Чтение онлайн

– Господи, конечно, нет! Держи его подальше, Кэролайн, иначе я за себя не отвечаю. И не нужна мне эта Элис, грязная маленькая шлюшка. Она стала такой жирной и уродливой, что при одном взгляде на нее тошнит. Нет, я потерял все деньги.., только это не моя вина. Тот парень смошенничал, ублюдок этакий!

– Опять все проиграл? Беннет кивнул.

– И пришел сюда, чтобы украсть?

– Ну.., не совсем.., если можно так выразиться.., что-нибудь маленькое и не очень тяжелое, может, тот сейф из кабинета лорда Чилтона, если бы удалось его отыскать. Но я не успел и трех шагов сделать, как возник этот дурак.

– Я нахожу все это чрезвычайно интересным. Все трое повернулись и увидели Норта. Он стоял в дверях кухни, облокотившись о косяк и небрежно скрестив руки на груди.

– Ты самый отвратительный червяк, которого я когда-либо встречал, бесстрастно продолжал он.
– Кэролайн, дорогая, надеюсь, этот мерзавец не очень тебя расстроил?

– Очень, своими дикими воплями. Я упала с дивана в библиотеке. Видишь ли, Норт, я заснула, ожидая тебя. И так испугалась, что ринулась в вестибюль, где и увидела Оуэна, сидевшего на его груди. При этом он колотил его головой о мраморные плитки, и это зрелище согрело мне душу. Просто я увела Беннета в кухню, когда увидела его расквашенный нос. Не хотела, чтобы он запачкал наш великолепный мрамор.

– Очень предусмотрительно, - согласился Норт, по-прежнему не шевелясь.

Вид у него был такой зловещий, что Кэролайн вздрогнула. Именно эта неподвижность была такой пугающей: внешняя сдержанность, не позволявшая врагу заподозрить, что Норт способен сейчас на все, вплоть до убийства.

– Зря ты меня удержала, - пробурчал Оуэн, глядя на Кэролайн.
– Норт, от него просто так не отделаешься. Хорошо еще, мой папаша успокоился.

– Вот это верно, хотя такого трудно было ожидать.

– Если только твой отец написал правду, - заметила Кэролайн.
– Мистер Ффолкс слишком хитер. Прости, Оуэн, но это так.

– По собственному печальному опыту знаю, что ты права, - вздохнул Оуэн.
– Но на этот раз я поверил ему. Он женится на миссис Тейлстроп, но прежде схватит ее мопса Люси и утопит в канаве. Он терпеть не может противную шавку.

– Я написал миссис Тейлстроп, - пояснил Норт.
– Посмотрим, что скажет она.

– Не знала, что ты сделал это! Как предусмотрительно с твоей стороны, Норт. Правда, умнее тебя нет на свете человека!

Она вздохнула, глядя на подозрительно притихшего Беннета с тряпкой на носу.

– Как с ним быть?

– Позвольте, я сделаю из него котлету!
– вызвался Оуэн, энергично потирая костяшки пальцев.

– Мы могли бы повесить его вместе с тремя твоими противными педантами, - с надеждой предложила Кэролайн.
– Пусть сгниет и свалится на землю, как червивое яблоко!

Норт молча покачал головой.

– Прекрасная мысль, но недостаточно тонкая, Кэролайн. Как жаль, что не он убийца этих несчастных женщин! Это меня поистине угнетает!

Он подождал несколько мгновений, внимательно оглядывая Беннета, и наконец сказал:

– Почему бы не послать его к твоему отцу, Оуэн? Оуэн отрывисто рассмеялся, и Кэролайн расплылась в улыбке. Оуэн, мгновенно став серьезным, воскликнул:

– О небо, уж он-то направит Беннета на праведный путь.., или окончательно прикончит. Что ты думаешь, Кэролайн?

– Хм-м-м, Беннет мог бы, пожалуй, работать на твоего отца, верно, Оуэн? Либо это, либо Норт захочет позаботиться о том, чтобы его отправили в Колонии <Так раньше называли Америку.>.

– Выбирай: ехать в Ханимид Мэнор или умереть с голоду, - объявил Норт.
– У тебя ведь ни пенса, верно, Пенроуз? Беннет, не отнимая тряпки от побагровевшего носа, кивнул.

– И сейфа тебе не видать.

Беннет высморкался и снова кивнул.

– И, конечно, ты не желаешь отправляться в Колонии? Беннет закрыл лицо руками, безмолвный, как часы, стоявшие в углу кухни и переставшие ходить с той самой минуты, когда, семьдесят пять лет назад, были привезены в Маунт Хок.

– Ну?

Беннет застонал и пробубнил сквозь платок:

– Никогда не слыхал, что в Колониях бывают наследницы.

***

– Я наконец обнаружил нашего парня, того, что трещит по-беличьи, сказал Норт Кэролайн за завтраком неделю спустя.

– Того, кто двух слов не свяжет вместе без того, чтобы не заикнуться?

– Вот именно. Флеш отыскал его в Тривеллесе. Он сын фермера. Флеш взял Тимми с собой, чтобы опознать беднягу. Несчастный Тимми никак не может понять, почему сразу не узнал его, и очень расстроился, посчитав, что подвел меня.

– Хорошо, скажи, кто дал ему письмо?

– Кум.

Кэролайн охватило облегчение, смешанное с неприятно гнетущим чувством.

– Вот как... Ну что ж, по крайней мере мы знаем.

– Хочешь присутствовать при моем разговоре с Кумом?

– Да, наверное, так будет лучше. О Боже, Норт, эти трое что-то притихли последнее время. Наверняка замышляют какую-нибудь пакость. А я так надеялась, что они смирились.

– Ну, нет, я ни минуты этому не верил, - покачал головой Норт и, поднявшись, швырнул на стол салфетку.
– Жаль, весьма жаль.

Час спустя Кум стоял в библиотеке перед его милостью, сидевшим за массивным столом из красного дерева, который занимал целый угол. Краем глаза Кум уловил какое-то движение, и гнев охватил его с новой силой. Во всем виновата эта девчонка - выскочка, ухитрившаяся обольстить невинного хозяина, Особа Женского Пола, под чью дудочку пляшет его милость. Что же происходит в конце концов?

– Я поговорил с молодым парнишкой по имени Джонни Трилби, заикой, выполняющим всякую случайную работу для людей, которые считают его сообразительным мальчишкой и жалеют из-за его несчастья. Отец позволяет ему отлучаться с фермы, поскольку забирает себе все заработки сына, нужно сказать, не такие уж маленькие.

Кум величественно выпрямился, но продолжал молчать, глядя в стену.

– Юный Джонни признался, что ты заплатил ему и велел передать мне письмо. Странно, что я не узнал твой почерк. Кум.., правда, со времени возвращения я не читал ничего, написанного твоей рукой. Кроме того, мне было всего шестнадцать, когда пришлось уехать из Маунт Хок.

– Произошла ошибка, милорд, - вкрадчиво начал Кум голосом мягче алого бархата, купленного Нортом в Португалии, того самого, что он собирался подарить Кэролайн на Рождество. Правда, он так долго возил с собой редкостную ткань, что моль, вероятно, уже успела над ней потрудиться.