Чтение онлайн

– Кто там?

– Охотники за приведениями! Ищем призрак Джорджа Вашингтона! Говорят, что он убежал к вам!

Дверь открылась, и она с боевой уверенность переступила порог.

– Пойду его искать!

Джеймс закивал и, закрыв за ней дверь, сел на диван, продолжая читать. Ей было интересно, почему он поменял свое месторасположение и теперь всё чаще сидит тут и читает, нежели пропадает в своей мастерской или комнате. Он, правда, думает, что она способна что-то украсть? Знал бы, что ее дом раза в три больше его, сразу изменил бы мнение. Однако воспоминания о вчерашних словах и его поведении довольно неприятно кольнуло где-то внутри.

Дженни не могла назвать себя таким уж хорошим человеком. Что скрывать – она иногда врала родителям, что у нее все хорошо и ей совсем не одиноко в огромном доме одной, когда на самом деле готова была лезть на стенку от отсутствия кого-нибудь рядом. Были случаи ругательств и даже драк. А один раз она пустила слух, что у Трейси Кандил плохо пахнет изо рта, потому что та ест лягушек по ночам. Правда, тогда Дженни была в третьем классе, а эта Трейси вечно унижала ее из-за цвета волос, называя ведьмой, и говорила, что если кто-то посмотрит ей в глаза, то сразу умрет. Она до сих пор не жалеет об этом, считая, что девчонка получила по заслугам, ведь от нее шарахались ещё целый год. Но чтобы воровать или принижать тех, кто ее слабее – такого никогда не было. Тогда почему же два совершенно разных человека, которые ее почти не знают, считают ее способной на такие вещи?

Задаваясь этим вопросом всю ночь и даже сейчас, Дженни убрала волосы, вставила наушники в уши и врубила новый альбом Daughtry, а затем начала уборку, следя за каждым своим шагом, поднимая ноги так, словно она перепрыгивает крокодилов в одной из африканских стран.

Это было очень утомительно, но, решившись идти до конца, через два часа девушка устало присела на ступеньки. Бодрые мелодии никак не помогали ей. Они даже не прогоняли плохие мысли из ее головы, которые все сильнее залезали ей под корку мозга. Прислонившись головой к стене и закрыв глаза, Дженни глубоко вздохнула. Не прошло и одной песни, как ей наступили на ногу. Придя в себя, она подскочила, выпрямляясь и видя перед собой Джеймса.

– Извини, я не знал, что…

– Всё нормально. Я присела, чтобы…Чтобы отдохнуть немного, - произнесла девушка, стягивая наушники. – Проходи.

Дженни прислонилась к стене, чтобы его пропустить, и ее глаза устало смотрели в пол, ожидая, когда он скроется в комнате и снова оставит её наедине с дурными мыслями в голове.

– Я ничего не имею против самодеятельности и звукового сопровождения. Пусть и такого необычного.

Она подняла голову и увидела его на последней ступеньке.

– Серьезно?

– Вполне. Если тебе так удобно, то я только за.

Дженни улыбнулась сегодня впервые за весь день.

– Я учту ваши пожелания, сэр.

– Удачного вечера.

– И тебе.

Отвернувшись, девушка запрокинула голову, касаясь затылком стены. Это было очень необычно, но безумно приятно. Может, ее самооценка по пункту вокальных способностей сейчас и поднялась выше обычного, поэтому о карьере певицы ещё помечтать можно.

Глава 9.

После уроков Дженни, прихватив с собой Мэнди, с которой в последнее время виделась лишь на переменах в школе, поехала на пляж, заверив себя, что это всего лишь на часик и она уж точно не опоздает на отработку.

– Знаешь, я думаю, что если бы небо было зеленым, то летом оно бы сливалось с травой, и было бы неясно, где небо, а где земля.

Всё то время, пока они здесь, Мэнди задумчиво смотрела вдаль, а теперь перевела взгляд на подругу и улыбнулась.

– Ты как всегда права. Что-то случилось? Ты в последнее время такая задумчивая. Даже не рассказала, как вы съездили в Сан-Франциско. А я ждала звонка с вечера воскресенья, - упрекнула ее Дженни, легко толкая плечом девушку.

– Нет, все нормально. Поездка тоже прошла хорошо. Лучше расскажи мне, как проходит твоя отработка? Дом с приведениями, да?

– Если бы.

Саймон откинулась на лобовое стекло спиной, стараясь не сползти с носа машины, где они сидели.

– В общем, там живет парень. Его зовут Джеймс. Ему девятнадцать и, опережая твой вопрос, он довольно симпатичный.

– Ого! Я думала, что там живет какой-нибудь старичок, лет этак под сто, и ты кормишь его с ложечки, а тут такой клад!

Мэнди оживилась и, полностью повернувшись к собеседнице, слегка наклонила голову набок, словно птичка. Она всегда так делала, увидев что-то интересное и пытаясь не пропустить ни одного момента этого зрелища. Иногда даже стараясь моргать пореже.

– Ну, клад - это громко сказано. Я бы сказала, что это послание в бутылке: может быть карта сокровищ или мемуары старого матроса, не видящего женщину несколько лет.

– Не уходи от темы! Значит, этот Джеймс красивый, молодой парень, которому почему-то нужна твоя помощь? Он случайно не…

– Нет! Он ко мне не приставал. Мы вообще почти не общаемся, - перебила она подругу и подняла голову, смотря на голубое небо без единого облачка.

Дженни и Мэнди часто бывали здесь. Поставив машину на небольшой пригорок чуть выше самого пляжа, они наслаждались видом и звуком волн, криком веселящихся людей и, что бывает редко, обычной тишиной мира.

– Он не очень общительный.

– Странно… - протянула Мэнди, выпрямляя шею и начиная потирать подбородок. – Может, он маньяк и хочет украсть твои органы, потом продать на черном рынке, сбежать на Гавайи и сделать себе дом из золота? А не разговаривает с тобой, потому что не хочет сближаться? Вдруг привыкнет и ему станет тебя жалко кромсать?

Дженни пару раз моргнула. Картины ее изуродованного тела, лежащего в луже крови в ванной комнате Джеймса (именно ванной, потому что там будет проще навести порядок и помыть руки после преступления), пробежались перед ее глазами. Плюс был только один: хоть не ей придется это все убирать.

– Дженни?

– Знаешь, я тоже об этом думала, но я не несчастная «дама в беде», живущая в каком-нибудь детективном сериале, в котором злодеи намного симпатичнее, чем копы, - ответила девушка и, пару раз моргнув, стала смотреть на парочку подростков, которые, лежа на песке, целовались.

– А жаль. Твое тело бы долго искали, а так как я твоя лучшая подруга, я ходила бы на все телешоу и ревела, вспоминая, какая ты была хорошая и милая.

– Ну, спасибо, Мэд. Ты настоящая подруга. И меня похвалишь, и сама звездой станешь.

Мэнди довольно улыбнулась и, тоже облокотившись на стекло, положила свою голову на плечо

Дженни, смотря на необыкновенно чистую воду внизу.

– Он слепой, - раздался тихий и неуверенный голос.

Девушка подняла на нее карие, с желтыми крапинками, видными лишь при ярком солнце, глаза.

– Обидно, - сказала она и снова перевела взгляд.

Дженни, если честно, не ожидала другого ответа. Прислонившись своей головой к её, она продолжила сидеть.

Воспитанная в семье адвокатов, Мэнди научилась проявлять хладнокровие почти ко всему, кроме, пожалуй, животных, и то не всех. И, конечно же, кроме несправедливости, которая была повсюду, куда ни глянь. Тем более, слово «обидно» имело невероятное множество значений в данном контексте: от « обидно, что мир так жесток и молодой парень не может видеть» до « обидно, что именно тебе приходиться ему помогать». Даже « обидно ломать ногти, моя пол у того, кто мог бы сам это сделать, но не судьба». Да, Мэд определенно умела подбирать слова, подкидывая тебе ещё несколько десятков вариантов того, что именно она имела в виду, чтобы ты ломал голову и последние извилины, пока не подберешь правильное значение.