Чтение онлайн

Салазкин постоял несколько секунд в нерешительности, видно было как алчность, мелочность и другие качества личности боролись в нем. Наконец-то он принял решение:

– К моему глубоком сожалению, я не смогу организовать вам личную встречу. Но обещаю передать вашу просьбу художнику, и если он согласиться принять ваш заказ, я вам сообщу. Оставьте мне свои координаты.

– Хорошо. – Согласился Тихомиров и в его голосе зазвучали стальные нотки. – Но я тоже человек очень занятой, и поэтому будем держать связь через администратора кивнул он головой в сторону Вострикова, вокруг которого собралась толпа народа.

– Я люблю людей деловых и целеустремленных! Разрешите откланяться, – не подав руки развернулся Андрей и пошагал в сторону выхода, оставив растерянного и расстроенного Салазкина одного посреди зала с протянутой рукой.

Тихомиров слишком хорошо знал психологию таких людей. Раз он не пошел навстречу, «уважаемому меценату города», как представил его Востриков, то и продюсеру нужно будет предпринять попытки изменить ситуацию. У таких людей на первый план всегда выходит личная выгода и доход. Он точно знал, что Салазкин ему обязательно позвонит.

Проходя мимо Вострикова, Андрей незаметно шепнул тому, что будет ждать его у выхода. И Администратор появился там через несколько минут.

– Слушай, Сергей Игоревич, – обратился он к тому, – мне нужна твоя помощь. Этот художник, возможно близкий мне человек, и я хочу его найти. Если это конечно он. Возможно ему нужна помощь, а я о нем ничего не знаю. Сообщай мне пожалуйста, все что сможешь узнать о нем. И еще, этот Салазкин, наверняка обратится к тебе с просьбой связаться со мной, поэтому продолжай уверять его, что я богат и влиятелен. И о всех его просьбах сообщай мне. Вот мой номер телефона. Только звони вечером, а то утром я обычно занят на работе и телефон отключаю, – сунул ему свою визитку Тихомиров.

– Понял, – взял визитку администратор. – Договорились. – засунул он ее в карман пиджака и вернулся в малый зал галереи.

Вечером вернувшись домой, Андрей слушал милую болтовню жены, о том, как прошел день. О том, как Ванька рассказывал стихи на детском утреннике, и о том, как подрались соседские коты.

– Все только и говорят, что о выставке, – из далека начала Настя, прощупывать почву. Для того чтобы вывести мужа на откровенный разговор. – Представляешь, там есть такая картина с чудным названием «Сны леса», Аллочка рассказывала, что на ней изображен заблудившийся в лесу путник, а Томочка уверяет, что это сон того самого путника. Что ему сниться, что он заблудился в лесу. Варвара Михайловна, вообще говорит о том, что это не лес, вернее нарисован лес, но это аллегория, и в ней, в этой картине, зашифровано какое-то послание.

Андрей сделал сосредоточенное лицо и молчал, делая вид что внимательно слушает Настю. Но его мысли были далеко, в лесу, за его пределами, за пределами человеческого сознания и понимания.

Настя поняла это, так же, как и то, что Андрей был на выставке. «А иначе зачем он одел на работу новый дорогой костюм. Который он одевал два раза в жизни на вручение докторской степени и на свадьбу. С каким трудом Настя уговорила его купить, а потом одеть на торжество. Была бы его воля он пришел бы на эти церемонии в свитере и джинсах. А тут сам одел, без всякого повода. Или все-таки повод был? Почему ничего не сказал ей. Неужели что-то произошло? Кто этот художник, надо будет обязательно выяснить. И сейчас сидит с каменным лицом и делает вид что ему эта тема неинтересна. Как будто она, Настя, не видит и не понимает, что он претворяется. Ну, что ж пусть думает, что она не знает, что он там был.

– Так, что в субботу мы сходим в галерею? – поразила она его «контрольным» вопросом с наивным выражением лица.

– Ах, да, я совсем забыл, – начал выкручиваться Тихомиров. Сегодня привезли сложного пациента, в пятницу будет операция, так что в субботу скорее всего мне нужно будет его понаблюдать. Сходи сама, девчонок пригласи. Потом поделишься впечатлениями. Ванюшку моей маме завези, она с удовольствием с ним посидит. А после выставки сходите с девчонками в кафе или ресторан, развейтесь, тем более у тебя есть повод их угостить. Хочешь я закажу столик?

– Ну, вот как всегда, – надула она свои пухлые губки. – Работа превыше всего. На выставку я схожу, а в кафе с девчонками потом сходим, когда сами «корочки» кандидатские придут.

– Ну, как знаешь, – согласился с ней Андрей. – Пойдем спать, я устал, – встал он из-за стола и направился в ванную.

Но сон не шел, Тихомирова не отпускало чувство тревоги. Теперь он не знал о ком она была больше об Антонове или Витьке Силиванове. А может быть она просто удвоилась. Вечером он не смог дозвониться Рябинину, а потому ему не с кем было поделиться своими переживаниями. «Настя она конечно хорошая, умная, добрая, но не нужно ее втягивать в это, она должна заботиться о сыне», – размышлял он.

Только под утро Андрей смог забыться во сне и увидел в нем Тоню. Она стояла в белом длинном одеянии на фоне сумеречного леса и улыбалась, её красивое лицо светилось нежной улыбкой.

– Не вини себя, – шептали ее губы. – Это мой выбор. Ты правильно сделал. Мне здесь хорошо и спокойно. Я ангел… Помоги е…– стала она исчезать, как утренняя дымка.

– Погоди! Не уходи! Кому мне помочь? Как? – пытался остановить процесс растворения ангела Тихомиров.

– Ты знаешь… – шепнул ему лес своими ветвями, и он проснулся.

Глава 11

«Исчезновение»

Утром по настоянию Антонова, Буров отправился в город в полицейский участок и сообщил о пропавшей дочери.

Но урядник не торопился заводить дело.

– Девушка пропала месяц назад? – смотрел он на Бурова поверх своих круглых очков.

– Да! – ответил отец.

– Тело до сих пор не найдено? – почесал он кончиком карандаша мочку своего уха.

– Никак-нет! – отрапортовал тот.

– А нет тела, нету дела! – бросил урядник карандаш на стол. – Могла с женихом сбежать. Али куда-нибудь с села уйти, лучшей доли искать. А может обрюхатил кто, вот она от позора и сбежала. Знаете, папаша сколько таких случаев было?

– Не могла! Она у меня порядочная девочка, – сжимал и разжимал кулаки Буров.

– Я этих порядочных столько на своем веку перевидал, что вам папаша, и в страшном сне не привидится, – поправил урядник пальцем очки на носу и уткнулся в стопку бумаг, что лежали на столе.

– Я за свою дочку ручаюсь! Говорю вам, что она не просто так пропала, с ней что-то случилось, – настаивал тот.

– Тогда может она в реке утонула? Может сама в прорубь бросилась, а может просто под лед провалилась? Могла в лесу заблудиться на радость зверю, а могла просто замерзнуть. Тут версий множество… – не закончил он.

– Так как мне быть? Что делать? – потекли по щекам Бурова слезы.

– Я все понимаю. И горю вашему сочувствую. Но и вы поймите меня, времени прошло много, труп девушки не найден. У меня нет оснований открывать дело. Встал урядник из-за стола, похлопал по плечу убитого горем отца. Взял его под руку и повел к выходу. – Вот если труп вдруг отыщется, тогда и приходите.

– А если не сыщется? – остановился на пороге Буров.

– На нет, и суда нет, – выпихнул урядник матроса за дверь и быстро закрыл ее, за его спиной.