Чтение онлайн

Поймав на себе недоуменный взгляд кардиохирурга Самохин продолжил:

– Я наводил справки о Снегиреве, он человек принципиальный старой закваски и на прямую я к нему не пойду. Но я слышал его отзывы о тебе. Говорят, он тебя превозносит до небес и даже советуется с тобой. Как говориться ученик превзошел учителя. Поэтому если ты посоветуешь ему эти препараты, и скажешь, что ты сам проводил клинические исследования, то я думаю, проблем с реализацией их не будет. Дядя сейчас занят другим, а наша фирма не приносит достаточной прибыли.

Самохин открыл свой дипломат и развернул его в сторону Тихомирова. Там были яркие сотенные пачки евро.

– Здесь двести тысяч. После того как Снегирев подпишет рецензию, получишь еще триста.

– Значит, пока твой дядя огорчен пропажей своей дочери, ты захотел урвать свой кусок пирога. Показать какой ты крутой перец? Заключить сделку на какой-нибудь миллиардик – другой. Так я понимаю? – впился пронзительным взглядом в своего старого знакомого Тихомиров. – А я оказывается плохо тебя знаю, я конечно предполагал, что ты карьерист, но что ты… – Тихомиров не успел договорить.

– Оставь весь этот пафос, – прервал его Максим, – как будто ты не знаешь, что сейчас все именно так и решается. Деньги правят миром. Если мало я накину еще. Назови свою цену.

– Я не продаюсь, – спокойно ответил Тихомиров, – дверь там, – кивнул он в сторону выхода. – И не советую идти к Снегиреву. И запомни, если ты будешь внедрять препараты без клинических исследований, опираясь лишь на свои амбиции, то ваша фирма очень быстро разориться. И я тоже не буду стоять в стороне. Твоего деда Самохина Юрия Евгеньевича уважали, он никогда бы так не поступил. А тебя я больше не хочу видеть. Прощай!..

Самохин встал, но уходить не спешил:

– Когда ты еще сможешь заработать столько денег?

– А мне столько и не нужно. Не все можно купить за деньги. Мне жаль, что ты этого не понимаешь, – вздохнул Тихомиров.

– Знаешь в народе говорят: «что нельзя купить за деньги, можно купить за большие деньги, а то что нельзя купить за большие деньги, то можно купит за очень большие деньги». А народ у нас всегда прав, – мялся в дверях не решаясь выходить Самохин.

– Не нужно приписывать народу байки, потерявших совесть людишек. Самого главного в жизни не купить ни за какие деньги.

– Это ты здоровье имеешь в виду? – ухмыльнулся Самохин.

– И здоровье тоже, – подтвердил Тихомиров. – Можно купить врача, дорогое лекарство, но невозможно купить правильный диагноз и правильно сделанные назначения для его лечения. Все зависит от компетенции того самого купленного врача. Отсюда вывод, что можно купить диплом, престижное теплое местечко, но невозможно купить знания и опыт, как невозможно купить талант, гениальность, индивидуальность. Нельзя купить любовь, дружбу, уважение, авторитет…

– Да что стоит любовь и дружба, если нет денег? – засмеялся Самохин. – Кстати любовь можно купить, могу дать визитки, и ты узнаешь ее расценки.

– То, на что у тебя есть визитки, называется по-другому. И это далеко не любовь. Любовь это – понимание, терпение, уважение, доверие. Это когда тебе хочется дать счастье человеку, который рядом с тобой, это когда ты радуешься или огорчаешься вместе с ним, ты радуешься за него, за его успехи, когда ты готов свернуть горы ради этого человека, вынести все невзгоды, отдать последнюю копейку или собственную жизнь. И кстати, дружба – это тоже самое что и любовь.

Глядя, как наглая ухмылка сползает с губ Самохина, Андрей продолжил:

– Что тебе не знакомы эти чувства? А есть еще такие понятия: как счастье, радость, удача, успех, искренность, они тоже не продаются. Можно купить приятелей, которые будут заглядывать тебе в рот и притворяться твоими друзьями, но как только у тебя не будет денег или связей, они тут же испарятся и ни один из них не придет тебе на помощь. А уж тем более не один из них искренне не будет рад твоим успехам, потому что таким людям свойственно завидовать и пресмыкаться.

А счастье заключается не в том, в каких апартаментах ты проживаешь, не в том сколько у тебя миллиардов евро и долларов на счету, не на каком автомобиле ты ездишь, и какие дорогие курорты или рестораны ты посещаешь. Счастье – это когда тебя ждут, любят, понимают. Когда у тебя есть надежный тыл. Когда ты спокойно спишь, зная, что тебе есть за что себя уважать, что ты творишь добро для людей, и они благодарны тебе за это. Когда у тебя есть близкие люди, для которых ты тоже дорог, так же как они для тебя. Счастье – это когда ты с радостью утром идешь на работу, а вечером с радостью идешь домой. Когда ты можешь совершить маленькое или большое чудо для любимого, родного или совершенно незнакомого тебе человека, и в твоей душе порхают бабочки, от того что ты это сделал. Так что все что в этой жизни имеет значение и ценность, невозможно купить за самые большие в мире деньги.

Тихомиров помолчал секунду и добавил:

– Желаю тебе испытать, все то, что не имеет цены!

Самохин вышел из его кабинета молча, в подавленном настроении и за всю дорогу не проронил ни слова, что очень удивило его водителя. Обычно его хозяин болтал с ним о всякой ерунде, хвалился своими достижениями, раздавал указания направо и налево, не скупился на жаргонную речь и пошлые шутки. Таким серьезным и задумчивым он видел его впервые.

– Ну, как ваш друг? – в нетерпении наконец-то уличив момент, спросил он его. – Все удалось?

– Смотри лучше на дорогу! – Оборвал тот личного водителя. – Я ему больше не друг!

– В смысле? – не понял водитель. – Он решил, что ему все дозволено и обидел вас?

– Нет! Это я так решил! – резко ответил хозяин.

– Ну, и идиот же он. Разве можно разбрасываться такими друзьями как вы? – хотел поддержать Самохина водитель.

– Это ты идиот, если до сих пор не понял! – повысил он на него голос. – Это я потерял друга, а он просто… приятеля…

Дальше ехали молча, каждый смотрел в свое окно – один в лобовое, другой – в боковое, оба были несчастны, и каждый думал о том, как несправедлива к нему жизнь.

Глава 7

«Лес»

Рябинин ехал в Латуринск, можно сказать без особых приключений, если не считать пробитого колеса и оторванного бампера. Дорога за то время, что он не ездил по ней, лучше не стала. Единственное, что изменилось, так это заправка. Рядом с двумя старыми бензовозами, появилось «новое кафе», в виде старого газетного киоска. Снаружи этого ретро-строения под большими полосатыми, выцветшими и пыльными зонтами, стояли два синих пластиковых столика с такими же стульями. Рисковать здоровьем Рябинин не решился, так же, как и испытывать судьбу своих жигулей. Он заправил полный бак заранее, где еще были признаки хоть какой-то цивилизации, но к своему разочарованию проехать дальше не смог. Машина ни с того ни с сего заглохла, под указателем «Латуринск 182 км».