Чтение онлайн

– Я, кажется, однажды видел, как Лиза надела ковбойскую шляпу и хлопала себя по бедрам, как будто едет на лошади,- спросил я.

– Конечно,- сказала Дженнифер,- но все девочки так делают.

Даже эта прекрасно образованная, очень компетентная и внимательная учительница находилась под влиянием мифа "мальчики должны быть мальчиками": быть в игре мамой и примерять бижутерию - не соответствует канонам "здорового" мальчикового поведения.

Я наблюдал похожие ситуации в другой частной школе, которая гордилась своей прогрессивностью. Некоторое время назад они подготовили программу для детей обоих полов под названием "Деремся безопасно", призванную помочь детям выпускать свою злость. Я был на одном таком боксерском матче и наблюдал, как пятилетний Майкл, ростом не более трех футов, сделал неловкую попытку нанести удар. "Не так, Майкл,- сделал замечание тренер,- ты раскачиваешься, как девчонка".

Трудно себе представить, насколько травмирующими для мальчиков могут быть такие замечания. Как терапевт, работавший и с молодыми людьми, и со взрослыми, я провел бесчисленное количество консультаций, на которых взрослые мужчины делились со мной болезненными воспоминаниями, о том, как в детстве их стыдили, что они недостаточно "мужественные" или "не такие, как другие мальчики". Особенно страшно это доя маленьких мальчиков, так как подобное унижение вызывает у них чувство, что им некуда бежать.

Без надежного места, где они могли бы поговорить о своей боли и стыде, поделиться своим смущением, многие мальчики начинают черстветь и превращаются в маленьких мужчин. Они отрицают свои собственные чувства, и их голоса больше не связаны с их эмоциональной сущностью.

Насколько труден этот процесс "закалки стыдом" для мальчиков, настолько же трудно родителям увидеть его. Зачастую мифом "мальчики должны быть мальчиками" мы, взрослые, защищаемся от нашей собственной боли и озабоченности тем, как наши мальчики проходят этот невероятно драматичный путь. Возможно, принимая миф, что мальчики должны сами понять, как действовать, должны быть "мужественными" и "держаться твердо", мы чувствуем себя лучше от мысли, что этот процесс необходим, что это естественная стадия взросления. Взрослые мужчины особенно доверяют этому мифу, потому что он защищает их от собственных болезненных воспоминаний.

Правда в том, что Мальчишеский кодекс основан на стереотипах нашей культуры и нашего времени. Не существует единственного правильного пути к мужественности. Представления о мальчиках различаются в разных странах, разных культурах и разных эпохах. Например, в одной стране нет ничего странного в том, что мальчики и мужчины плачут, в то время как в другой это может быть категорически запрещено. Многие родители чувствуют себя ужасно, когда сражаются с мифами Мальчишеского кодекса, сердцем зная, что эти мифы не отражают подлинную натуру их мальчиков. Другие, которые взяли на себя труд поразмышлять над справедливостью этих мифов, отказываются принимать

Мальчишеский кодекс и активно ищут способы уйти от него. Часто эти родители действительно способны помочь своим сыновьям освободиться от Кодекса.

Многие мальчики получают огромное удовольствие от участях в самых разнообразных игровых, экспрессивных и творческих занятиях, когда они уверены, что над ними не будут смеяться девочки или другие мальчики. Вот как юноша по имени Кип сделал свою жизнь совершенно волшебной. В старших классах Кип проводил каждую свободную минуту, когда он не делал домашнее задание или не помогал отцу в его небольшом бизнесе, на баскетбольной площадке. Он жил и дышал баскетболом. Он мечтал стать новым Ларри Бердом, Майклом Джорданом или Шакилом О'Нилом. Хорошая игра позволила ему войти в команду штата и получить стипендию в Университете Дьюка. В первой же игре сезона на всех баскетбольных мечтах Кипа пришлось поставить крест. Удар локтем в ребра и неудачное падение вызвали серьезную травму колена. Той ночью доктора пришли к Кипу с плохими вестями: его колено никогда не восстановится. Он должен забыть о карьере в НБА. Много месяцев Кип страдал и жалел себя, он вызывал в памяти тот момент, когда он получил удар, и спрашивал себя, мог ли он увернуться от рокового удара или сгруппироваться при падении, чтобы избежать травмы. Наконец он признал тот факт, что он не станет новым Ларри Бердом. Он решил, что ему необходимо "найти себя" заново. Но, поскольку Кип учился посредственно, он понимал, что не поступит в бизнес-школу и что деловая карьера - не для него.

Однажды его осенило. У него было еще одно увлечение, помимо баскетбола, хотя он никогда не считал его чем-то серьезным. Он был изобретательным поваром. Он вырос в дружной и любящей итальянской семье и часто помогал маме на кухне. Она всегда говорила, что у него кулинарный талант, и любила рассказывать своим друзьям, как отлично ему удаются брускетта, паста и оссобукко. Кип задумался о карьере шеф-повара. Он размышлял о том, можно ли считать это занятие подходящим для бывшего баскетболиста и атлета.

Кип рассказал об этой идее отцу и поделился своими сомнениями. "Знаешь, Кип, в том, чтобы надеть фартук, нет ничего такого,- ответил его отец.
– Это просто униформа, как и баскетбольные шорты. Может быть, даже лучше. Те, кто думают, что невозможно быть мужчиной и шеф-поваром одновременно, просто никогда не пробовал по-настоящему отличных феттучини Альфредо".

В следующем месяце Кип поступил в кулинарную школу Кордон Блю в Париже. Пять лет спустя он уже был одним из самых знаменитых шеф-поваров в Денвере, а у него в кармане оказались предложения о работе от трех ресторанов Нью-Йорка. Известный журнал о ресторанном бизнесе называет его звездой американской кухни. Если бы вы сказали Кипу в его 10 лет, что он мог бы стать поваром, он бы, скорее всего, просто расхохотался в ответ. А сейчас он пришел к понимаю того, что его умение обращаться с большим круглым мячом не слишком сильно отличается от его умения творчески подходить к готовке.

"Я занимаюсь не тем, о чем мечтал в детстве,- говорит Кип.
– Но я думаю, что тогда у меня было очень ограниченное представление о том, чем мужчина может заниматься в своей жизни. Сейчас я не считаю, что быть поваром - это менее мужественно, чем быть форвардом".

Нет единственного пути к здоровой и зрелой мужественности. Хорошая школа и семья учат тому, что занятия спортом, участие в школьной постановке и волонтерство в местной больнице - это одинаково достойные дороги от мальчика к мужчине.

Когда я консультирую родителей мальчиков, я убеждаю их следовать своим инстинктам, когда это касается заботы о мальчиках. Матери и отцы должны быть уверены в том, что не бывает слишком много любви. Оставаясь в разумных границах, вы никогда не избалуете мальчика тем, что будете показывать ему свою привязанность и предоставите ему свободу самому выбирать свой путь.

Почтенный Тони Джарвис, директор одной из самых престижных в Бостоне независимых школ для мальчиков, заканчивает частные беседы с проблемными учениками-старшеклассниками - возможно, буяном весом в 250 фунтов и ростом в 6 футов - словами: "Ты знаешь, что я люблю тебя". Мы все в состоянии создать такое пространство заботы, в котором мысли и чувства буду выражаться свободно, и мальчики будут проживать свое детство совершенно естественным образом. Сделав это, мы позволим нашим сыновьям открыто говорить, грустить и скорбеть о том стыде, который они испытывают, когда не могут жить в соответствии с Мальчишечьем кодексом. Сделав это, мы покажем мальчикам, что мы любим их такими, какие они есть.

Третий миф о мальчишестве связан с первыми двумя, но может быть даже более

разрушительным. Общество не только рассматривает мальчиков как заложников своей биологии ("мальчишки остаются мальчишками") и связывает их смирительной рубашкой пола ("мальчики должны быть мальчиками"), но также склонно считать, что в мальчиках есть какая-то врожденная опасность, что они психологически и эмоционально нестабильные, асоциальные создания. Этот миф потенциально опасен для социума.

Карен решила отправить свою дочь Элисон в школу для девочек, а сына оставила в смешанной школе. Причина, как она ее объяснила, заключается в том, что ее дочь должна знать: "Все социальные роли открыты для женщин". Ее сын, с другой стороны, должен учиться вместе с девочками, чтобы они сделали его "более восприимчивым и культурным". Иными словами, она говорит о том, что присутствие мальчиков может быть опасно для ее дочери, в то время как девочки могут смягчить опасные наклонности ее сына. Барбара, другая мать, выразила эту антимальчишескую позицию более ясно и прямо: "Девочки облагораживают".