Чтение онлайн

– И тебе не страшно?
– изумился принц.

– Страшно... но не больше, чем обычно.

– Прости меня, я все исправлю. Я не позволю, чтобы тебя казнили. Они не посмеют, - говорил принц.

– Зачем вам это? Я все равно вас презираю теперь. Уходите принц, - отвечала золушка.

– О, не говори так. Я люблю тебя. Я умру без тебя, - заплакал принц.
– В тебе есть какой-то свет. И мне не прожить без этого света. Я не знаю почему, но ты совсем другая. В тебе какая-то тайна. Если бы ты была со мной, я был бы совсем другим, а теперь, я сам себе противен. Хочешь... мы умрем вместе?

– Я не верю вам принц. Это все - неправда!
– отвечала золушка.

– Почему неправда? Я понял, почему все это произошло. Я смотрел на тебя только снаружи, а теперь я вижу тебя изнутри. Прости меня. Нужно смотреть не на внешнее, а на внутреннее, теперь я это точно знаю! И когда я вижу, какая ты внутри, то мне уже не важно, золушка ты или нет, даже если за это придется умереть.

– Знаешь, а ведь я была когда-то дочкой барона. Но мне кажется, что это было так давно и совсем не со мной. Теперь я совсем не чувствую себя дочкой барона, а люблю своих дядю и тетю даже больше, чем своего отца и мать, и мне плохо от этого, - сказала золушка.

– А что случилось с твоим титулом, и как ты стала золушкой?
– спросил принц.

– Я даже не помню своего имени. Мачеха запретила называть меня так. Она и отняла у меня все. Сначала я ее ненавидела, потом презирала, а теперь мне все равно. Я поняла, что богатство не делает человека счастливым, а скорее гордым и очень злым. Я лучше умру, чем стану такой, - ответила золушка.

– Да я слышал такие истории, но не думал, что это коснется меня лично. Мне казалось, что этих людей обязательно накажут, и что правда восторжествует... Но теперь, я думаю, что их не накажут... пока кто-то не заплатит за это огромную цену. И это печально...
– сказал принц.
– Теперь, когда меня это коснулось лично, я сделаю все, чтобы их наказали, а может и казнили, - сказал принц негодуя.

– Я не хочу, чтобы ты стал таким же злым, как они. Да ты можешь отомстить, но если ты станешь таким же, как они, то лучше умереть здесь, - сказала золушка.

– Что же делать?
– удивился принц.

– Не знаю. Наверное, надо простить...
– сказала золушка и заплакала.

– Почему ты такая добрая? Тебя всю жизнь мучили, а ты не хочешь, чтобы ее наказали. Или ты меня обманываешь? Я не понимаю, - изумился принц.

– Я не обманываю! Все очень просто, - отвечала золушка, - если я бы стала злой, то давно бы умерла... И, возможно, еще трое вместе со мной... И тогда бы я точно оказалась в аду, а я не хочу там оказаться... Мачеха рано или поздно там окажется, и если я тоже там окажусь, то она и после смерти сможет меня мучить, а я этого не хочу, - просто размышляла золушка.

– Ты удивительная, - удивился принц.
– Но почему Бог допустил все это? Разве это хорошо, чтобы ты так страдала? И почему ты сейчас сидишь в кандалах? Где же Бог?

– Я не знаю, но я думаю, Бог совсем этого не хотел. Бог дал людям свободу выбора, пока они живы. И если мачеха сделала выбор: меня мучить, то Он в этом не виноват. Наверное так, - просто отвечала золушка.

– Но почему Бог тебя не защитил?

– Защитил насколько это возможно. Я думаю, Он хочет, чтобы я была другой... совсем. Не как мачеха. И я думаю, Он сильнее любого зла на земле, просто люди в это не верят и не хотят этого.

Я не понимаю, почему все так плохо?
– сокрушался принц.
– Неужели нельзя было сделать как-то иначе?

Можно, - отвечала золушка, - но тогда ты и другие никогда не поняли бы этого, а что уж говорить мачехе. Разве это хорошо? ... То, что ты сюда пришел - это настоящее чудо. И я готова сидеть в кандалах, лишь бы ты меня любил! Я ждала такую любовь всю жизнь. Спасибо вам, принц!

– Ты удивительно добрая, мне даже страшно за тебя, - восторгался принц.
– О, я люблю тебя, золушка.

– И я тоже очень вас люблю, принц! И лучше умру, чем буду жить без тебя. Ты дороже мне любых богатств!
– восторгалась золушка.

Они целовались.

– Мы обязательно будем вместе! Потерпи. И это уже точно, - утешал ее принц.

Когда принц вышел, на лице у принца красовались черные пятна. Стражник окликнул его и показал, что на лице у него что-то есть. Принц вытащил зеркальце и попытался вытереть это пятно, но оно стало ее больше. Он подошел к бочке с водой и начал усиленно умываться. Когда, наконец, он смыл эту сажу, хотя это было не просто, он сел в бессилии на скамейку и глубоко задумался.

Вариантов было не много. Нужно было убедить королеву не казнить золушку, а потому идти и вместе убеждать и уговаривать короля: "Или...
– принц на секунду задумался, - придется ее украсть, впасть в немилость отца, или вообще идти на плаху вместе с ней, чтобы ее спасти". Он еще не знал, на что он был способен ради нее, но он точно знал, что был готов идти до конца, во что бы то ни стало, и это он решил уже в подземелье.

Принц с грустью побрел к своей матери - королеве.

Он вошел в комнату королевы, та занималась вышиванием.

– А принц!
– обрадовалась королева, встала и пошла к нему навстречу.

– Здравствуй мама, - и он поцеловал ее в щечку.

– Принц! Как вы не ловки. Опять где-то испачкались!
– и она стала отряхивать его воротник.
– И чем это от вас пахнет, вы что лазили в дымовой трубе?

– Прости, мама. Сейчас не до шуток. Я пришел серьезно поговорить, - начал принц.
– Ты наверно знаешь, что в подземелье сидит одна девушка, которую называют ведьмой, но она совсем не ведьма и ни в чем не виновата! ... И я хочу ее спасти, - добавил он.

Королева сильно удивилась:

– Да я слышала об узнице и думаю, что ей надо воздать по заслугам. Я не знаю: ведьма она или нет. И я думаю, что ты тоже не можешь знать этого. Пусть разбираются другие.

– Никто не будет разбираться. Завтра ее казнят, - отвечал принц.

– А тебе что за дело до нее?
– удивилась королева.

– Возможно, это из-за меня ее назвали ведьмой. Во всяком случае, после всех разбирательств. И даже если нет, я не могу смотреть, как убивают невинную девушку. Помоги ей, мама, иначе это будет мучить меня до конца моей жизни! И вообще не знаю, как я буду потом жить, - просил принц.

– Откуда ты знаешь, что она не виновата? Ведь ты действительно ослеп. И, Слава Богу, что это все закончилось, и ты прозрел, - отвечала королева.