Чтение онлайн

Библия состоит из двух частей — Ветхого завета (т. е. иудейской Торы) и Нового завета — мифов о похождении Христа. В Ветхом Завете есть прямые ссылки на некоторые книги, которые до нас не дошли, но, очевидно, были в распоряжении составителей библейских книг. Упоминается, в частности, «Книга войн Яхве», а также некая «Книга Доблестного»; последнее заглавие расшифровывается некоторыми исследователями как «Книга песен». Во всяком случае, были какие-то древние книги, до нас не дошедшие, и не исключено, что они существовали уже к моменту основания Израильского царства. По содержанию это, видимо, были преимущественно описания войн и походов, в которых участвовали еврейские племена. Этот материал в значительной своей части вошел, по всей вероятности, в соответствующие библейские книги.

Когда в дальнейшем в силу ряда политических и религиозных условий выдвинулась и была осуществлена задача создания Священного Писания, многие из ранее разрозненных фрагментов нашли себе место в этом сложном комплексе. Порядок их соединения, внутренняя связь между ними, чередование книг, составленных из них, смысл, который придавался отдельным частям создаваемого целого, — все это определялось текущими религиозно-политическими задачами, как их понимали составители и редакторы. Поэтому нередко оказывается, что какой-нибудь очень древний отрывок вставлен в рамки значительно более позднего повествования, и наоборот.

В христианстве есть такое понятие, как символ веры — краткое авторизованное изложение вероучения в христианстве. Можно сказать, отличительный признак одного учения от другого. В течение двух почти тысячелетий существования христианства в мире каждое христианское общество, каждая секта вырабатывало свои символы веры. Возникла новая отрасль богословия — символика, изучающая сравнительно символы веры разных вероисповеданий и с большим успехом заменяющая так называемое полемическое, или обличительное, богословие старого времени.

Главной книгой христианства считается Библия. Считается, что она боговдохновенной, т. е. при ее написании за правильностью утверждений присматривал сам господь бог. Из этого делается вывод, что эта книга не может содержать ложных сведений. Иначе, например, бог становится невсезнающим, а это противоречит христианскому определению бога. Однако, нет единого текста этой книги. Как правило, у каждой секты, особенно у крупных (конфессий) есть своя версия. Поэтому предлагаю писать ее с маленькой буквы, как один объект из множества возможных (например, мы же пишем букварь с маленькой буквы — а чем он хуже библии?).

(А — Ситчин) С незапамятных времен людей интриговало то обстоятельство, что бог сотворил Еву таким своеобразным способом, а именно из ребра Адама. У бога ведь было вдоволь глины, из которой он мог бы вылепить и женщину, как вылепил мужчину. Клинописные таблички, выкопанные в развалинах Вавилона, дали прямо-таки сенсационное разъяснение этой загадки. По предположению З. Косидовского, вся эта история основана на весьма забавном недоразумении. А именно: в шумерском мифе у бога Энки болело ребро. На шумерском языке слову «ребро» соответствует слово «ти». Богиня, которую позвали, чтобы она вылечила ребро у бога Энки, зовется Нинти, то есть «женщина от ребра». Но «нинти» означает также «дать жизнь». Таким образом, Нинти может в равной мере означать «женщина от ребра» и «женщина, дающая жизнь». И здесь именно коренится источник недоразумения. Древнееврейские племена заменили Нинти Евой, поскольку Ева была для них легендарной праматерью человечества, то есть «женщиной, дающей жизнь». Однако второе значение Нинти («женщина от ребра») как-то сохранилось в памяти евреев. В связи с этим в народных сказаниях получился конфуз. Еще с месопотамских времен запомнилось, что есть что-то общее между Евой и ребром, и благодаря этому родилась странная версия, будто Ева сотворена из ребра Адама. Здесь перед нами еще одно доказательство того, как много древние евреи позаимствовали в своих легендах у народов Месопотамии (миф о раздельном во времени створении Евы и Адама, в отличие о совместном в Быт. 1:27, является частью более древнего кодекса «Яхвист» — начинается с Быт. 2:4.)

Другое веское предположение заключается в следующем: известно, что в шумерской клинописи значок «жизнь» совпадал со значком «ребро». Видимо, был миф — игра слов, объясняющий это совпадение. При переводе его на еврейский игра слов, естественно была утрачена, но от нее осталась имя Хава, похожее на слово Хайа — жизнь. Кстати, йуд и вав — очень похожие буквы, поэтому, возможно изначально Еву звали Хайа, а не Хава.

(А — И. А. Крылелев) В начале XVIII века немецкий лютеранский пастор из г. Гильдесгейма Г. Б. Виттер, составляя комментарии к Библии, заметил, что в первых книгах древнееврейского подлинника Ветхого Завета бог далеко не всегда именуется одним и тем же именем: иногда он называется Яхве, в других случаях — Элохим.

Он обратил внимание также на то, что в Ветхом Завете есть много повторений, причем каждое из них представляет собой новый вариант, в деталях отличающийся от прежнего изложения. Обо всем этом он написал в изданном им в 1711 г. комментарии к Библии. Однако, работа Виттера прошла незамеченной и его современниками, и последующими поколениями; к тому же Виттер не сделал из замеченных им фактов никаких серьезных выводов. Только через полвека известный французский врач Жан Астрюк, занимавшийся как любитель исследованием библейского текста, сделал важное открытие, которое и опубликовал в 1753 г. в своей книге «Предположения о тех самостоятельных источниках, какими, по-видимому, пользовался Моисей для составления книги Бытия».

Так же, как и Виттер, Астрюк заметил чередование имен Яхве и Элохим. Оказалось, что в главе I книги Бытия бог называется только Элохим, с главы II до главы V он именуется Яхве или двойным именем Яхве-Элохим. В главе V имя Яхве исчезает, потом опять появляется только в первой половине VI главы. Это обстоятельство навело Астрюка на серьезные размышления.

Можно было бы еще предположить, что бога одновременно называли двумя именами. Называют же его господом или еще как-нибудь! Но оказалось, что двум именам в Библии соответствуют различные варианты сказаний, и если разделить те части книги Бытия, в которых бог называется Яхве, и те части, в которых он называется Элохим, получатся два самостоятельных изложения. Очевидно, рассудил Астрюк, здесь соединены два разных источника: один принадлежит автору, называвшему бога Элохим, другой написан человеком, употреблявшим имя Яхве. Первого автора он назвал элохистом, второго — яхвистом. Помимо того, Астрюк находил в книге Бытия еще ряд мелких источников, играющих сравнительно второстепенную роль; таких он насчитывал около десяти.

Вывод Астрюка относительно двух основных источников книги Бытия явился очень важным и плодотворным открытием, легшим в основу всего дальнейшего развития библейской критики. Она дает понимание того, что библия является собранием противоречивых мифов, следовательно, она не может происходить от бога (иначе неужели бог настолько глуп, чтобы диктовать такие несуразицы?). Сегодня библейская критика весьма обширна (см. интернет), ниже приведены наиболее яркие и запоминающиеся моменты.

Бытие 1:

26 И сказал Бог (в оригинале — «боги» (ивр. множ. «Элохим») — прим.): сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

27 И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их.

Здесь вначале употребляется множественная форма («Нашего»), а во второй строке — единственная. Этот фрагмент относится к той части еврейского канона, которая была заимствована в период вавилонского плена у вавилонян («Жреческий кодекс», идущий со времен вавилонского пленения евреев). Христиане считают это указанием на «троичность» Бога (Отец — Сын — Святой Дух) или «уважительное отношение к Богу», однако, гораздо более разумным будет другое объяснение — именование Бога во множественном числе в «Жреческом Кодексе» (Быт. 1:1–2:3) является прямым заимствованием шумерско-аккадско-вавилонской космогонии. Все вавилонские боги имели одинаковое строение, потому применяется слово «Нашего», а затем верховный бог создает человека по собственному подобию. На такое заимствование в мифологии Вавилонии указывает и почитание «седьмого дня» (семь дней у вавилонян соответствовали шести планетам и солнцу).

Бытие 3:

4 И сказал змей жене: нет, не умрете,

5 но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло.

В первых главах первой книги Библии Адам и Ева еще находятся в раю, людей кроме них нет, но «боги» уже существуют.

Довод апологетов: Слово «боги» здесь употреблено во множественном числе потому, что людей двое.

Возражение: Если бы Бог был единственным в своем роде, то это слово не имело бы множественного варианта. Змей сказал бы: «будете как Бог» (будете как Он). А здесь допускается существование множества богов.