Чтение онлайн

Они вышли из ворот больницы, и неторопливо отправились домой к Соболевой. Слева от больницы располагалось кладбище. Удобно больничку построили предки.

Татьяна Васильевна вела их тихими небольшими улочками с деревянными заборами выше человеческого роста и большими воротами перед домами.

Они обходили лужи, иногда переходили на другую сторону улицы, если видели лежащую у ворот собаку. Вера уже ходила уверенно, не хваталась каждую минуту за бок, как было вначале.

По улицам проезжали трехколесные мотоциклы с колясками, легковые автомобили, в основном отечественного производства. Ехали водители не быстро, но и не медленно.

Иногда у открытых распахнутых ворот мужчины копались в своих железных конях, разложив инструмент на земле.

Вера с любопытством заглядывала в такие дворы, чаще всего в них было все аккуратно убрано, бегали собаки на цепи или сидели в вольерах, дома были большие, там же виднелись и грядки. Все было основательным, надежным и натуральным, что ли.

Некоторые встречающиеся здоровались с Татьяной Васильевной, но не останавливались, шли по своим делам.

Город, которого Вера ещё не увидела, казалось, отдалялся, уходил от неё в другую сторону.

— Я живу на озере, район наш старый, окраина города, — говорила Соболева.

— А в озере купаться можно? — заинтересовалась девушка.

— Нет там никакого озера. Засыпали давно. Площадь теперь, автобусы разворачиваются.

— Как жаль.

— Нисколько! Нам и реки хватает. Весной вода разливается до середины старого города, люди на лодках добираются из дома. Теперь у нас старики одни остались, дома, как дачи используют. Молодежь ближе к заводам селиться, там же и поселок «царское село» местные богачи построили. Оклемаешься немного, на реку сходим. Поплаваем. Плавать-то умеёшь?

— Умею. Большое строительство у вас?

— Какое там! У кого деньги есть, тот и строит.

— Людям работу дают?

— А толку что? Авансы дают, а расчет не делают. Сами жируют. Закон вышел, что зарплату нельзя задерживать, но им закон не указ. Моему племяннику за семь месяцев задержали, и не уйдешь, работы больше нет.

— Как же так? Что же за хозяева такие?

— Есть тут одни, говорить не хочу! А вот и дом мой. Ты не пугайся, у меня собака, без неё здесь нельзя, мало ли кто пожалует. Заходи.

Деревянный дом двумя окнами глядел на улицу. Они вошли в закрытый от прохожих, как и у всех тут, большими воротами, двор. Во дворе был устроен деревянный тротуар, доски широченные, чистые, слева за невысоким заборчиком, вдоль которого росли кусты малины и крыжовника, виднелись грядки. Тротуар тянулся, огибая дом, дальше, вглубь.

— Туда, за дом пройдешь, баня, дровяник и туалет. Проходи в дом.

Маленькая злобная собачка, захлебываясь лаем, бросилась к ним.

— Ну-ка, цыц, Фроська! Сейчас накормлю! Свои!

Они вошли через застекленную веранду. Дом внутри оказался светлым, уютным, с высокими потолками и двумя комнатами, помимо кухни. Белоснежные тюлевые занавески закрывали окна, но пропускали много света, солнечные лучи освещали все пространство, и оттого выглядело все болеё нарядным.

— Как здесь красиво и светло. И тепло, — воскликнула Вера, испытывая приятное чувство умиротворения.

— Располагайся, вот здесь будешь спать. Я сейчас баню истоплю, вода есть, носить не надо. После больницы отмоешься, а потом в город сходим, продукты купим, да и себе что присмотришь.

Банька оказалась небольшой, побеленной изнутри.

После бани девушка уснула. Татьяна Васильевна дала поспать ей пару часов, а после они сходили за продуктами и готовили обед, неспешно разговаривая о жизни. Говорила в основном хозяйка, а гостья только слушала и помогала, чем могла.

Вера пока не готова была рассказывать о себе, от того, что приходиться скрывать правду, она испытывала стыд, поэтому вела себя неёстественно, зажато. Хозяйка не придавала значения её поведению, принимала такой, какая есть, от этого девушка и испытывала неловкость.

На самом деле её именовали Венера Даниловна Милославская. В простонародье-Венера «Милосская», так подшучивала о себе девушка.

Гордый родитель окрестил! Дочка появилась в период его увлечённости римской мифологией.

За пору учебы в школе, страсть сколько «умников» прохаживалось, что она не тянет зваться именем богини любви и красоты. О том, что она претерпела за свою жизнь от необычного имени, отдельный разговор, вследствие этого, от греха подальше, звалась Верой.

Венера приехала в этот уральский городок, чтобы выйти замуж за Эдуарда Хромова и счастливо жить с ним в горе и в радости. Она не предупредила жениха, что едет, на это также были свои причины, хотела сделать ему сюрприз. Вот и сделала.

Районный город поразил её тишиной.

У вокзала стояло несколько автомобилей, но девушка решила пройтись пешком, по рассказам жениха, заблудиться в городе невозможно.

«Надо просто идти и идти по центральной улице и можно увидеть все времена и архитектурные стили. Дома купцов екатерининской эпохи, сталинские и кировские, советской постройки. Город у нас небольшой, зеленый, со своим старинным укладом».

С Хромовым она познакомилась на вечеринке у Лили Барабанщиковой, муж её подруги, Леонид, праздновал сорокалетие. Эдуард приехал к другу и сокурснику на юбилей, поздравить, дела свои решить и просто погулять по Санкт-Петербургу. Старые приятели были оба строители, учились в ЛИСИ. После учебы Эдуард вернулся в свой город на Урале, а Леня Барабанщиков работал инженером в крупной строительной компании.

Эдуард пригласил Венеру погулять после вечеринки, она не отказалась, приятель Леонида был хорош собой и, к тому же, холост. После той прогулки Венера и Эдуард стали встречаться каждый вечер. Оказалось, что он поселился в гостинице в центре города, почти рядом с домом, где жила девушка.

С первой встречи он ухаживал за ней по всем правилам, дарил цветы, галантно обращался, как с какой-то дамой из прошлого века, обожающе смотрел. Их, так называемый роман, был похож на эпизод фильма из чеховских рассказов. Они так и не перешли на «ты», он целовал ей руку при прощании. Вначале это немного смущало девушку, но потом она привыкла, с иронией решив, что перейдет с ним на «ты» только после марша Мендельсона.

В остальном же её все устраивало. Что ещё надо одинокой, по сути, старой деве, прожившей двадцать семь лет?

Её поклонник отличался высоким ростом, коротко стригся, полуприкрытые тяжелыми веками карие глаза смотрели серьезно. Хорош был Хромов, этого не отнять. И держался соответственно, знал себе цену.

Он произвел впечатление на девушку своей основательностью, надежностью и приятной внешностью. Люди такой породы не меняются до глубокой старости.

Эдуард приехал на несколько дней, но визит затянулся на месяц. Хромов решал какое-то дело, а вечерами они с Венерой гуляли по городу, сидели в кафе или ресторане, ходили на постановки в театры. Он неизменно провожал её домой, на набережную Фонтанки.