Чтение онлайн

Кэролайн, рассмеявшись, шагнула к Норту и обняла. Прошло несколько мгновений, прежде чем он опомнился и прижал ее к себе.

– Все в порядке, Норт. Все в порядке. Жаль, что Оуэн не предупредил меня, когда отправился за тобой. Я бы его отговорила. Но с твоей стороны очень мило приехать так быстро. Ох, да ты еще не отдышался!

Она поцеловала его прямо на глазах Оуэна и Флеша сладостным целомудренным поцелуем, пронзившим, однако, Норта, словно удар молнии. Сжав руки Кэролайн, он отодвинул ее от себя.

– Расскажи, что здесь произошло, черт побери! И что этот ухмыляющийся подонок делает в твоей комнате?

– Хорошо, но сначала давайте спустимся вниз и я налью вам бренди.

Потребовались не один, а два бокала бренди и множество вопросов со стороны Норта, прежде чем тот наконец не успокоился. Он встал у камина, долго разглядывая сапоги, прежде чем выговорить:

– Пойдем, Флеш! Мы вдвоем обыщем комнату этого проклятого мерзавца. И если отыщем что-нибудь, вышвырнем его из окна.

– Превосходный план, - согласился Флеш.
– Подлая тварь, пытался обидеть малышку!

– Я помогу, - вызвался Оуэн.

– Хорошо. Кэролайн, немедленно в постель. Клянусь всеми святыми, через шесть часов у нас свадьба, и я очень бы хотел, чтобы моя невеста не храпела во время церемонии.., да и после нее, по крайней мере пока мы...

– Норт!

Но Флеш весело ухмыльнулся:

– Капитан всегда старается ввести леди Викторию в краску, и тогда она вопит на него и становится прямо-таки багровой, а иногда и не прочь ударить в живот!

– Слышишь, Норт? Будь поосторожнее да старайся придерживать свой невыносимый язык!

– Ах, Кэролайн, ты...

– Немедленно замолчи!

Флеш, Норт и Оуэн добрых полчаса обыскивали спальню Беннета в полной тишине, если не считать храпа последнего. Наконец Флешу удалось обнаружить маленькую квадратную шкатулку, на которой стояли вечерние туфли Беннета.

– Хи-хо, интересно, что это тут? Норт открыл шкатулку.

– Письма. Не меньше полудюжины.

Он вытащил из пачки письмо и расправил тонкий листок.

– Гром и молния, да вы просто не поверите! И, вне себя от раздражения и разочарования, продолжал сыпать проклятиями, едва удерживаясь, чтобы не затопать ногами. Флеш взял у него письмо и, в свою очередь, прочитав, глубоко вздохнул.

– Что ж, рыбка сорвалась с крючка, не так ли?

– Да. Проклятие, значит, во время убийства он был в Лондоне.., если письмо не врет, конечно, а скорее всего, именно так оно и есть.

– Жаль, уж очень здорово он походит на преступника, - заметил Флеш. Я возлагал на него большие надежды. И куда мы отправимся отсюда, милорд?

– Домой, в постель, Флеш. Завтра я женюсь.

Глава 20

Епископ Хортон из Труро обвенчал Фредерика Норта Найтингейла, барона Пенрита, виконта Чилтона с мисс Кэролайн Эйден Хендерсон Деруэнт-Джонс, старой девой, в десять часов следующего утра в гостиной Маунт Хок. Церемония продолжалась ровно восемь с половиной минут, из которых последние пять с половиной присутствующие провели с закрытыми глазами. Епископ молился. Он начал с восхваления метафорической свадьбы Адама и Евы, плавно и без запинок перешел к поистине христианской цели настоящего венчания и довольно долго распространялся о будущем потомков Норта и Кэролайн, которые, повзрослев, несомненно, если позволит Господь, отыщут себе таких же благородных супруг и супругов, как и предки. Кэролайн старательно прислушивалась, пока не обнаружила, что окончательно запуталась. О ком идет речь? И каких предков имеет в виду епископ, - тех, которыми когда-нибудь станут она и Норт, или уже давно пребывающих на небесах?

Когда епископ Хортон решил, что исполнил до конца долг христианина и служителя Божьего, он наградил новобрачных лучезарной улыбкой и попросил того из присутствующих, кому известно о препятствиях к этому блистательному союзу, выступить вперед. К общему облегчению никто, включая мистера Ффолкса, не пошевелился. После окончательного благословения епископа Кэролайн немного пришла в себя, по-прежнему, однако, ошеломленно сознавая, как необратимо изменилась ее жизнь за последние три минуты наставлений, пять минут молитв и прославлений бесчисленных поколений, как пребывающих в настоящий момент на земле, так и проживших долгую жизнь в супружеском блаженстве и ныне мирно почивших. После того как епископ закрыл Библию, Норт кивнул ему и поцеловал жену, едва прикоснувшись губами к ее губам. Церемония кончилась очень быстро.

Слуги Маунт Хок, все до одного мужчины, выстроились у одной стены гостиной, а обитатели Скриледжи Холл, в основном женщины, если не считать конюха Робина, стояли у другой. Кроме того, собралось много местных жителей, и среди них самые известные и выдающиеся - миссис Фрили, мистер Питри, сестра и брат Триты и Карстейрсы. Миссис Фрили, прикрывшись ладонью, не переставая, шепотом критиковала платье Кэролайн, цвет ее пудры, поспешность, с которой молодая пара обвенчалась, худобу невесты. И Норт, и Кэролайн, не говоря уже о гостях, склоняли каждое ее слово. Кэролайн по крайней мере была довольна мнением миссис Фрили по поводу ее наряда, сшитого из мягкого атласа цвета слоновой кости, простого и элегантного покроя, подхваченного под грудью лентой чуть более темного оттенка, в тон ленте, вплетенной в каштановые волосы, ярко сиявшие в солнечном свете, заливавшем гостиную. Глубокий вырез украшала льняная шемизетка оттенка слоновой кости. Лицо не было закрыто вуалью, зато голову украшал венок из белых роз. Невеста выглядела ослепительно счастливой - глаза сверкали, как звезды, а щеки разрумянились от волнения.

– Союз любви, - заметила Виктория Карстейрс мужу, наблюдая, как Норт, отступив от невесты, принимает поздравления.
– Как чудесно!

– Скорее неуемное вожделение, если говорить о Норте, - возразил Рафаэл Карстейрс.
– Его глаза чернеют, как грозовое небо, при одном взгляде на нее. Сомневаюсь, что бедной девочке удастся заснуть в эту ночь.., или в любую другую, по крайней мере весь этот год, да и следующий тоже.

– Его глаза и так почти черные, - покачала головой Виктория, слегка прижав ладонь к животу, где рос их ребенок.
– Ты просто ужасно бестолковый и, кроме того, до сих пор мешаешь мне спать, а ведь клялся, что испытываешь ко мне не только мужскую похоть. Дал слово, что будешь меня обожать, и лелеять, и даже построишь пьедестал, на котором я смогу сидеть не менее двух ночей в неделю, так, чтобы ты смог поклоняться, и приносить жертвы, и обожествлять....

– Но это просто тошнотворно, Виктория. Нет, послушай меня! Естественно, я испытывал и испытываю вожделение к тебе. И вполне понимаю, что это такое, как, впрочем, и большинство мужчин. Что же до остального.., все это прекрасно, и чудесно, и дарит человеку куда больше счастья и радости, особенно если при этом его жена знает свое место, а ты, конечно, прекрасно сознаешь, где это самое место, - объявил Рафаэл, созерцая Викторию с поистине разбойничьей ухмылкой.

– Настоящий красавец, - заметила она.
– Норт Найтингейл, я имею в виду.

– Довольно сносен, но не более. Ничего особенного по сравнению со мной. Ты говорила, что я самый красивый мужчина не только в Корнуолле, но и во всем Девоне.

– Разве? Что-то не припоминаю. Вот Норт - дело другое. Взгляни только на эти белые зубы, широкие плечи, мускулистую грудь! Он такой стройный и сильный...

– Виктория Карстейрс, не заставляй меня сделать то, о чем, безусловно, пожалеешь. Этого ты добиваешься? Виктория одарила мужа улыбкой сирены.

– Именно.

Рафаэл долго не сводил с нее глаз и, наконец выругавшись, отошел, чтобы поздравить новобрачных. Кэролайн разглядывала Норта, не в силах поверить, что он принадлежит ей, только ей, а все лишь потому, что Оуэн заболел и она спустилась в пивной зал дорчестерской гостиницы попросить о помощи и встретила его. Просто страшно подумать, как может какое-то случайное событие изменить жизнь навсегда. Да, но для нее это замечательное, волшебное событие! Наконец-то он ее муж! И всего-то потребовалось восемь с половиной минут!