Чтение онлайн

Эти мальчики с "дополнительной порцией" папиного участия спокойней относятся к распределению тендерных ролей, они не так боятся отклониться от общепринятых правил мужественности, сохраняя при этом уверенность в себе. По всей видимости, из-за того, что отцы постоянно присутствовали в их жизни, они чувствовали себя более уверенно как мальчики и поэтому могли освободиться от смирительной рубашки пола. Когда мальчики из семей, которые исследовал Пруетт, пошли в детский сад, им было одинаково комфортно играть вместе с девочками в куклы или строить башни из кубиков с мальчиками. Когда они подросли, они умели дружить с девочками, не исключая их из игр "только для мальчиков". Один мальчик сказал: "Мне нравится слушать, как мальчики и девочки по-разному говорят об одном и том же... Это просто круто!"

Их впечатляющая зрелость и гибкость в отношении половых вопросов, не затуманила у этих мальчиков ясное чувство собственной идентичности. "Как группа,- пишет Пруетт,- они по большей части остаются в контакте с самими собой. У них есть уверенность в том, что их примут такими, какие они есть". Таким образом, опровергая мифы о мальчиках и мужчинах - особенно миф, что длительное совместное пребывание представителей мужского пола создает опасный очаг агрессии - мальчики, у которых папа был "главным" родителем, могут на самом деле быть более спокойными, гибкими, эмпатичными, чем мальчики, у которых не было такой дополнительной "дозы" папы.

Есть две хорошие новости. Во-первых, активные, любящие отцы могут оказать устойчивое позитивное влияние на развитие сыновей, и отцы в качестве "основного" родителя могут вырастить в высшей степени уравновешенных, уверенных мальчиков. Во-вторых, эти любящие мужчины сами получают большую пользу от своих родительских усилий. Точно так же, как заботливое, генеративное отцовство создает мощную альтернативу той ограниченности любви и поддержки, с которой мальчики сталкиваются в эмоциональной жизни за пределами дома, исследование показывает, что стать таким отцом означает получить положительный отклик для самого себя. В нашем проекте отцы, которые могли уделить хотя бы немного такой заботы, времени и любви, какую они хотели бы получить от своих собственных отцов, но часто не получали, получили огромную эмоциональную подпитку для своей собственной самооценки. Они передавали что-то следующему поколению мальчиков - передавали наследство - и одновременно исцеляли что-то в своем собственном прошлом. Это был второй шанс получить мужскую любовь и заботу.

Один отец описал это так: "Отцовство помогло мне уйти от эгоцентризма. Я чувствую внутреннюю полноту".

Другой отец, который получал очень мало любви от своего собственного папы, рассказывает: "Проснуться ночью, чтобы поменять памперс сыну,- я от этого чувствую себя героем".

И третий отец, чей отец-трудоголик "никогда не бывал дома в то время, когда я не спал" - сказал, что после того, как он решил работать три четверти времени, он "почувствовал, будто какая-то пустота внутри заполнилась моим сыном. Хотя бы мой ребенок узнает своего отца!"

Мои исследования показывают, что, серьезно относясь к эмоциональному развитию сыновей, активные отцы не только удовлетворяют свои собственные потребности, делают то, что они хотели бы получить от своих отцов, но и укрепляют отношения со своими женами, разделяя труд, который слишком долго считался женским, учатся ценить этот труд и тем самым развивают свою собственную мужественность. Жены видят их более расслабленными и нежными, а сыновья обретают положительный опыт наблюдения за отцом - взрослым мужчиной, который получает удовольствие от того, что общество называет "женской" работой. И в тех семьях, где папа бывает дома и включается в общие занятия, в целом больше игр и объятий.

Но я думаю, что не имеет значения, насколько весомыми были научные изыскания, не имеет значения, насколько значительным является влияние на психологическое развитие сына, сам по себе факт появления нового типа отца - нежного, веселого, общительного, в конечном счете обусловлен отцовской "генеративностью" - чисто психологической тягой, которую испытывают отцы к своим сыновьям. Так природа помогает отцам испытать "эгоистичное счастье" быть заботливым отцом, реализуя свои природные умения любить и поддерживать и передавать это богатство следующим поколениями мужчин.

Сочетание двух этих отцовских движущих сил - мощной потребности любить и желания щедро дарить эту любовь - дает прекрасные результаты. Обогащающая помощь отца не только помогает мальчикам развиваться интеллектуально и повышает их шансы на будущие академические и профессиональные успехи, и не только дает второй шанс взрослым мужчинам снять с себя смирительную рубашку пола, но это любящее отцовство - такой "мужской успех" - сказывается в жизни мужчины еще в одном важном аспекте. Мое исследование показывает, что любящие отцы - особенно те, кто умеет сбалансировать потребность сыновей в автономии (позволить мальчикам бушевать, показывать агрессию, самостоятельно решать какие-то задачи) и их потребность в участии отца (участвовать в играх мальчика, вмешиваться, когда мальчики становятся слишком буйными или нарушают семейные правила, поощрять связь мальчика с другими членами семьи) - это также отцы, которые наиболее успешны в работе. Иными, словами, успех дома с мальчиками коррелирует с профессиональным успехом.

Это, разумеется, совершенно логично, так как "новая" работа - как и "новая" семья с двумя родителями, как известно, требует все меньше иерархических и все больше дипломатических, межличностных подходов. Человек в наше время преуспевает, если он способен к эмпатии и поддерживает коллег и подчиненных, а в качестве лидера способен подчинить собственные интересы интересам команды, и именно эти качества развиваются у заботливых отцов. Я как-то пошутил, что генеративные отцы - это, может быть, лучшие руководители, которые будут работать в следующем столетии, и что, вероятно, отцам надо бы брать рекомендательные письма от своих сыновей. Профессор Снери, интерпретируя длительное исследование Глюка, пришел к похожим выводам: "Принимая активное участие в воспитании своих сыновей, эти мужчины - являются лучшими менеджерами, торговыми управляющими, учителями, заботящимися о следующем поколении. Это работает на жизнь общества и на сохранение ценности отдельной семьи". В дополнение, у этих генеративных отцов из проекта Глюка были очень стабильные семьи, и они были более счастливы в среднем возрасте. Успешно пережив период "бури и натиска" в подростковые годы своих сыновей, оставаясь связанными со своими тинейджерами, несмотря на их подростковые бунты и стремление оттолкнуть отца от себя, эти отцы успешнее поднимались по карьерной лестнице, равно как и получали удовлетворение от постоянной роли наставника и общественного лидера. Действительно, в масштабном исследовании Барнетта и Маршалла из колледжа Уэллсли, в котором изучались пары, где оба родителя работают, хорошие отношения отцов и сыновей были еще и признаком хорошего физического здоровья.

Это, по всей видимости, система с хорошей окупаемостью, двустороннее движение. Когда отцы с самого начала вкладываются в заботу о своих сыновьях, и продолжают делать это в подростковом возрасте и вплоть до зрелости, не только сыновья выигрывают интеллектуально и эмоционально, но и они, как отцы, повышают свою самооценку, наслаждаются вторым шансом оказаться в паре отец-сын, получают большее удовлетворение в семейной жизни и добиваются большего личностного и профессионального успеха.

Мужчины с любыми жизненными историями, изо всех социальных классов, с разным прошлым, представители всех рас и религий стремятся стать генеративными, включенными в жизнь семьи, "новыми" отцами. Например, Джеффри Сейлер ушел с поста президента "Американ Экспресс" в возрасте 49 лет, чтобы проводить время со своими детьми. Отец четверых детей, он оставил одну из самых престижных должностей в США, чтобы стать в большей степени отцом. Когда мистер Сейлер давал интервью шесть месяцев спустя, он по-прежнему много работал в качестве консультанта, но мог находиться дома "на 60 процентов больше времени", чаще ужинал с детьми, встречался с их учителями и чувствовал себя "гораздо более вовлеченным в их жизнь".

И это никогда не поздно сделать. Глен Мак-Клауд, управляющий одного канадского банка, чувствовал, что он слишком много проводил времени вдали от сыновей, пока они были маленькими. Поэтому однажды он решил, что каждую неделю он будет устраивать себе выходной, чтобы побыть со своими мальчиками, уже подростками. Он даже стал вожатым в их команде бой-скаутов. В течение последующих лет, Мак-Клауд увидел, как окрепли его отношения с сыновьями и почувствовал себя лучше как отец и как мужчина.

Бывший министр труда США Роберт Рейх, покидая свой высокий пост ради того, чтобы стать более активным отцом, так сформулировал свои приоритеты: "У меня будет масса возможностей, чтобы на 200 процентов посвятить себя другой работе. Но у меня никогда не будет другой возможности быть отцом двенадцатилетнего и пятнадцатилетнего ребенка".