Чтение онлайн

— Я готов к выполнению приказа, — вытянулся Игнатов по стойке «смирно». — Есть ли какие-то изменения в обстановке? — спросил он.

— Да, изменения есть, — сдержанно ответил начальник штаба, — рота остается в Лозене до нового распоряжения…

— Но я хотел бы принять участие в этой операции. — Игнатов счел необходимым подчеркнуть, что не позволит себя недооценивать.

— Господин поручик, я не могу изменить приказ полковника Додева. Доложите ему о вашем желании сами.

— Да где же я его найду? — вспыльчиво, спросил Игнатов.

— Он вас ждет…

— Меня? — удивился Игнатов.

— Прикажите подпоручику Слановскому вас замещать, пока вы не вернетесь.

— Что случилось? — недовольно спросил Игнатов.

— Не могу знать, господин поручик! — Начальник штаба посмотрел на часы. — Прошу вас поторопиться, потому что у нас нет времени…

Минут через десять машина умчалась в штаб полка, подняв облако пыли. А полчаса спустя после отъезда Игнатова в Лозен вошла пешая колонна дивизионного артиллерийского полка, за которой следовала гаубичная батарея. Запыленная колонна остановилась на площади перед сельской управой. Распрягли коней и отвели их на водопой. Офицеры расселись на камнях в тени перед зданием кооператива, а их кони, измученные жарой и мухами, дремали возле ограды.

Около ограды школы собрались земляки из роты, они разговаривали громко и шумно, а у колодца все еще толпились и бренчали пустыми флягами одолеваемые жаждой солдаты.

Неожиданно в село на большой скорости влетел мотоцикл с коляской и резко затормозил перед управой. Из коляски ловко выскочил весь в пыли поручик из штаба дивизии. Спросил сидящих в тени офицеров, где командир полка.

Не прошло и десяти минут после прибытия поручика из штаба дивизии, а командир артиллерийского полка полковник Занков приказал трубачу трубить сбор. Он был краток и категоричен.

— Господа, — обратился он к выстроившимся офицерам, — получен приказ полку вернуться тем же путем. Готовность к выходу через пять минут!

Шум медленно затихал, еще медленнее садилась пыль, поднятая солдатской колонной, скрывшейся на шоссе вдоль Осыма.

«Что происходит, зачем эта суета?» — тревожно спрашивал себя Слановский. Он находился в состоянии полного недоумения и предчувствовал, что случится что-то непоправимое.

Йордан трижды пытался осторожно поговорить со Слановским, но Кында и Геца постоянно сновали между солдатами, подслушивая, что говорят люди, и мешали ему.

Конец всем догадкам и предположениям положил Игнатов, вернувшийся из штаба полка. Слановский впервые видел его таким расстроенным, растерянным и смущенным.

— Операция откладывается, — произнес поручик убитым голосом. — Солдатам разойтись по казармам. Фельдфебелю Станкову собрать патроны и сдать на склад.

— Понятно, господин поручик, — облегченно вздохнул Слановский.

Игнатов посмотрел на него исподлобья, большим усилием воли овладел собой. Ему хотелось одним ударом стереть с лица земли Слановского. Но его удерживало в этот миг категорическое предупреждение Додева ни при каких обстоятельствах не вести со Слановским больше разговоров. Наконец он еле слышно произнес!

— Не знаю, всё ли вы поняли, но дай бог, будем живы и здоровы, тогда опять поговорим. Я буду дома. Никто не должен покидать района расположения роты!..

В сумерки Слановский на короткое время забежал к Лиляне. Он застал ее дома одну. Не успел он переступить порог, как она удивленно спросила его:

— Что случилось?

— Ничего. Отложили операцию.

— А! Садись. — Она указала ему на стул и засуетилась по комнате. По всему было видно, что его присутствие смутило ее.

— Нет ни минуты свободной. Я пришел только для того, чтобы сообщить тебе об этом. — Он взял ее за руку. — Кажется, что-то произошло, но что, я и сам не знаю. Во всяком случае будь готова. — Он прижал ее к себе, поцеловал в щеку, потом крепче стиснул ее руку и тихо сказал: — Я ухожу, завтра вечером надо обязательно увидеться. Пришло время бежать, подумай об этом.

Наступила полночь. Книга потяжелела в руке Лиляны. Строчки начали разбегаться, а буквы нельзя было различить. Потом книга незаметно выпала из ее руки. Только часы над деревянным комодом продолжали настойчиво отсчитывать минуты. В прохладной комнате приятно пахло сухим липовым цветом, белой и желтой богородской травой, высушенной и уложенной ее матерью в широкую бельевую корзину.

Погруженная в глубокий сон, Лиляна не услышала, как на улице остановился легковой автомобиль, как во двор проникли чужие, незнакомые люди. Это были агенты службы государственной безопасности и с ними один полицейский.

При первом же настойчивом стуке во входную дверь мать Лиляны поднялась. Она спала на первом этаже. Быстро оделась, повязала фартук и, поправляя волосы, выглянула во двор. И тут же вздрогнула, пораженная. У нее не было даже времени, чтобы отскочить назад: полицейский наставил дуло пистолета ей в грудь.

В горле у матери замер крик, но через минуту она овладела собой.

— Что вам надо среди ночи в моем доме?

— Молчи! — нагнулся к ней полицейский. — Кто наверху?

— Никого. Дочка там спит.

Только теперь она заметила, что от дверей летней кухни отделился человек с автоматом в руках, а по ступенькам лестницы наверх поднимались еще двое. Нажали на ручку. Дверь была заперта. Один злобно прошипел и показал рукой на мать Лиляны:

— Приведите ее сюда, пусть откроет и идет впереди.

— Что вам от нас надо, чего вы ищете в моем доме в такое время? — недовольно спрашивала старая женщина. Она с трудом нащупала ключ и открыла. Ее толкнули вперед, не отводя дула пистолета от ее спины.

Разбуженная шумом и топотом, Лиляна сонно приподнялась на кровати. Вначале она не поняла, что происходит. Нет, это был не сон, лампа горела, потому что она забыла ее погасить. По полу рассыпались страницы книги, с которой она заснула. На девушку были направлены дула пистолетов. Онемев от неожиданности, она схватила воротник ночной рубашки, прикрывая грудь.

— Руки вверх и встать! — приказал один из вошедших и тут же сам подошел к стулу и бросил ей юбку я блузку. Он неосторожно столкнул корзинку с комода, и по цветной дорожке на полу рассыпались ароматные лекарственные травы.

— Хоть бы вышли, пусть она оденется. Как вам не стыдно? — возмущалась мать.

— Нас ей нечего бояться, — грубо ответил агент.

Лиляна встала с кровати, стыдливо и смущенно закрывая голые колени ночной рубашкой. Быстро оделась.