Чтение онлайн

– Если это наркотики, Маршак не при делах, – продолжил он.
– А вот оружие… черт его знает, на чем он сколотил свое состояние. Хотя, только его завода по переработке отходов, одного на весь район, хватит за глаза. А это не единственное его предприятие, с успехом функционирующее и сегодня. Что касается других возможных заинтересованных лиц, тут ничего сказать не могу, надо сделать пару звонков.

– Мне б сегодня… - заныла я.

– Уж расстараюсь, - крякнул он, - но отцу ни слова, что помогал. Побаиваюсь я его, знаешь ли.

Я хихикнула и кивнула: что есть, то есть. Отец, под два метра ростом, косая сажень в плечах, густая борода и взгляд исподлобья, мог вселять ужас одним своим видом, правда, только на людей, с которыми не был знаком близко. Остальные-то знали, что он человек исключительной доброты, веселый и отзывчивый.

«Если получатель Маршак, - думала я уже в машине по пути на квартиру, - и Скрипач похитил Катю по его указанию, то найти ее будет нереально, учитывая его возможности и сильно поджимающие сроки. После поставки товара ее жизнь не будет стоить ни копейки».

Эти мысли убивали во мне все задатки оптимизма, который и так стремительно таял последние несколько дней. В квартиру я вошла с пустым взглядом и нервными движениями. Куртка не хотела держаться на крючке, молния на сапоге не расстегивалась, в итоге я швырнула ее на пол и прошла в одном сапоге на кухню, где Пашка уминал бутерброды и клацал по клавиатуре со скоростью звука.

– Петрович не порадовал? – не поднимая головы спросил он.

– Не порадовал, - вздохнула я, глядя, как снег с сапога превращается в грязную лужу.

Пашка доел бутерброд, легко снял с моей ноги сапог, отнес его в прихожую и повесил куртку.

– Васька, - с укором сказал он, - если ты не соберешься, мне придется к тебе переехать. И тебе это не понравится, можешь позвонить моей матушке, она расскажет в красках, почему.

Я схватилась за голову и согнулась, опустив локти на колени. Посидела так немного, глядя в пол, потом резко встала, схватила тряпку, вытерла лужу под ногами и набрала отцу.

– Привет, котенок, - ответил он после первого гудка, - все в порядке?

– Да, конечно, - торопливо успокоила я, - мне срочно нужен контакт в нашем аэропорту.

– Новое дело?

– Да. Похоже, похищение. Но надо убедиться.

– Виноградов поможет, - и добавил, поняв, что я не вспомнила такого: - Дядя Жора.

– Ну конечно! – расплылась я в улыбке.
– Продиктуешь номер?

– Две минуты, был где-то в блокноте… - послышались шаги, потом шелест бумаги.
– Ага, вот, записывай.

Я торопливо попрощалась и тут же позвонила по номеру, что он дал:

– Григорий Александрович? – уточнила я на всякий случай, хотя узнала его певучий голос сразу же.

– Василиса, - довольно протянул он.
– Как я рад тебя слышать! Как твои дела? Как успехи? Замуж вышла? – завалил он меня вопросами и тут же сам себя одернул: - Да что я, в самом деле, дурак старый, ты, поди, по делу! А знаешь, что? Приезжай! Я скоро смену заканчиваю, помогу, чем смогу. Часа через полтора, подойдет? Пиши адрес! А хотя, давай у терминала тебя встречу, который по прилету. Позвони как подъедешь.

– Буду ровно через полтора часа! – обрадовалась я.

Час на то, чтобы добраться и еще успею что-нибудь перекусить. Вид Пашкиных бутербродов отозвался глухим урчанием в животе.

Через час я уже парковалась возле аэропорта, еще через десять минут подходила к терминалу. На ходу набрала номер, но тут же дала отбой, потому что дядя Жора уже ждал меня, прогуливаясь из стороны в сторону. Высокий, худощавый, с длинным носом и резкими движениями, он здорово напоминал цаплю и видно его было издалека. Я ускорила шаг, подошла к нему со спины и коснулась плеча. Дядя Жора вздрогнул, обернулся, в глазах мелькнуло недоумение, но через секунду он узнал меня и широко развел руки, заключая в объятие:

– Василиса, ну надо же, какая девица! Что за косища! Загляденье! – нараспев заговорил он, взмахивая руками, как крыльями.

– Григорий Александрович, - начала я, но он тут же меня перебил:

– А ну перестань сейчас же, какой я тебе Григорий Александрович!

– Дядь Жор, - прошепелявила я, как в детстве, а он засмеялся и обнял меня за плечи:

– Пойдем в коморку, расскажешь, что за нужда привела.

Мы улицей пошли до одноэтажного строения на территории аэропорта, по пути рассказывая друг другу о житье-бытье. Дядя Жора открыл дверь своим ключом, жестом приглашая пройти, поставил чайник, усадил меня на диван, и, резко посерьезнев, сел рядом.

– Опять поиски?

– Тем и живем, - развела я руками и объяснила причину своего визита.

Он пожевал губами, налил мне чаю и пошел к выходу.

– Посиди, чайку попей, а я побегаю.

Я сидела с пол часа, разглядывая стену и уже пожалела, что не напросилась с ним. Бездействие утомляло невыносимо, чай давно был выпит, и вдруг за окном пошел снег, такими крупными хлопьями, что я невольно залюбовалась. Из состояния, близкого к нирване, меня вывел вернувшийся дядя Жора.

– Не было девушки, - заявил он с порога, а я выдохнула. Ничего хорошего, конечно, в этом не было, но камень с души все равно упал, подозревать в подлости Серегу было неприятно. – Помог я тебе?

– Помогли, дядь Жор, еще как помогли, - закивала я и понеслась к машине.

Уже когда я подъезжала к дому, позвонил Максим. Заданий я ему не давала и информацию он выдал уже всю, что знал сам, так что звонка я не ждала и, мягко говоря, ему не обрадовалась: предчувствие закралось неприятное. Я прижалась к обочине, включила аварийные огни и ответила.

– У меня новости.

– Хорошие? – с надеждой спросила я.

– Для кого как, - заявил он, - нашли одного охранника Испанца.

– Что значит нашли? Он пропадал?

– На второй вопрос ответить не смогу, а вот на первый – пожалуйста. Нашли в ста километров от города на обочине. Мертвым, разумеется.

Руки противно задрожали, я сглотнула и постаралась максимально равнодушно уточнить:

– Давно?

– Нашли или скончался? – ехидно поинтересовался он, подозревая меня в злостном сокрытии информации.

– И то, и то, - вздохнула я, не спеша делиться своими мыслями.

– И то и то сегодня ночью.

Я прикрыла глаза, разминая правый висок свободной рукой. Вчера вечером я сообщила Сереге о некотором охраннике, и уже на следующий день, то есть буквально через несколько часов, его нашли мертвым. Нехорошо-то как.