старался привлечь внимание Лори, что неотрывно смотрела в след Даррену, парень притянул ее к себе за руку.
— Не трогай меня, волк! — освобождаясь от хватки.
— Не трогай? — возмутился Гин, — серьезно, Лори? — девушка закатила глаза. Никогда в своей жизни Гин не повышал голос. Продолжительное время они стояли смотря друг на друга. Каждый пытался мысленно сказать что-то другому. — Ты что-нибудь выяснила?
Лори подалась вперед, набирая в грудь воздуха и концентрируясь, чтобы что-то сказать.
Раздался оглушительный визг. Волна, исходящая от пронзительного крика, снесла Лори и Гина с ног; они упали на пол, зажимая уши, из которых уже сочилась кровь. Казалось, что крик длился неестественно долго. Гин с его обостренным слухом потерял сознание; организм больше не мог сопротивляться.
Мир канул в темноту.
***
— Мерзкие банши! — огрызнулся Даррен. Смотря на себя в зеркало, он поправил костюм, измятый после приступа банши. Ему пришлось поваляться в пыльном коридоре среди студентов, как и многим другим, испытывая обжигающую боль в голове, — почему нельзя держать себя в руках?
«Опять одной что-то почудилось! До сезона экзаменов еще далеко, слишком рано начался приступ всеобщей истерии».
— Они слабы, — добавила свою реплику Яэль.
— Вот именно, поберегли бы силы, — продолжая комментировать происходящее. Даррен зачесал волосы назад, внимательно смотря как Яэль вытянулась на его кровати.