Чтение онлайн

Родственное глагольной форме нфш, «дышать», слово нефеш образно означает «жизнь», как во Втор. 24:6, так и во многих других местах. В Притч. 8:35 оно противопоставляется слову «смерть» и является синонимом слова хайим, что также означает «жизнь» (ср. с вышеупомянутым хайя). Аналогичное значение «жизнь» это слово имеет в контексте таких текстов, как 1 Цар. 28:9; Пс. 29:4; 123:7; Притч. 7:23; 19:8. Однако это более широкое по смыслу слово, не означающее только лишь чувственную или физическую жизнь. Таким образом, в Быт. 2:7 словосочетание нефеш хайя несет в себе смысл: «живое существо». Сам человек является душой, а не тем, кто ее имеет.

Таким образом, ни те составляющие, из которых образован человек, ни метод сотворения, как он описан в Быт. 2:7, не содержат никакого намека на «душу» в дуалистическом смысле. Люди превосходят животных не количеством составных частей, но тем, что они качественно отличаются от животных (Еккл. 3:19). Это исключает возможность дуалистического понимания человеческой личности.

Хотя смерть не была частью первозданного мира, библейская информация о смерти также противоречит дуалистическому мышлению. В Библии смерть — это обратный процесс, в результате которого человек, образованный из праха земного, возвращается в прах, в землю (Быт. 3:19). В момент смерти он отдает Богу дыхание (руах, дословно «ветер», но часто переводится как «дух»), символизирующее ту жизненную силу, которая была одолжена ему, равно как и прочим живым существам, (Быт. 6:17; 7:15, 22) в самом начале (Еккл. 12:7).

Никакая личностная или сознательная субстанция не остается жить после смерти (Пс. 6:6; 29:10; 87:11; 113:25; 145:4; Еккл. 9:5, 6; Ис. 38:18, 19). Этот обратный процесс может быть обращен вспять только во время воскресения. Таким образом, всякая надежда на жизнь после могилы покоится на воскресении (1 Кор. 15:16–23; ср. с Ин. 6:39,40). Только воскресение, а не бестелесное состояние сможет избавить умерших от бессмысленности бытия (Лк. 20:37, 38). Как выразился переводчик Библии на английский язык и мученик Уильям Тиндаль несколько веков тому назад, те, кто помещает бесплотные души в рай, ад или чистилище, «уничтожают аргументы, которыми Христос и Павел доказывают воскресение» (см. Смерть I. А. 3,4; Воскресение I. А.)

Согласно первым главам Книги Бытие, первые люди были сотворены для счастливой жизни в Едеме в роли Божьих помощников. В этом «райском уголке» они могли служить Богу (Быт. 2:15) и наслаждаться тесным общением с Ним (ср. с Быт. 3:8). Первая чета могла поддерживать свою жизнь благодаря близким отношениям с Богом и плодам дерева жизни (Быт. 2:9; 3:22).

Это счастье длилось недолго. Поворотным моментом стало грехопадение, измена Богу и нарушение Его четких указаний, относящихся к другому дереву, дереву «познания добра и зла». Эта еврейская идиома указывает на способность судить, оценивать и решать что–либо самостоятельно и обычно связана со зрелым возрастом (Втор. 1:39; 3 Цар. 3:9; Ис. 7:15, 16).

Хотя первые люди были сотворены взрослыми, они все еще зависели от Бога в принятии нравственных решений. Однако, как отмечалось выше, они предпочли независимость, следуя примеру змея: «Подлинно ли сказал Бог: „не ешьте ни от какого дерева в раю"?» Это предательство сделало их неспособными поддерживать близкие отношения с Богом, которые приносили с собой все остальные благословения.

Хотя в Книге Бытие обо всем говорится достаточно ясно, третья глава нуждается в особом истолковании. Природа «змея», самого умного из всех зверей (ст. 1), который настойчиво предлагает людям «познание добра и зла» как средство полного уподобления Богу (ст. 5) и обольщает человеческую пару, обещая людям избавление от смертного приговора в случае непослушания Богу (ст. 4), довольна загадочна. Согласно Новому Завету, за личиной змея скрывался дьявол (Откр. 12:9), восставший против Бога ангел (слова «дьявол» и «сатана» означают «противник»). Когда–то он пребывал в истине (Ин. 8:44), но склонил к восстанию против Бога многих небесных ангелов (Иуд. 6; Откр. 12:4, 8).

В Ветхом Завете указывается на падение этого существа (Ис. 14:4–23; Иез. 28:1–10); упоминание о нем можно также найти в книгах, написанных в межзаветный период (Юбилеев 10:8; 11:5; Дамасский документ 3, 4; 2 Еноха 31:3). Новый Завет подтверждает это, осуждая сатану за подстрекательство человечества ко греху (Лк. 22:3, 31; Ин. 13:27; Деян. 5:3; 1 Кор. 7:5) и за противодействие делу спасения (Мк. 4:15; 1 Фес. 2:18). Он также главный виновник смерти (Ин. 8:44; Евр. 2:14).

Следовательно, идея «Богоподобия», выраженная в Быт. 3:4, 5, 22, указывает на попытку дьявола утвердить эгоцентричное бытие, игнорирующее Закон Божий и отрицающее зависимость творения от Творца (Ис. 14:13,14; Иез. 28:2; ср. с Быт. 3:13–15). Это значит, что при искушении Адама и Евы под угрозу было поставлено несравненно больше, чем только единичный акт неуважения к Божественной власти. Согрешив, люди присоединились к вселенскому восстанию против Бога.

Однако Бог милостиво поступил с грешниками. Они не были сразу уничтожены, а только лишь изгнаны из рая. Лишившись своей родины, Адам и Ева попали во враждебную среду и, как Бог обещал им, когда выносил Свой приговор, оказались обреченными на многие скорби, боль, безрадостный, неблагодарный труд, эксплуататорские взаимоотношения, а в итоге на смерть (Быт. 3:14–19). Таким образом, Библия показывает, что грех является главным источником несчастий рода человеческого.

В Рим. 5:12–20 говорится о серьезных последствиях восстания Адама и Евы. О них говорится для того, чтобы сделать более понятной важную истину: послушание Христа на кресте — это открытая дверь для спасения всего рода человеческого.

Согласно Рим. 5, грех и смерть рода человеческого скорее берут начало в Адаме, а не в каждом человеке в отдельности. Павел неоднократно подчеркивает, что один–единственный поступок пагубно сказался на всем человечестве. В стихе 12 он говорит, что «одним человеком грех вошел в мир», а в стихе 15 — что «преступлением одного подверглись смерти многие». В Рим. 5:18, 19 сказано, что «преступлением одного — всем человекам осуждение», тогда как «послушанием одного» и Его праведностью многие наследуют жизнь.

В стихах 12–14 Павел показывает, насколько серьезными могут быть последствия греха, начавшегося с одного человека. Во–первых, согрешают все (ср. Рим. 3:9–20). Если бы каждый заново впадал в грех независимо от Адама, то когда–нибудь появился бы кто–то, кто бы не грешил. Поскольку этого не происходит, то, значит, мы начинаем грешить не сами по себе. Во–вторых, смерть существовала даже тогда, когда не было дано специального откровения о заповедях, как это было сделано в Едеме или на Синае. В те времена грех, хотя и представлял собой насилие над совестью, тем не менее не отягчался нарушением писаных норм. Если бы каждый пожинал последствия лишь собственных грехов, то люди, жившие в то время, будучи не столь виновны, как Адам, не должны были бы наказываться смертью подобно Адаму. Тот факт, что они все же умерли, доказывает, что их смерть была следствием греха Адама (см. Грех III. Б; Смерть I. В. 1).

Рим. 5:12 — яблоко раздора для переводчиков и богословов. Союз «потому что» является переводом греческого эф`хо, которое буквально означает «на котором». В Вульгате эта фраза переведена как in quo omnes peccaverunt, что значит «в котором все согрешили». Такой перевод создает фундамент для концепции «первородный грех», согласно которой каждый потомок Адама, согрешив в Адаме, несет личную ответственность за первый грех.

Однако союз «в котором» скорее соответствует греческому словосочетанию эн`хо, но не эф`хо, тем более, что эн`хо — любимое словосочетание Павла (см. Рим. 2:1; 7:6; 8:3, 15; 14:21, 22; 16:2). Кроме того, контекст не подтверждает теорию переноса вины. Фраза эф`хо означает «на основании которого», и ее было бы правильно перевести словосочетанием «из–за которого» или «из–за чего». Такой перевод идеально соответствует контексту: грех и смерть вошли в мир одним человеком, из–за которого все согрешили (ср. с Рим. 5:19). Союз «потому что» в данном случае вводит в заблуждение. После «потому что» вполне естественно ожидать изложение причины, тогда как в Рим. 5:12 после эф`хо идет описание следствия. Следовательно, фразу «потому что в нем все согрешили» не следует понимать как причину того, что «смерть перешла во всех человеков». Такое истолкование противоречит контексту. Скорее, тот факт, что все согрешили, свидетельствует о подлинности остальной части текста: грех и смерть распространялись в мире, начиная с Адама. Такое понимание данного текста подтверждается его аналогией со следующей мыслью Павла. В стихе 13 и 14 он утверждает, что, поскольку люди умирали во все времена, мы должны признать, что смерть идет от Адама, но не является следствием личных грехов.