Чтение онлайн

С появлением Ильи на кухне стало как-то тесно, со своими двумя метрами роста и богатырским телосложением, он умудрялся занимать половину свободного пространства, а кухня у меня была не маленькая.

Покачал головой на его самоуправство, когда друг вытащил из холодильника позавчерашнюю курицу и запихнул в микроволновку, не вынимая из контейнера.

— Максим Дмитриевич, я, пожалуй, поеду, — раздалось робкое, — сейчас такси только вызову.

— Глупости, — сдвинул брови, недовольный не только тем, что она хотела уехать, но и тем, что собиралась это сделать на такси, тогда как еще вчера я сказал, что сам ее отвезу утром. — Сейчас оденусь и поедем, если торопишься. А Моров с детьми посидит, хоть какая-то польза от него будет. Не все же ему на халяву уничтожать запасы моей еды.

Друг что-то попытался сказать, но его рот был до отказа забит курицей, поэтому решив, что он уже в достаточной мере показал себя неандертальцем перед девушкой, Илья промолчал. Вот и правильно.

Оксана неуверенно кивнула, поигрывая с телефоном. Тяжело вздохнул, придется собираться и ехать, от вчерашней комфортной атмосферы между нами не осталось и следа, видно, что ей неуютно и хочется побыстрее сбежать от нас. А жаль. Очень, очень жаль.

Оксана

Пока Максим одевался, я с интересом наблюдала за играющими детьми, стараясь не обращать внимание на громко жующего друга Строганова. Этот Илья меня пугал, и не только своими размерами и громким голосом, а также поведением и, особенно, взглядом. Он с таким тщанием меня изучал, казалось, еще немного и он сможет узнать все мои страшные тайны, при этом не вставая со стула и не задавая мне ни одного вопроса.

Постаралась скрыть дрожь, охватившую меня от этой мысли, но вряд ли у меня это получилось. Уж слишком пристально за мной следил Моров.

Олеся, схватив какую-то игрушку, подбежала ко мне с восторженным воплем:

— Оксана Андреевна, смотрите, что мне дядя Илья подарил!

Под нос мне сунули нечто, что по замыслу производителей должно было быть куклой, но она была такая страшная, что захотелось вырвать ее из рук девочки и выкинуть на помойку, а лучше закопать, предварительно проведя обряд экзорцизма. Бог мой, откуда у людей такое представление о куколках? Куда делись очаровательные Барби и Кены? Или хотя бы наши старые пупсы, которые были больше похожи на человека, чем вот это существо?

Но малышка с таким восторгом в глазах рассказывала мне про подарок, что без сомнений можно было утверждать — дядя Илья угодил. Это, конечно, хорошо, но мне теперь будут сниться кошмары.

Осторожно взяла куклу в руки, чтобы не обижать Олесю, повертела, пытаясь найти в игрушке хоть что-то симпатичное, не нашла. Отдала обратно и вымученно улыбнулась.

— Красота какая. А кто это?

Девчушка забавно подбоченилась, посмотрела на меня, как на глупую взрослую, и засыпала довольно подробными пересказами серий какого-то мультика, название которого у меня в голове не отложилось.

Сзади слышались приглушенные смешки друга Максима, но когда я повернулась, чтобы грозно на него посмотреть, он сидел с совершенно невинным видом (если такое вообще возможно по отношению к этому бугаю) и хлопал глазами. Он тут ни при чем.

— Сказать по правде, — заговорщицким голосом поведал мне Илья, когда Олеся умчалась обратно к пакетам, — когда я увидел это страшилище, чуть не перекрестился, — из моей груди вырвался смешок. — Но продавщица заявила, что малышке обязательно понравится.

— И она оказалась права, — улыбнулась, вновь посмотрев на детей.

Кирилл уже сидел перед камином, сосредоточенно пытаясь разобрать коробку с железной дорогой. Судя по ценнику, оставшемуся на подарке, стоила она баснословных денег. Жуть. Но радует, что есть люди, которые могут себе позволить такие траты на детей. Кто-то за копейку удавится и не купит маленькому даже плюшевой игрушки, а кто-то — вот так. Два огромных пакета и ни капли сожаления. В последнее больше хотелось верить, чем я знала это наверняка, но Илья даже как-то смягчался, когда его взгляд падал на брата с сестрой, и больше не походил на жуткое чудовище, недавно вылезшее из берлоги.

Справедливости ради надо заметить, что в целом, если не обращать внимание на габариты, внешность Морова была приятной. Даже притягательной. Если брать только лицо — хоть сейчас на обложку журнала, а вот все, что ниже — внушало ужас. По крайней мере, мне. Даже на просторной кухне в доме Строганова он смотрелся, как слон в посудной лавке.

— Малой, я сейчас доем и помогу, — гаркнул он, тоже заметив безуспешные попытки мальчика распаковать подарок. Тот поднял голову и лучезарно улыбнулся, буквально впервые за все утро, я же подпрыгнула от неожиданности и чуть не облилась кофе. — Не дергайтесь, дорогая Оксана Андреевна, солдат ребенка не обидит.

— Это вы про меня или Кирилла? — прищурилась, пытаясь понять — шутит он или нет.

— Про обоих, — захохотал Илья, поднимаясь со стула и ставя грязный контейнер в посудомойку.

Которая, оказывается, тут есть, о чем я вчера даже не подумала. С другой стороны, мне так хотелось сделать хоть что-то полезное, раз уж Максим даже с салатом не дал помочь.

Стоило мне сделать последний глоток кофе (жаль, что я такой дома не смогу приготовить), со второго этажа спустился Строганов. Словно ждал именно этого момента, что, естественно, было не так. Волосы мужчины были все также уложены в художественном беспорядке, и у меня начало закрадываться подозрение, что все-таки эта прическа от природы. Одет он был просто — джинсы и свитер, но даже в таком виде мне хотелось им любоваться.

«Очнись, женщина, — одернула себя и поспешно отвернулась, пока он или Илья не заметили мой повышенный интерес к персоне хозяина дома. — Он с самого начала был птицей не твоего полета, а уж после вечерних откровений — тем более. И все ваши посиделки у камина лишь способ отблагодарить тебя за детей.»

К сожалению, все именно так и было. Мечтать о том, что между мной и Строгановым что-то может быть — глупо и наивно. Да, он очаровательный и привлекательный отец-одиночка, а я с легкостью смогла бы полюбить его детей, как своих собственных (положа руку на сердце, уже на полпути нахожусь к этому, как, впрочем, и со всеми своими маленькими воспитанниками). Но зачем ему — главе успешной компьютерной империи — связывать свою жизнь с бесплодной воспитательницей детского сада? Ответ однозначный — незачем.

Мужчина широко улыбнулся, заметив, чем занимаются его дети с Ильей, и подошел ко мне.

— Поедем? — сказал тихо, положив руку на плечо, чтобы привлечь мое внимание, которым он и так владел всецело.

Меня окутал приятный запах цитрусов, напомнивший о вчерашнем уютном вечере. Поборов желание вдохнуть его полной грудью, сделала несколько маленьких вдохов — хотелось запомнить его в точности. Хотя вряд ли я его теперь с чем-то перепутаю.

— Да, спасибо, — встала, избегая внимательного взгляда Максима.

Мне казалось, что если мы встретимся глазами, он сможет прочитать все мои потаенные желания, которые я так старательно гнала от себя и не давала расцвести им во мне буйным цветом. Узнает и рассмеется, скажет, что я — наивная тридцатилетняя (почти) дуреха, вообразившая себе невесть что.

— До свиданья, Илья, — попрощалась с мужчиной, неотрывно следившим за тем, как Кирилл собирает железную дорогу, и помогая, когда мальчик в нерешительности застывал с деталькой в руках. — До понедельника, ребята, — попрощалась с детьми.