Чтение онлайн

– Можно, только давай не сейчас. Хорошо?

– Хорошо, - Кирилл потер покрасневший от холода нос одетой в варежку ручкой.
– Я потом покажу.

Мишка их действительно ждал, опираясь спиной на теплый бок массивного автомобиля и зажав между зубами сигарету.

"Он сбежит, - уверенно произнесла про себя Катя, испытывая горькое чувство разочарования и грусти.
– Через пару часов, пару дней, но сбежит. Ему же некомфортно рядом с нами. Да и зачем вообще?.."

Тяжело вздохнула, стараясь освободиться из сетей разочарования и выдавить из себя подходящую случаю улыбку. Миша ей нравился, чего скрывать. Сильный, красивый, не надутый индюк, вечно занятой и деловой - хотя и таким бывает - а человек, любящий тепло посмеиваться и находить иронию там, где, казалось, ее и в помине нет. В то же время в нем чувствовалась сила, стальной стержень непрогибаемости. Это не могло оставить равнодушным любую девушку, не только ее.

Увидев их с Кириллом, Михаил выкинул выкуренный "под ноль" окурок и распахнул заднюю дверцу.

– С ним на заднем сиденье поедешь?
– Катя кивнула.
– Садитесь тогда.

– Я хочу у окна, - начал канючить ребенок.
– Можно?

Катя в зеркале заднего вида заметила, как Михаил криво усмехнулся, глядя на нее.

– Можно. Только аккуратнее.

По дороге к кинотеатру никто из них не проронил ни слова. Кирилл молча пялился в затонированное окно, Катя, сложив рук на груди, молчала и корила себя за уступчивость, а Миша спокойно управлял транспортным средством, даже не оглядываясь на них.

Наверное, это первый и последний раз, когда они куда-то едут. Как Миша назвал? Ах да, свидание. Повернула голову вправо, разглядывая воодушевленного ребенка, выводившего непонятные каракули на запотевшем стекле. Готова была поспорить на всю зарплату - не так Миша себе представлял свидание.

Михаил привез их в большой кинотеатр с десятком залов. Обычно, если Катя с Кириллом ходили в кино - на какую-нибудь супер большую премьеру - то посещали они небольшой кинотеатр неподалеку от дома. И в этом никогда не были.

Племянник сразу кинулся к высоким большим афишам будущих премьер, восторженно их изучал и разглядывал.

– Давай фотографироваться, - он пальцем показал на афишу со специальными отверстиями для головы.
– Только я котом буду.

– Кирюш, у меня фотоаппарата нет, - малыш горько вздохнул и перевел умоляющий взгляд на Мишку, который от неожиданности закашлялся.

– Что?

– У него тоже нет, - ответила за Михаила Катя, обхватывая ребенка за хрупкие плечи и стараясь отвести его в другую сторону.
– Потом, Кирь.

– Он фотографироваться хочет?
– переспросил непонятно у кого Подольский. Кирилл активно закивал болванчиком, освобождаясь от Катиных рук и делая шаг вперед к Мише.
– Ну, у меня есть фотокамера на телефоне. Правда, качество может подкачать и...

Остальные слова потонули в радостном детском кличе. Кирилл подпрыгнул, захлопнул в ладоши и стал остервенело стягивать с себя шарф и шапку.

– Да стой ты, - прикрикнула на него Катя, заставляя успокоиться.
– Дай шапку сниму.

Она только и успела снять с него верхнюю одежду, как ребенок уже проворно забрался за афишу и просунул свою русую головку в место предполагаемой мордочки рыжего кота.

– Дядя Миша, я готов, - крикнул Киря, и Катя, стоявшая так, чтобы следить за племянником, видела, как то помахал рукой.
– Я готов, давай фотографировать.

Мишка дернул себя за мочку уха, откашлялся в кулак и полез в нагрудный карман за телефоном. Что-то там настраивал, а Кирилл в это время беспокойно переминался с ноги на ногу.

– Все, становись, - разрешил Миша, и Кирилл послушно замер.

Их фотосессия заняла добрые пятнадцать минут. Кирилл кривлялся, бегал туда-сюда, а под конец начал уговаривать Катю сфотографироваться вместе с ним.

– Катя!
– от обуревавших чувств он даже ножкой топнул.
– Иди сюда.

– Кирилл, ты хочешь, ты и фотографируйся. Я не хочу, - она решительно скрестила руки на груди и отвернулась.

Поняв, что уговорами тетю не пронять, мальчик решил применить тяжелую артиллерию.

– Дядя Миша!

– Что?

– Скажи ей, - на нее обвиняюще показали пальцем.
– Она упрямится.

– Это она умеет, - себе под нос пробурчал Миша, но Катерина все равно услышала и наградила мужчину тяжелым взглядом.
– Кать, да сфотографируйся уже и пойдем. Сеанс через пять минут начнется.

Она страдальчески закатила глаза и не двинулась с места. Тогда мужчина, перехватив телефон одной рукой, подошел к ней и потянул в сторону приплясывающего от волнения ребенка.

– Что тебе стоит?
– прошептал Мишка, и от его дыхание зашевелились волнистые волоски на виске.
– Один кадр и мы уходим.

– Я не люблю фотографироваться, - пыталась откреститься от сей неблагодарной и неприятной миссии девушка.
– Честное слово, Миш. И выгляжу сегодня плохо...

– Глупости не болтай. Ты выглядишь отлично. Поверь мне.

От комплимента, сказанного слегка грубоватым тихим голосом, перехватило дыхание, а сердце учащенно забилось. Ад. Михаил слишком сильно на нее действует. Настолько сильно, что в голове сразу всплывают картинки не особо приличного содержания. Очень.

Прикрыла глаза и выдохнула, успокаивая себя. Михаил стоял рядом и терпеливо ждал, когда она займет специально освобожденное Кириллом место и он сможет их сфотографировать. Рядом с ним, таким спокойным и собранным, Катя чувствовала себя неуправляемым ураганом. Она не могла похвастаться таким самоконтролем, как у него, и ее это обстоятельство крайне злило. А может, он вообще ничего подобного не чувствует.

Мельком взглянула на его лицо, чтобы сказать, что идет фотографироваться, и оторопела. Что она думала о самоконтроле? Эти глупые мысли тотчас вылетели из головы. Миша не был спокоен и собран, ни капли. Казалось, он весь состоит из литых мускул и источает жар. И без того черные глаза потемнели еще больше, хотя, если задуматься, то куда больше?! Черты лица заострились, а ноздри хищно раздувались, когда он смотрел на нее.