Чтение онлайн

– Максим Игоревич, - со смешком сказала я часа через три, лежа на его плече, - Ваша благодарность за поиски выходит за рамки общепринятых.

– Прекрати… - досадливо поморщился он, - называть меня по имени отчеству! – добавил, смеясь, и навалился сверху и еще два часа пролетели незаметно.
– Жрать-то как охота, - мечтательно сказал он, отдышавшись, - сварганишь что-нибудь?

– Вот еще, - фыркнула я, - ты знаешь где кухня. И вообще, я устала, ты совсем меня заездил.

– Кто кого еще заездил, - ухмыльнулся он, тяжело поднялся и побрел в кухню. Загремел посудой и захлопал холодильником, насвистывая. А я сладко потянулась и задремала, не испытывая ни малейших угрызений совести и проснулась уже когда все было готово.

Максим накрывал на стол и выглядел жутко самодовольным. Подмигнул мне, устроился с хозяйскими видом и принялся увлеченно жевать.

– Тебе не пора? – спросила я через некоторое время, чтобы сбить с его лица это выражение. Подействовало, он даже жевать перестал. Посмотрела исподлобья и уточнил:

– Куда пора?

– Ну, не знаю, куда ты там обычно ходишь? К семье или друзьям.

– Нет у меня никакой семьи, - начал злиться он.

– Ну, может еще чего надо сделать, - равнодушно пожала я плечами.

– Гонишь, значит?
– спросил зло, я промолчала.
– Чем не угодил, можно узнать?
– я продолжила молча смотреть ему в глаза.
– Ладно, - поднялся, отшвырнув вилку.

Обиделся, наверное. Но мне было плевать. Нечего сидеть на моей кухне, точно он делает мне величайшее одолжение одним своим присутствием.

Нервно походил по первому этажу, собирая свои вещи и попутно одеваясь, нашёл только один носок, чертыхнулся и пошел как есть в одном в прихожую. На этот раз быстро оделся и ушел, громко хлопнув дверью.

– Какие мы нежные, - сказала я Палычу, тот тявкнул в ответ и, по-моему, даже кивнул, а я принялась жевать.

Кушать и вправду очень хотелось.

На следующий день меня вызвали в участок. Точнее, часов в девять утра в дверь постучали, и я с удивлением обнаружила на пороге молоденького парня с огненно-рыжими волосами и веснушками по всему лицу. Он показал мне свое удостоверение, такое чистенькое и новенькое, что, казалось, он получил его только вчера. Впрочем, может так оно и было. Заискивающим голосом он попросил меня проехать с ним для дачи показаний. Мол, следствию важно знать, как и при каких обстоятельствах я начала искать и в итоге нашла ребенка.

Я попросила подождать и закрыла перед его носом-пуговкой дверь. Неспешно приняла душ, выпила кофе, с тоской поглядывая в окно, оделась и, наконец, вышла. Парень, а звали его, кажется, Шестаков Вениамин Павлович, переминался с ноги на ногу возле дома, не решаясь меня поторопить. Правильно делал, между прочим. Больше всего я ненавижу спешку.

Уже в участке, проводив меня до кабинета, он постучал и торопливо зашагал дальше по коридору, здорово напомнив шестилетку, пытающегося разыграть соседей по подъезду.

– Входите! – рявкнули из-за двери.

Я вошла и без удивления обнаружила за столом Максима. Он грозно на меня посмотрел, но не очень-то впечатлил.

– Проходите, Василиса Михайловна, - сказал язвительно, - присаживайтесь и рассказывайте, каким образом Вам удалось обнаружить маленького ребенка одной ночью в лесу.

Я села и принялась рассказывать в мельчайших подробностях начиная от визита самого Максима. Где-то на середине повествования, когда я только подходила к моменту, когда сидела на поваленном дереве, дверь без стука открылась и в комнату ввалился тучный коротышка лет сорока, в дорогом костюме и с огромным золотым перстнем на пальце-сосиске. Следом за ним вошла миловидная брюнетка в элегантном пальто, небрежно наброшенным на плечи, и уставшими глазами.

– Это она? – уточнил мужчина, Максим кивнул и досадливо поморщился, отворачиваясь. Такое хозяйские поведение нанесло еще один удар по его самолюбию, которое и так вчера изрядно пострадало.

Брюнетка обогнула спутника и кинулась мне на шею, причитая:

– Спасибо Вам, спасибо, Вы спасли моего ребенка, я не знаю, как Вас отблагодарить, спасибо!

«Уже отблагодарили» - хмыкнула я про себя и бросила насмешливый взгляд на Максима, который все прекрасно понял и начал злиться еще больше.

– Спасибо, ничего не нужно, – просто ответила я, отстраняясь и спрашивая из вежливости, – С ней все в порядке?

– Да, да, - закивала женщина, - испугалась очень, простыла и обезвоживание, конечно, но врачи говорят, что все будет хорошо, – и улыбнулась такой светлой улыбкой, что я мгновенно прониклась к ней симпатией. – Теперь Оленька все время рисует лесную фею, от которой исходит свечение. Всю зеленую и непременно с крыльями.

– Это свет от фонарика, - в ответ улыбнулась я.

– Присаживайтесь, уважаемые, - ехидно сказал Максим. – Василиса Михайловна как раз перешла в своем рассказе к той части, как она единолично, да ещё и ночью, смогла обнаружить вашу дочь, - и, не поворачивая ко мне головы, пояснил: - Это родители девочки, Потаповы Григорий Игнатьевич и Людмила Аркадьевна.

– Можно просто Людмила, - доброжелательно сказала женщина, не обращая внимания на тон следователя.

– Василиса, - кивнула я в ответ.

Не знаю, к чему относилась эта его повышенная язвительность. То ли обида за мою вчерашнюю нелюбезность взыграла, то ли он до конца не верил, что я смогла одна отыскать ребенка. А может и вовсе засомневался, что ребенок плутал по лесу, а не, скажем, я же его и спрятала, чтобы потом быть героиней.

Григорий Игнатьевич, кстати, тоже смотрел настороженно, из чего я сделала вывод, что и ему такие мысли в голову приходили. Что ж, не безосновательно, если разобраться. Для человека, который в лесу был от силы пару раз, в компании, с GPS и по грибы, история действительно кажется невероятной.

– Я не в первый раз занимаюсь поисками заблудившихся в лесу, - сочла нужным пояснить я, - правда, раньше мне не доводилось делать это в одиночку. Моей отец служит егерем в местных угодьях, может знаете, наш дом расположен в чаще, в пятнадцати километрах от трассы, - крепыш кивнул, подтверждая информацию. Я выждала момент и продолжила: -Так вот, потеряшки в наших лесах, увы, не такая уж и редкость, и с самого раннего детства я всегда выходила на поиски вместе с отцом и жителями деревни. Конечно, лет до десяти отец больше таскал меня на себе, - улыбнулась я своим воспоминаниям, как и Людмила, видимо, представляя себе эту картину, - но он у меня крупный и хлопот ему это не доставляло. Годам к четырнадцати я была уже полноправным членом добровольного поискового отряда, который собирался каждый раз, когда приходило известие о потерявшемся. Поиски по ночам проводились крайне редко, только в случае, когда на то была острая необходимость. Узнав, сколько времени прошло с начала поиска, я сочла ситуацию безотлагательной, - говорила я, глядя прямо на Максима, тот заерзал под мои взглядом, а отец семейства нахмурился, - и приняла решение не дожидаться утра. С собой у меня был фонарик и сменные батарейки, так что возвращаться в дом отца я не стала. Свои поиски я начала с места, куда, по словам людей из деревни, зашла девочка, - и тут же поправилась, мягко улыбаясь: - Оля. – Людмила посмотрела на меня с благодарностью: куда приятнее, когда о твоем ребенке не говорят, как о неодушевленном предмете. Это вселило надежду, что меня тот час не арестуют за подозрение в краже и я неторопливо продолжила: – Прочесывать лес в одиночку и ночью было невозможно, поиски можно было продолжать только осмысленные. Для этого требовалось понять или хотя бы предположить, что привлекло внимание Оли. То есть, установить причину, почему она побежала в лес без разрешения, не дожидаясь родителей или другого сопровождающего. И потом я нашла мухомор, – просто закончила я и замолчала.

– И чего? – подал голос Потапов и уставился на меня, а я посмотрела на Людмилу, которая прикрыла глаза и замолчала, покачивая головой и вытирая со щек слезы.

Мужчины перевели на нее взгляд, полный недоумения. Потапов на автомате погладил жену по плечу, призывая успокоиться.

– Господи, ну, конечно, - тихо сказала она и схватила меня за руки, не поднимаясь, - наверняка он был просто выдающихся размеров, да? – я кивнула, а она подняла взгляд на мужа, – Гриша, дорогой, Оленька просто помешена на этих грибах, тащит в дом все, что только сможет найти, с гордостью демонстрируя свои находки, – и ухмыльнулась, снова качая головой. – Я пыталась ей объяснить, что не все грибы можно брать, и только на участке, но разве маленькому ребенку можно рассказать обо всех опасностях? – она тяжело вздохнула и обратилась ко мне: – Но как Вы догадались?